"Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Истинное? Это круче, чем теневое?
— Хм… Никогда не сравнивал, — признался я. — Дело в том, что истинным зрением обладают только дети. Становясь взрослее, человек утрачивает эту способность.
— Почему?
— Как бы это объяснить… — Я отпил глоток и стал разглядывать бокал на просвет. — Представь себе, что ты смотришь на мир из окна. Через стекло. В раннем детстве стекло твоего восприятия чистое, и ты видишь мир таким, какой он есть, без искажений и оценок. В этом мире удивительные краски, странные существа, непонятные события, которые замечаешь только ты. С каждым годом это стекло покрывается все новыми слоями пыли — это те представления о мире, которые тебе внушают родители, воспитатели, учителя, друзья, прочитанные книги и просмотренные фильмы. Ну вот, представь себе, маленький ребенок видит некое существо на четырех ногах, покрытое шерстью. С хвостом. Он понятия не имеет, что это за существо. Родители говорят ему: «Это собачка! Видишь? Собачка говорит гав-гав!» Понятное дело, что слово «собачка» — просто набор звуков. И уж тем более ни одна собака на свете не говорит «гав-гав». Но после многократных повторений в голове ребенка навсегда совмещаются образ четвероногого существа, которое он видел, слово «собака» и то, что она лает. В дальнейшем эта матрица неосознанно накладывается на все, что более-менее похоже на ту первую собаку. Постепенно скапливается набор матриц — «собака», «кошка», «лошадь» и так далее, — обозначающих реальных существ. И набор матриц — «дракон», «чудовище», «леший» и тому подобное — существ нереальных. Когда человек видит существо нереальное, разум в целях самозащиты подменяет эту матрицу другой — матрицей существа реального. «Ох, что это?! Дракон?! Этого не может быть! Драконы не существуют! Это просто странной формы облако!» Это грубый пример, но в целом система действует именно так. Каждое навязанное описание или оценка — одна из пылинок, искажающих представление о мире. Постепенно стекло становится таким мутным, что ты видишь не сам мир, а его искаженную карикатуру. Краски потускнели, а феи и гномы перекочевали на страницы книг. Поскольку эта «пыль» — сумма общих усредненных представлений о мире, она примерно совпадает с тем, что видят остальные. Более того, если тебе каким-то образом удастся стереть эту «пыль», окружающие перестанут тебя понимать и сочтут сумасшедшей. Впрочем, это редко кому удается.
— Но я… я ведь не стирала никакую «пыль»!
— Просто тебе удалось каким-то чудом сохранить свое «стекло» относительно чистым, — развел я руками. — Могу предположить, что в детстве родители не особо занимались твоим воспитанием, большую часть времени ты была предоставлена сама себе. Ты одиночка, друзей у тебя нет…
— Не надо предполагать! — вспыхнула Женя. — Тоже мне, доктор Фрейд! Я тебя поняла, достаточно!
— Ого! — усмехнулся Алекс, — Нет, правда вы точно не родственники?
— Заткнись! — Я сделал вид, что собираюсь метнуть в Апекса стакан. — В общем, на твоем «стекле» явно меньше «пыли», чем должно быть у нормального подростка. Потому ты и увидела истинный вид Ми-ми. А также — мой и Алекса. Наверняка тебе и раньше случалось видеть такое, чего вроде бы не бывает?
— Ну допустим, — кивнула Женя. — А чем это отличается от теневого зрения?
— Чтобы объяснить, нужно сначала ввести понятие Тени, — сообщил я, вновь доставая из тумбочки бутылку джина, — Ты не будешь так любезна принести из кухни тоник и лед?
— Я пошел спать, — зевнул Алекс. — Если Виктор начал вворачивать светские выраженьица, значит, разговор затянется. А всю эту философскую дребедень я слышал уже тысячу раз и ни разу не осилил дослушать до конца. Вик, не забудь, у нас завтра вечером важное дело. Спокойной ночи!
— Проваливай! — без особого сожаления напутствовал я напарника. Пояснил для Женьки: — Алексу повезло. В нем есть теневая кровь и ему плевать на теорию, все, что нужно, он ощущает спинным мозгом.
— Теневая кровь? — подалась вперед Женька. — Что это значит?
— То, что он не человек.
— Хочешь сказать, линуксойд?
— Кто?
— Ладно, проехали. Так что это за теневая кровь?
— О… Ну я же говорю, сначала надо пояснить, что такое Тень. Слушай, ты точно не хочешь чаю?
— Нет, а вот от коктейля не откажусь.
— Маленькая еще!
— Не настолько, — отрезала наглая девчонка, завладев моими припасами и делая себе джин-тоник. — Если нам дальше работать вместе, относись ко мне как к равной.
— Ну твои проблемы, — вздохнул я. — Не мне кидать в тебя камень… Так о чем мы? А! Как ты знаешь, при малейшем освещении у всех видимых предметов появляется тень. Но далеко не все знают, что эта физическая тень порождает тень, так сказать, метафизическую, или Тень с большой буквы. Тень — полноценный мир, но зависящий от нашего. Впрочем, тот мир, который мы привыкли считать единственным реальным, тоже зависит от Тени. Если спилить дерево в нашем мире, то исчезнет его тень. Если в мире Тени воздействовать на тень этого дерева… впрочем, вот это как раз сложно и доступно только сильным магам. Наши миры взаимно проникают и влияют друг на друга. У всего существующего в этом мире есть свое воплощение в мире Тени. Теневое зрение позволяет видеть это воплощение.
— Я своим зрением не могу видеть Тень? Да?
— Не можешь, — кивнул я. — Зато ты можешь видеть истинный облик существ и явлений. Исходный, свободный от примесей. Но теневые облики от тебя скрыты. Ты увидела, извини, кривые ноги Алекса, но не увидела его теневой облик. И мое лицо показалось тебе только лишь странным. Теневой облик… мм… как бы это объяснить? Он еще сильнее искажен но сравнению с истинным. Как тень выглядит сильно искаженным отражением предмета. Но это искажение не произвольное — оно раскрывает внутреннюю суть. Хотя, понять, что именно видишь, бывает довольно сложно.
— Но ведь жопо… чжупа… свинодракона-то вашего я вижу!
— Потому что это его истинный вид. В Тени он, впрочем, выглядит почти так же. Животные имеют тот же вид в Тени, что и в нашем мире. Они ведь не умеют скрывать свою истинную суть.
— Значит, теневое зрение все-таки круче! — заключила Женька и закручинилась. Паштет ободряюще мявкнул и начал тереться мордой о ее щеку. — Это несправедливо!
— Вот, блин! — расстроился и я. — А ты представь, сколько на свете людей не имеют ни теневого, ни истинного зрения! Им-то каково?!
— Да уж! — согласилась Женька, делая еще по коктейлю. — Кошмар!
— Нет, ты не представляешь! — погрозил я ей пальцем, — Вот я это знаю точно. А еще хуже, когда обретаешь теневое зрение неожиданно! Сначала мозг вообще заклинивает. На своей шкуре испытал. И вот что я думаю: хорошо, что у большинства людей «стекло» «пыльное». Не так уж и здорово видеть этот мир таким, какой он есть на самом деле.
— Погоди, погоди, — уцепилась за мои слова девчонка. — Так теневому зрению можно научиться?
— Научиться можно, конечно, но при очень сильном везении. Почти невероятном. А вообще, маги давно придумали амулеты, позволяющие людям без теневой крови видеть Тень.
— Серьезно? — У девчонки загорелись глаза. — А мне можно достать такой амулет?
— Надо поговорить с Ивором. Это быстро не делается… Слушай, давай-ка спать, а? Уже два часа ночи, а нам завтра предстоит тяжелый день!
— Почему?
— Потому, сестренка, что мы на двоих выпили почти литр джина.
Я знал это обманчиво легкое состояние, когда тело кажется невесомым и очень ловким, но почему-то за все цепляется и опрокидывает окружающие предметы. Будь я один, еще пара стаканчиков джин-тоника последовала бы обязательно, гарантированно отправив меня в нокаут без сновидений. Однако при Женьке мне было неловко напиваться.
«Ну хоть какая-то польза от нее есть!» — услышал я ворчание Хайши, перед тем как заснуть.
А потом как-то сразу настало утро.
Умные люди говорят: утро добрым не бывает. Особенно это справедливо, когда утро начинается с телефонного звонка. Хорошо еще, что я положил телефон на пол рядом с кроватью. Не из какой-то особой предусмотрительности, просто вчера, раздеваясь, я выронил его из кармана брюк и не рискнул наклониться, чтобы поднять. Зато сегодня мне не пришлось вставать и даже открывать глаза, чтобы нащупать мерзко пиликающий аппарат и прохрипеть: