"Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Я никого не боюсь! — немедленно вздернула нос девчонка.
— Угу, — буркнул я, не желая втягиваться в бессмысленный спор, открыл входную дверь и посторонился, пропуская гостью вперед.
— И-и-и! — завизжала девчонка и мгновенно оказалась у меня на руках..
Ми-ми, вышедший нас поприветствовать, от неожиданности выпустил струю горячего пара и попытался спрятаться под вешалку, не поместился, свалил хлипкое сооружение и, окончательно обезумев от страха, повизгивая, скрылся в глубине квартиры. На смену ему — а как же, ведь прозвучал женский голос! — выскочил Алекс, на миг остолбенел, после чего стал судорожно кутаться в трогательный халат, расшитый мишками. Забытый одной из бесконечного множества пассий Алекса, халатик доставал напарнику лишь до середины бедер. На лестничной клетке за моей спиной послышался скрежет и лязг многочисленных затворов, и я успел лишь тоскливо пробормотать:
— Только не сейчас!
— Гражданин Фокс!
Я обреченно повернулся к соседке лицом:
— Да, Едвига Константовна?
— Вы… Вы… Потрудитесь объясниться!
— В чем?! — Я бы развел руками, но они были заняты. — Поверьте, я не хотел шуметь! Вешалка рухнула совершенно случайно.
— Ваше поведение! Что за бесчинство вы собираетесь учинить с этим ребенком?!
— Я?! Как вы могли такое подумать обо мне?! — вполне искренне возмутился я. — Ладно бы еще про Алекса! Но я-то никогда не давал малейшего повода усомниться в моем полнейшем благочестии!
— Тем не менее девочку на руках держите вы, гражданин Фокс! — непримиримо нахмурилась Едвига Константовна. — Да и гражданин Рейнард, как я вижу, присутствует, причем в виде, не допускающем разночтений!
— Но… — Когда соседка начинает обращаться ко мне «гражданин Фокс», мне в ее голосе чудится лязг ружейных затворов, и я невольно теряюсь. Даже боюсь представить, где и кем она работала до пенсии.
— Папа хочет сказать, что вы совершенно неправильно поняли ситуацию! — неожиданно подала голос девчонка.
— Папа? — Соседка подозрительно на нее уставилась, — Не знала, что у… Виктора Олеговича есть дети.
— Э-э-э… о-о-о… — Я заткнулся, не в силах вот так сразу осознать стремительное изменение своего семейного положения. Впрочем, девчонка прекрасно справлялась сама.
— А я с мамой живу в Питере! Родители давно развелись, и когда папа хотел меня увидеть, он всегда сам приезжал. А сейчас я к нему на каникулы приехала — очень хотелось Москву посмотреть! Мы гуляли, папа показывал мне город. И вот, как назло, я ногу подвернула… Папе пришлось меня на руках нести. А тут вешалка упала, я так испугалась!
Она произнесла свой монолог так искренне, с такими наивно-убедительными интонациями, что даже я засомневался, а нет ли у меня и в самом деле бывшей жены в Питере? Но я — это я, а закаленная регулярными боями с разносчиками рекламы Едвига Константовна — совсем другое дело. Тем не менее дальнейших гневных изобличений моего распутного облика не последовало. Соседка смерила подозрительным взглядом меня, потом Алекса и захлопнула дверь. Слушая, как гремят в обратной последовательности замки, я перевел дух и наконец вошел в квартиру.
— Какие неожиданные вещи приходится узнавать о старом друге! — воскликнул Алекс, когда я протиснулся мимо погибшей вешалки, опустил на пол девушку и запер за собою дверь. — Ты никогда не говорил, что у тебя есть взрослая дочь! Да еще такая… гм… оригинальная.
— Что это был за крокодил? — поинтересовалась «моя дочь».
— Что? Эй! Нехорошо так говорить про пожилую женщину!
— Да я не про соседку! — отмахнулась девчонка, подозрительно оглядывая квартиру. — Я про чудовище, которое вешалку повалило! Оно еще паром плевалось! Что это было?
— Это… будет трудно объяснить, — вздохнул я. — Вообще-то его тут не должно было быть. Алекс, я же просил…
— А я тут при чем? Я уходил всего на полчаса, оставил в двери записку с просьбой подождать. Записку никто не трогал… ну, кроме Едвиги, конечно, — сообщил Алекс. — Хозяин Ми-ми так и не явился. Да и новый клиент тоже. Я был вынужден весь вечер провести в компании этой твари!
 
— Значит, придет завтра, — развел я руками. — Он клиент, он может себе это позволить. И вообще иди оденься, выглядишь, как звезда шоу трансвеститов.
— Я бы с радостью! — взвился Алекс. — Но когда я вернулся домой, этот урод опять набросился на меня и повалил. Тебя не было, оттащить его было некому, и он не успокоился, пока не обслюнявил всю одежду. Пришлось стирать. Вот жду, пока высохнет.
— Похоже, это любовь! — хмыкнул я. — Не думал, что когда-нибудь скажу это, но… можешь взять мои джинсы. Твои коленки не настолько сексуальны, чтобы выставлять их напоказ.
— Твои джинсы он сожрал! — невесело сообщил Алекс. — И кеды!
Мне только показалось, или в его тоне явно звучали мстительные нотки?
— Черт…
— Да что это такое было?! Вы мне собираетесь хоть что-то объяснить?! — встряла в наш разговор девчонка.
— Это кто такая, кстати? И что у нее с головой?! Малышка, твой бойфренд увлекается граффити, а тебя использует в качестве кисточки? Бедная девочка! Сочувствую!
— А что у тебя с ногами?! — презрительно сощурилась девчонка. — Тебе их в детстве сломали, и они так криво срослись? Бедненький! Сочувствую!
— Виктор?! Кого ты к нам привел?! Ей не нравятся мои ноги! Всем женщинам нравятся, а ей…
«А она права! Вообще-то у Алекса ужасно кривые ноги!»
«Хайша… ты меня убиваешь!»
«Нет, я к тому, что обычная девушка этого заметить не может. Но это не теневое зрение».
«Обычная, не обычная… Впрочем, наверное, ты права. Мою рожу она тоже назвала странной».
Боги! Как же я устал! Я проковылял к своему любимому креслу и шлепнулся в него, задрав на стол ноги, обутые в классические туфли. До чего же уродливая обувь! Но кеды с костюмом не наденешь…
Проклятье! Мне же теперь ходить в костюме, пока не доберусь до ближайшего секонд-хенда! Ненавижу костюмы!
Я поднял глаза на девчонку, кивнул в сторону дивана:
— Садись.
— А вдруг это чудище под ним прячется?
— Оно тебя не тронет, — попытался взять реванш Алекс. — С такой встроенной сиреной ты можешь вообще ничего не бояться.
— Сиреной?! Ах ты, надутый индюк!
— Наглая мартышка!
— Все! — Я стукнул кулаком по подлокотнику кресла. — Заткнулись оба! Значит, так…
Но продолжить не успел — девчонка увидела Паштета, все это время с буддистским безразличием наблюдавшего за шумными людьми.
— Ой! Неко! — Кот попытался спастись бегством, но слишком поздно осознал грозящую ему опасность. — Какой няшечка! Какой толстопузечный! А-а-а! Кто это у нас такой толстопузечный?!
Паштет обреченно обвис в ее руках.
— Как его зовут?
— Паштет.
— Почему?! Какое ужасное имя!
— Почему ужасное? — Алекс пожал плечами. — Имя как имя.
— Вы ничего не понимаете! Неужели вы правда не понимаете?! Ну как же так?! Почему вы не понимаете?! Это ужасное имя для кота!
— А он больше ни на какие имена не реагирует, — хмыкнул я. — Мы его по-всякому звать пытались — никаких эмоций. А стоит даже шепотом позвать: «Паштет», как он сразу примчится хоть с другого конца квартиры. Уж очень паштет любит… Да оставь ты его. Нам серьезно поговорить надо.
— Он мне не мешает. Ну?
Девчонка уселась на диван, не выпуская кота из рук. Впрочем, Паштет и не пытался вырваться, видимо, решив философски воспринимать происходящее.
— Меня зовут Виктор Фокс. Знакомые обычно зовут Виком или Фоксом. Мне плевать, зови, как тебе удобней. Я — частный детектив. Этот красавчик, неудачно косящий под шотландца, мой напарник. Его зовут Алексей Рейнард.
— Для друзей — Алекс!
— Не советую заводить с ним дружбу. В понимании Алекса дружба мужчины и женщины проверяется в постели.
— Спасибо, папочка!
— Эй, а ты ей не отец случайно на самом деле? — осторожно поинтересовался Алекс. — А то я замечаю некоторое сходство.
— Нет. Просто не хочу дополнительных проблем… Итак, твоя очередь.