"Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Проблема не то чтобы глобальная. Собственно, и не проблема пока, но может ею стать через пару лет. Я наткнулся на потенциальную ведьму очень большой силы. Думаю, не слабее Агаты или Хормина. Но пока корона не развернется, трудно объективно оценить способности.
— Хормина, говоришь? — Ивор нервным движением расправил белоснежную густую бороду, почти полностью закрывающую узкие плечи и впалую грудь. — Это значит… ты же понимаешь, случись что со мной, Хормин — основной кандидат на место главы Анклава. А Агата — его главный соперник.
— Да, эта девочка может оказаться равной тебе или даже сильнее, — кивнул я. — Бутон короны черный и явственно отливает золотом. По стенам дома, в котором она живет, уже пошел узор силы, а ей всего-то десять лет! Но это — полбеды. Хуже то, что девочка агрессивна и уже сейчас использует пробуждающуюся силу во зло. Она основательно запугала слуг, выжила из дома гувернантку и свела с ума психоаналитика, которого пригласили к ней родители.
— Свела с ума?! И ты говоришь — корона еще в бутоне?!
— Вот именно. Я и сам невысокого мнения о психоаналитиках, но превращать каждого, кто тебе не нравится, в пускающего слюни идиота — это чересчур.
— И ты говоришь — это не проблема?! — Ивор вскочил, забегал по кабинету, путаясь в полах халата и отчаянно жестикулируя. — Ох, услужил! Благодарствую! Превеликою благодарностью, понеже весть принес воистину радостную!
Я вздохнул. Судя по проскальзывающим в речи словечкам из времен его юности, новость Ивора очень расстроила. Понять старика можно — последний серьезный конфликт между магами произошел лет двадцать назад. Угроза, нависшая над спокойной размеренной жизнью, мало кого обрадует, а ведь Ивору лично придется сообщить об этом Анклаву. И думать, что делать с источником этой угрозы, тоже придется ему.
— Вообще, все не так плохо, — поспешил я успокоить мага. — Девочка на самом деле неплохая, просто не справляется с нахлынувшей силой. Я подготовил почву для вашей встречи. Думаю, она сама захочет стать твоей ученицей. И мать ее настроил соответственно — она позвонит тебе на днях.
Оставив главу Анклава осмысливать свалившуюся проблему, я с законным чувством выполненного долга покинул его резиденцию.
«Наконец-то!»
«Извини, я знаю, что ты не любишь это место…»
«Не люблю? Да меня тошнит от этого места! Тебе повезло, что ты не чувствуешь, как там воняет!»
«Чем? Слушай, я и вправду не очень понимаю, а ты не желаешь объяснить!»
«Забудь, — после долгого молчания произнесла Хайша. — Когда-нибудь я тебе расскажу. Сейчас у тебя есть проблемы поважнее».
И вот так постоянно! Какой смысл иметь в качестве альтер эго богиню, если одно ей не по силам, другое она не знает, а про то, что знает, не хочет говорить! Ивор, кстати, чаще всего ведет себя точно так же. Ненавижу, когда ко мне относятся как к неразумному дитяти!
Я раздраженно промаршировал мимо дагу и, хлопнув дверью, оказался на улице.
Странная у этого места особенность. Вроде мы недолго разговаривали с Ивором, но когда я выбрался на улицу, оказалось, что уже полдень. Женьке, пожалуй, звонить еще рано, но ничто не мешало мне заняться расследованием по старинке, не прибегая к помощи высоких технологий. Чтобы получить какую-то информацию, вовсе не обязательно лезть в Интернет. Вместо этого, например, можно поговорить с духами.
Всяческие «наследники мудрости шаманов» индейских племен с непроизносимыми названиями утверждают, что советоваться с духами лучше всего где-нибудь в прерии. И предварительно хорошенько закинуться пейотлем. Но где же взять прерию в Москве? Да и с галлюциногенными кактусами все не так однозначно. Главным же аргументом против рабского следования древним ритуалам было то, что духи и так соглашались со мной разговаривать, без прерий и кактусов.
Духи — вообще болтливые существа. Но осуждать их за это у меня лично язык не повернется, ведь разговор — единственная радость, доступная бесплотным призракам. Помимо, разумеется, вуайеризма.
— Представь себе, Вик, это не жалкие девяносто-шестьдесят-девяносто, совершенно незаслуженно возведенные на пьедестал! Это натуральные сто десять вверху и сто тридцать внизу! А талия!.. Это не талия, это поэма в пастельных тонах!
— Да что ты лепишь?! Хвастун! Тебя послушать, так все твои «крошки» скроены по одному лекалу! Поэма, тоже мне!
— Вот-вот! Ты даже описываешь их всегда одними и теми же словами! Ну признайся же, максимум, на что ты способен, — это подглядывать за «крошками» в женской бане!
Я потер лоб, чувствуя, что теряю нить разговора. Словоохотливость духов может соперничать только с их неуемной похотливостью. Но в случае с троицей неразлучных друзей: Мо, Бо и Вилькельхейма — оба этих порока уступали пальму первенства склочности. К сожалению, когда я добрался до бара «У кота», других духов там не оказалось. Вот и пришлось выслушивать поток унылых скабрезностей вперемешку с взаимными оскорблениями и руганью. Увы, выслушивание духов было платой за получаемую от них информацию. Половина удовольствия для бестелесных развратников заключается в том, чтобы похвастаться перед кем-нибудь своими «похождениями». И это хорошо, ведь иначе мне бы просто нечем было их заинтересовать. Но я ни за что не назову эту цену незначительной!
— Все, парни, хватит! — оборвал я очередной скандал, вспыхнувший между призраками. — Я выслушал уже с десяток похабных историй. На этом остановимся — я не хочу окончательно терять веру в людей. Теперь говорите, что знаете о Келлере.
— Келлер — это величина!
— Да-а-а, Келлер крут!
— Келлер — наш кумир!
Я даже поперхнулся пивом. На моей памяти, три духа впервые согласились друг с другом.
— И чем же он завоевал у вас такую популярность?
— У-у-у, он такой затейник! — в экстазе простонал Мо.
Вилькельхейм поддержал собрата:
— У него в особняке такие вечеринки проходят, что половина духов со всех окрестностей слетается!
— Вот как… — Я прикинул, чем мне это может помочь, и покачал головой. — Это, конечно, любопытный факт, но мне нужно что-нибудь поинтереснее.
— Что может быть интереснее секса?! — завопил Бо. — Вик, ты извращенец!
— Кто бы говорил, — парировал я. — Скажите мне лучше, где находится офис его фирмы?
— На Неглинной, — ответил Вилькельхейм, и на мгновение у меня перед глазами вспыхнуло изображение улицы. Я словно пролетел по ней и повис перед старинным зданием, выкрашенным в серый цвет. — Вот в этом доме.
— Но там никогда ничего интересного не происходит, — поспешил нажаловаться Бо. — Мы следили за Келлером, думали, у него и в офисе будет весело!
— И ошиблись! — вякнул Мо.
— Они там работают! — заключил Вилькельхейм. — Представляешь?
— Действительно, какой ужас! — согласился я. — Хорошо, я вас понял. А что насчет теневых способностей Келлера?
Духи некоторое время молчали, и я уже решил, что они сочли, что и так поведали мне достаточно. Но потом Вилькельхейм медленно, словно подбирая точные слова, произнес:
— Он странный.
— Что это значит?
— В нем нет теневой крови, — пояснил Мо. — Совсем.
— Но он манипулирует Тенью. Он — как ты, Вик.
— Не говори ерунды, Бо! — немедленно завелся Вилькельхейм. — Мы-то знаем, почему Вик такой! А у Келлера другая сила!
— Ну и что? Принцип тот же!
— Врешь! Ты не можешь знать, откуда у него сила!
— Неважно! Она у него есть! А теневой крови нет!
Я оставил на столе деньги за пиво и ушел. Духи, увлеченные очередной сварой, этого даже не заметили.
Что ж, по крайней мере я не зря потратил полтора часа, слушая порнографические истории. Конечно, адрес фирмы Келлера мне бы и Женька нашла, а вот про странные отношения Анатолия Германовича с Тенью вряд ли кто-нибудь еще смог бы поведать. Я машинально потер знак на груди. Значит ли это, что Келлер тоже… хотя, духи ведь сказали, что у него другая сила? Но можно ли верить духам? Специально врать они не станут, но могли ведь и ошибиться. Эта троица, прямо скажем, умом не блещет, да и интересы их лежат в несколько иной сфере.