"Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Привет, – голос у девушки дрожал и вообще вид был какой-то «опрокинутый».
– Привет. Ты чего?
– Можно я поживу у тебя немного?
– Заходи в дом. Да что случилось?
– Похоже, мы с Иветтой расстались. Она… она…
Так и не определившись с причиной, Ева всхлипнула и уткнулась мне в грудь, грозя возобновить рыдания, которые, судя по всему, кончились совсем недавно.
В то, что все именно так, как она сказала, верилось с трудом. Но расспросы подождут. Сейчас я просто приобняла девушку за плечи, говоря:
– Ну-ну, успокойся. Идем, я покажу тебе твою комнату. Там ты сможешь умыться и придти в себя, – я уже подвела ее к лестнице, когда увидела в дверях Андре. Сделав ему знак, что все в порядке, я продолжила наш с Евой путь, спрашивая как бы между прочим:
– Есть хочешь?
– Нет, спасибо.
Девушка хоть и справилась с рыданиями, но все еще всхлипывала. От нее пахло стыдом и отчаяньем.
Тем временем мы дошли до свободных комнат, куда я и завела молодую волчицу. Едва закрылась дверь, как она выронила свою сумку и обхватила себя руками за плечи. Когда она подняла голову, то я увидела волчьи глаза.
Я тут же обхватила ее лицо ладонями, заставляя посмотреть на себя еще пристальнее, и заговорила как можно спокойнее и размереннее:
– Ева, успокойся. Ты все же в первую очередь человек. Учись брать верх над зверем.
– Быть им… легче.
В этом была доля истины. Ходят слухи, что некоторые оборотни, получив очень большое эмоциональное потрясение или психическую травму, навсегда становились зверями, просто забывая, как оно было раньше, и что можно принять другую форму. Но это явно не тот случай. И все же…
– Ева… Ева, дорогая моя! Успокойся. Все будет хорошо.
– Не будет.
– Ш-ш. Ты сейчас очень расстроена. Так бывает. Но постарайся взять себя в руки. Ты же сильная!
– Я? – волк схлынул, как волна от берега. Глаза вмиг стали обычными. Даже странно. Раньше такой скорости не наблюдалось. Но вопросы потом.
Я прижала Еву к себе, говоря:
– Вот и молодец. А сейчас тебе лучше прилечь.
– Вряд ли я смогу заснуть.
– А ты не ставь это целью. Просто приляг. Давай, снимай все, что тебе мешает, и забирайся под одеяло.
С этими словами я сама помогла ей избавиться от лишней одежды и даже укрыла одеялом. Но стоило мне лишь чуть отстраниться, как Ева схватила меня за руку, попросив:
– Побудь со мной, пожалуйста.
– Конечно, – я присела обратно на край кровати.
Девушка тут же положила голову мне на колени, проигнорировав всякие там подушки. Впрочем, все мы в тяжелые времена ищем поддержки стаи.
Мы посидели так некоторое время в тишине и сумраке. Я уже подумала, что Ева начала засыпать, когда она вдруг тихо проговорила:
– Мы никогда еще так сильно не ссорились.
Я промолчала о том, что обычные споры у них иной раз случались по пять раз на дню, лишь погладила девушку по голове, едва не запутавшись в кудряшках.
– Зачем ей понадобилось так ласкаться с тем волком? – еще один вопрос прозвучал тише прежнего, но на слух я не жалуюсь. – Я просто не смогла этого «не заметить»! И этот запах! Он же еще слабее меня!
Я чувствовала, как с каждой фразой все сильнее ершится ее зверь, тоже оскорбленный произошедшим. Я сместила руку на загривок девушки и чуть сжала. С вервольфами это могло помочь.
Вот и сейчас глаза Евы прижмурились, и зверь ушел вглубь, успокоился. Но это произошло как-то очень быстро для нее. Даже странно. Вместе с этим чуть расслабилась и сама девушка и, наконец-то, уснула.
Посидев для верности еще с четверть часа, я покинула комнату и пошла к себе. В первую очередь я взяла телефон и набрала номер Иветты.
Трубку подняли не сразу – уже настораживает, и голос главной волчицы показался мне странноватым, когда она ответила:
– Да?
– Привет. Это Лео. Не беспокойся, если что. Ева у меня.
– Слава богу, у нее хватило разума не делать очередных глупостей! – тщательно скрываемое облегчение Иветты резануло слух.
– Что у вас там произошло?
– Она не рассказала?
– Слишком спутано и образно, чтобы понять.
– Ясно. Мы поссорились. Сильно.
– Это-то я как раз поняла. Ты выставила ее с вещами?
– И не думала. Просто сказала, что пусть не показывается мне на глаза, пока не успокоится. И она вспылила еще больше. Бросила, что я с ней как с вещью обращаюсь, и кинулась к себе. Я думала: подуется и выйдет. Но она ушла вместе с вещами.
– Что-то как-то странно, – нахмурилась я. – А из-за чего ссора получилась?
– Как обычно, Ева слишком остро восприняла мою беседу с одним из членов стаи. Филипп своего подопечного привел. Он еще довольно неопытный, да и обращение прошло не слишком гладко. В общем, есть над чем работать.
– Но Еву не разговоры ведь возмутили.
– Нет. Но зачастую необходим и тактильный контакт.
Мне оставалось лишь вздохнуть. Как говорится, обе хороши. Нет, Иветте, как вожаку, приходится порой заниматься различными вещами, и Ева лишь волчица, хоть и является фавориткой, но во всем этом чувствовалось какое-то «но».
– Ева, конечно, вспыльчивая, но подобной вспышки я от нее не ожидала, – продолжила изливать душу главная волчица.
– Она любит тебя.
– И я ее. Мне не нужен никто другой.
– И все-таки она ощущает шаткость своего положения. Она же не может официально стать твоей кайо.
– Но все в стае и не только знают, кем она мне является. Оскорбить ее – это оскорбить меня.
– Не знаю. Мне кажется, есть еще какая-то причина. Ты приедешь?
– Конечно, но завтра. Пусть остынет, иначе, боюсь, разговор не получится.
– Не исключено.
– Спасибо, что позвонила!
– Как же иначе?
Попрощавшись, я положила трубку. Прежде чем вернуться к Андре, я еще раз заглянула к Еве. Она спала. Видимо, переживания отняли много сил. Что ж, возможно, и тут сон окажется лучшим лекарством.
Оказывается, наши гости уже разбрелись по комнатам. В хранилище решили идти завтра, чтобы не в спешке действовать. Сам Верховный Маг засел в кабинете и просматривал «учетную ведомость» – эдакий внушительный том, куда были записаны помещенные в хранилище артефакты и прочие предметы. Но не все. Андре говорил, что примерно три четверти.
– Всех разогнал? – улыбнулась я, заглядывая в книгу через плечо мага.
– Почему разогнал? Здоровая усталость взяла верх, – я чуяла его улыбку.
– Понятно.
– А что у Евы случилось?
Эмоции маг чувствовал не хуже меня, поэтому уточнять, откуда он знает – бессмысленно, я ограничилась ответом на поставленный вопрос:
– Любовь и ревность в тесном клубке, вот что случилось.
– Поссорились?
– Ага. Сильнее обычного, но, думаю, помирятся.
– Так ты еще и семейным психологом подрабатываешь? – поддел меня Андре, за что получил обещание:
– Укушу!
– Все, понял, они просто не чужие тебе люди.
– Именно.
– Но странно…
– Что странно?
– Неужели Иветта не чувствовала, во что выливается ссора?
– Понимаешь, раньше Ева не разыгрывала номер с уходом. Обычно, наоборот, ее танком не сдвинешь.
– Решила попробовать новую тактику?
– Вряд ли. По-моему, во всем, что касается Иветты, у Евы напрочь отсутствует расчет.
– Тогда откуда такие перемены?
– Вот и мне интересно, – я задумалась. И, правда в этой идее было что-то интересное, так и крутившееся на поверхности. Знать бы что!
– Как Ева сейчас? – отвлек меня вопрос Андре.
– Надеюсь, спит. И ночь не подвигнет ее на какие-нибудь глупости.
– А может?
– Сам не знаешь, что ли? Она девушка импульсивная, – фыркнула я, поудобнее устраиваясь в кровати.
– Тогда, может, стоит поставить оповещение на ее комнату?
– Да ладно, идти еще куда-то, – я сама успела разнежиться в постели, и ничуть не стремилась выставить из нее Андре. Но тот лишь рассмеялся:
– Мне вовсе нет необходимости куда-то идти. Это же мой дом.
– А, ну ладно. Тогда и на окна сигнал поставь, – попросила я, а, увидев недоуменный взгляд мага, пояснила: – На улице теплынь, и мало ли что ей в голову стукнет.