"Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Как это?
– Ты не знаешь? Мы – низшие боки, поэтому не обладаем абсолютным бессмертием как Баст или Один, но если мы погибнем, то возродимся вновь, помня о своей прошлой жизни.
– Я не знала.
– Теперь знаешь. И пока ты есть – валькирии не исчезли. Они есть тоже. К тому же и вервольфам нужен предводитель. Если и не сейчас, то очень скоро.
– Поднять восстание против Одина? – округлила глаза Венгильда. даже сейчас эта мысль казалась ей кощунственной, она не могла даже подумать о подобном.
– Я не совсем это имею в виду. Можно вообще жить, отгородившись от Одина, своей жизнью. Да и время древних Скандинавских богов истекает. Скоро они уйдут от людей. Твои сестры, расставшись с божественной силой, став смертными, уверена, испуганы и растеряны. Да, возможно, они не пойдут за тобой, но их отпрыски… Им нужен будет наставник.
Валькирия слушала меня очень серьезно, а под конец сказала:
– Ты все правильно говоришь, даже более чем. Я об этом просто не подумала. А надо было! Спасибо, что напомнила мне, кто я, и что я, – она уже не выглядела такой потухшей. Наоборот, преисполнилась решимости.
Но покидать Египет Венгильда не стала. Она была со мной до конца. Была со мной, когда Кашин предала нас всех, и была изгнана, оставалась рядом, когда Кашин совершила покушение на Баст. Оно не удалось, но в результате мы, трое Сейши-Кодар, исчезли, а наша богиня оказалась заточенной в лунном свете.
  
Глава 53.
 
– Не менее десяти лет прошло, прежде чем Венгильда уверовала, что я не вернусь, – рассказывала Ашана, когда воспоминания отпустили меня, и я вернулась в этот дворец в моем забытьи. – Только тогда она, памятуя о моих словах, решилась покинуть Египет. Она вернулась на север.
Венгильда принялась разыскивать своих уцелевших сестер и их потомков. Было трудно, так как некоторые просто озверели, а кто-то демонстрировал буйный непокорный нрав, но она справилась. В конце концов, Венгильда сплотила всех вервольфов в один клан. Достаточно сильный, чтобы Один не мешал им существовать, попросту закрывая глаза на то, что они есть.
Во время Рогнарека, когда Фенрир вырвался на свободу, почти весь этот клан, в память о прошлых обидах и в честь своего родства с Фенриром, сражались против Одина. Но сама Венгильда не участвовала. Она стала истинной матерью клана, полной мудрости и благочестия. Говорят, Венгильда удостоилась того, что Черная Хель лично пригласила ее в мир теней, предлагая любое возрождение. Но от последнего Венгильда отказалась.
– Почему? – спросила я.
– Я ждала тебя, – раздался голос за моей спиной.
Я обернулась, и увидела ее. Венгильда стояла в сияющих доспехах, а под руку ее держала девушка с длинными светлыми, с рыжим оттенком, волосами. Правда, девушкой ее можно назвать лишь условно. Ей могло быть как восемнадцать, так и сорок, но она походила на ангела, милого и невинного. Лишь глаза выдавали. Такие бездонные, завораживающие, будто в них прятались все тайны мира. Только еще у одного существа я видела подобные – у Таната. И то, что у нее такие же глаза – в этом нет ничего удивительного, ведь она его сестра. Селеста. Мы встречались раньше, давно. Но помнили друг друга. Селеста сказала:
– Рада снова видеть вас, Лео.
– Взаимно. К сожалению, мы всегда встречаемся при довольно странных обстоятельствах.
– Что ж поделать, – развела руками сестра Смерти.
Но все мое внимание было уже приковано к Венгильде. Обнявшись, я спросила:
– Неужели все эти века ты ждала моего возвращения?
– Да, – просто ответила она. – Я не хотела вновь появляться в этом мире без тебя. А так как кольцо возрождений не тянуло меня, я могла ждать.
– И ты хочешь возродиться сейчас?
– Лишь частично.
– Как это?
Вместо нее ответила Селеста:
– Понимаешь ли, Венгильда добровольно сошла в царство мертвых, и над ней нет кольца возрождений. И все-таки она из низших богов. Она может возродить в ком-то, в ком еще есть ее кровь, возродить свою силу, способности, частично – воспоминания. Но полного возрождения и слияния, как у тебя, Лео, не произойдет. Это исключено.
 
– Понятно, – тихо ответила я. – И ты, Венгильда, согласна на подобное?
– Конечно. С радостью. Пусть если не я, то хоть мои силы вновь послужат моему народу. Мир снова на изломе, а вервольфы лишены покровителя.
Похоже, годы в родных краях после возвращения из Египта сильно изменили ее. Не гордая и вспыльчивая воительница более, а именно мать клана, прежде всего думающая о своем народе. И теперь я сама, пройдя путь от оборотня-одиночки до патры, куда как лучше понимала это. Я сказала:
– Мне приятно это слышать. Ты более чем достойная глава своего рода.
– У меня были очень хорошие учителя, – скромно заметила Венгильда.
Но во всем этом разговоре оставалась маленькая, но существенная закавыка, о чем я и сообщила всем присутствующим:
– Это все замечательно. Но, в конечном итоге, решать должна сама Иветта.
– Безусловно, – согласилась Ашана. – Никто и не думает лишать ее свободы воли. Поэтому я и выбрала для своего предложения именно этот момент. Повезло просто, что вы вдвоем оказались без сознания. В том состоянии, когда разум не ограничен рамками пространства и времени.
– Значит, Иветта все это время была рядом? – спросила я, даже и не зная уже, к кому конкретно обратиться.
– Да. Именно так. Ты ведь чувствовала ее.
– Я здесь, Лео.
В отличие от остальных пришедших образ Иветты появился не сразу, сначала оставался полупрозрачным, но потом все-таки сформировался окончательно.
– Ты видела все? – зачем-то спросила я.
– Да. И воспоминания, и то, что здесь, – подтвердила она.
– И что ты скажешь? – спросила Ашана. – Каково твое решение, волчица?
Все выжидающе уставились на Иветту, но та не дрогнула ни единым мускулом, а сказала:
– Я принимаю столь щедрое предложение.
Повисла тишина, и в этой тишине я спросила, ведь кто-то должен был спросить:
– Но помнишь ли ты, что эта сила, как бы то ни было, изменит тебя?
– Да, конечно. Но я должна. Я хочу быть достойной тебя, и иметь достаточно сил, чтобы сдерживать стаю. Ты ведь знаешь, как это непросто.
По всему было ясно, что Иветта сделала выбор и не отступит, хотя, возможно, и не понимает до конца к чему это может ее привести. Но… выбор сделан. Сделан тем, кому должно.
Дух Венгильды переглянулся с Селестой. Та коротко кивнула, а валькирия вновь обратила взгляд на Иветту. Только сейчас я почувствовала общую нить. Нить, которая протянулась через века и пространства. У них и правда каким-то непостижимым образом имелась общность крови.
Венгильда подошла к волчице. Улыбнулась и сказала:
– Ты сильна и мудра. Достойный предводитель своему народу. Я сама не могла бы найти преемницы лучше. И я передаю свой дар тебе.
С этими словами она обняла Иветту. Я уже знала, что будет дальше. Образ Венгильды стал бледнеть, одновременно мерцая голубоватым светом. Потом, в одночасье, дух валькирии втянулся в Иветту.
Главная волчица глубоко вздохнула и открыла глаза. Теперь на ней были доспехи валькирии, искрящиеся серебром, а сами глаза, обычно серые, приобрели голубоватый оттенок. Иветта поднесла руки к глазам. Кожа испускала мягкое матовое свечение. На лице моей подруги отразился торжествующий восторг.
Ашана прервала этот триумф словами:
– А сейчас вам пора возвращаться. Более удерживать время не безопасно. Даже в снах. Вам пора приходить в себя, ступайте.
– Да, ты права, – согласилась я. – И спасибо тебе.
– Но к чему благодарить саму себя? – весело рассмеялась Ашана.
Потом все завертелось и закрутилась у меня перед глазами, словно кто-то тащил меня за шкирку вверх. Или вниз. Что не так уж и важно.
  
Глава 54.
 
Открывая глаза, я чувствовала себя наконец-то выброшенным на берег пловцом. Хотелось жадно хватать ртом воздух. Но это лишь обманутые инстинкты. На самом деле все не так уж и плохо. Ну относительно, конечно.