Частный детектив Выпуск 3

В следующий миг он растянулся навзничь на полу, уставившись в потолок и видя чудовищные фигуры, как бы проплывавшие над ним то в ярком свете, то в темноте. В изумлении он пытался понять, что происходит, сознавая, что он пока еще жив и находится в одной комнате с Гроссом и Марго, вспоминая, что Гросс держал его на мушке своего кошмарного 45–го калибра… и что это Марго…
Кто–то опустился на колено рядом с ним и что–то спросил. Стив медленно повернул голову и взглянул на склонившееся над ним лицо. Этого человека он где–то уже видел. Полицейский. Где же он его видел?
Человек произнес:
— Спокуха, Беннетт. Врач скоро приедет. С тобой все будет в порядке. — Он коротко хохотнул. — Ты доживешь до суда.
О Господи, подумал Стив как в тумане, ублюдок ничего не понял. Теперь он вспомнил его: коп, дежуривший на радиопосту и стрелявший в него, когда Стив вырвался из участка.
Он с трудом выдавил из себя слова:
— Почему… вы так задержались?
Ему хотелось объяснить, что он был бы уже трупом, если бы они прибыли вовремя, но ему показалось, что такое объяснение не стоило усилий.
Искаженным от гнева голосом полицейский ответил:
— Эта чертова маленькая ведьма, чокнутая бабенка по имени Кристин Лотон! Когда поступило сообщение о тебе, она просто взбесилась и разбила микрофон. Мы бросили ее в камеру, и я прослежу, чтобы она осталась там на сотню лет.
Стив заинтересовался, чего это коп так рассвирепел; но тот объяснил:
— Я не мог вызвать патрульную машину, потому что она разбила микрофон. Черт бы ее побрал! Она разбила его о мою голову!
Стив усмехнулся, вообразив сцену в полицейском участке. Крис, подумал он… Крис… Ну тут комната снова погрузилась в темноту, и чернота поглотила его.
  
Глава 19
 
Стив Беннетт нахмурился, разглядывая пустую чашку в своей руке. Откинувшись на подушки на своей больничной койке, он взглянул на сидящую рядом Крис.
— Суп, — скорбно пробормотал он. — Суп! Когда наконец мне дадут поесть?
Они с Крис были одни в палате. Она улыбнулась и весело произнесла:
— Ну, если бы тебе прострелили башку, ты мог бы, вероятно, есть что угодно. Если смог бы жевать. Вам не на что жаловаться, мистер Беннетт.
— Пожалуй. — Он тряхнул головой и снова поглядел на нее. — Как же приятно видеть тебя, Крис! Ты мой первый посетитель.
— Я–то знаю, была здесь и раньше.
Стив облизал губы, припоминая свою последнюю ночь в «Какаду». Гросс мертв, он умер на месте еще до того, как Стива унесли к ожидавшей его «скорой помощи». Марго наблюдала, как он умирал. Воспользовавшись тем, что она пребывала шоке, полицейские выудили из нее правду. На второй день его пребывания в больнице Стива посетил сержант Джо Райли, которому он рассказал все, что знал, в том числе и о покупателе пистолета Филипе Ноуле, чей труп должен был находиться под платанами близ Сухого озера. Этот факт и находки экспертов–криминалистов прояснили все дело. Стив взглянул на Крис:
— Ты хоть понимаешь, что спасла мне жизнь? Я имею в виду твою проделку с микрофоном и любящим тебя копом.
Крис хихикнула:
— Как же он взъярился! Они уже вознамерились заточить меня навечно. Им пришлось поехать на личной машине Райли. Да, Стив, боюсь, он уже не питает ко мне нежных чувств.
Стив рассмеялся, потом застонал и тронул рукой повязку на животе.
Крис наклонилась к нему и взяла за руку:
— Извини.
— Не надо извиняться — немного смеха мне не помешает. — Он крепко сжал ее руку. — Ты так рано встала! Уж не торчала ли ты тут, у входа?
— Ага. — Она вскинула голову. — Я приходила и раньше, но меня не пускали к тебе. Вот я и крутилась поблизости, следя за поведением твоих сиделок. — Ее брови сошлись, а яркие губы поддались. — Слишком много пациентов увлекаются своими сиделками.
Стив просиял:
— Как тебе моя сиделка?
— Она слишком толста.
— Однако привлекательна.
— Не думаю. Я договорилась о другой сиделке для тебя.
— Что–что?
— Договорилась о новой сиделке для тебя. Стив вытаращился на нее:
— О старой дряхлой карге, разумеется?
 
— Нет, если честно, — она посерьезнела, — это по–настоящему красивая сиделка, к тому же молодая.
— Кроме шуток?
— Кроме шуток.
— Ну, Крис, ты просто прелесть. Ты не будешь возражать… если я… увлекусь одной из сиделок?
— Может быть.
— Крис!
— Ммм?
— Иди–ка сюда.
— Куда это?
— Сюда, глупенькая. Нагнись.
Она наклонилась к нему, сверкая глазами. Стив обвил левой рукой ее шею и притянул ее лицо к своему, но тут кто–то кашлянул.
Стив оглянулся. В ногах койки стоял мужчина.
— Убирайся! — крикнул Стив. — Какого черта? Разве ты не видишь, что я занят?
Но мужчина продолжал стоять. Стив прорычал:
— Черт! Убирайся, я сказал!
Протянув руку, он нажал кнопку на столике у кровати, потом обессиленно откинулся на подушки.
— Сестра! — завопил он. — Сестра!
Крис едва сдерживалась, чтобы не засмеяться.
— Дурачок! — Она все–таки хихикнула. — Он и есть твоя новая сиделка!
Стив нахмурился, но тут же расхохотался. Потом застонал и, когда Крис заботливо склонилась над ним, снова положил ладонь ей на затылок, протягивая к ней губы. К черту всех сиделок!
— Крис, — промолвил он, — поцелуемся на счастье?
Она улыбнулась и, прежде чем поцеловать его, мягко пробормотала:
— Ага, на мое счастье.
  
Патрик Квентин
 
Мой сын убийца?
   
Глава 1
 
В субботу утром я еще лежал в постели, когда Лера, моя домработница, окружившая меня материнской заботой с тех пор, как я остался один, принесла на подносе завтрак. Честно говоря, я не привык есть в постели, но мне не хотелось ее обижать.
Я просматривал утреннюю почту и рукопись одной из повестей, присланную мне из конторы домой, и слышал, как Лера убирала соседнюю комнату, стараясь не шуметь. Для нее издатель был весьма значительной личностью, которую во время работы ни в коем случае нельзя беспокоить.
Раздался телефонный звонок. Сняв трубку, я услышал голос Билла. Невзирая на наш конфликт, я не мог удержаться от глупой жалости.
– Доброе утро, папа!
– Здравствуй, Билл!
Мы замолчали. Я настолько остро чувствовал смущение сына, будто он был рядом со мной. Мне хотелось помочь ему, но я сам слегка растерялся.
– Как поживаешь, папа?
– Прекрасно. А ты?
– Хорошо.
Он не звонил около четырех месяцев. Я не раз представлял себе эту минуту, ждал ее, даже раздумывал, как нам добиться согласия. А сейчас, когда появилась такая возможность, я лишь смог спросить:
– Ты сейчас где?
– У себя дома. Ты занят, папа?
– Да. Ронни еще в Англии, но скоро он должен вернуться. Обычно, когда я упоминал имя Ронни, Билл делал саркастические замечания на тему «хозяин и слуга».
– Ага!
Снова пауза, наконец он спросил:
– А сейчас ты работаешь над чем–нибудь?
– Нет.
– Знаешь… Кое–что случилось. Очень важное. Я почувствовал легкое беспокойство.
– У тебя неприятности?
– Да нет, ничего такого…
В его голосе слышалось знакомое мне нетерпение. Но он овладел собой. По каким–то неизвестным мне причинам он был необыкновенно вежлив.
– Слушай, к тебе можно зайти?
– Конечно.
– Спасибо, папа. До свидания!
Билл подождал минуту, словно разговор его не удовлетворил, и он хотел еще что–то добавить. Потом положил трубку.
Я еще немного полежал в кровати, думая о нашей с ним размолвке. Билл не попросит разрешения вернуться. Это я почувствовал по его тону. А впрочем, даже если бы он и попросил, то я не уверен, что сам захочу этого. Четыре месяца назад, после нашей ссоры, он взял свои вещи и оставил мой дом. За это время я привык к его отсутствию. Казалось даже, что так спокойнее. Я знал, что покой этот обманчив. Мне сорок два года. Без сына жизнь для меня стала пустой и бессодержательной, она ограничилась работой в издательстве, запутанными отношениями с Ронни, редкими встречами с моим младшим братом Петером и его женой Ирис и кошмарными воспоминаниями о Фелиции…