Частный детектив Выпуск 3

— Да успокойся ты, Марго, расслабься. Девушка была красива броской красотой эстрадной артистки. Повернув голову, она взглянула на Стива темными, широко поставленными глазами, потом перевела взгляд на дорогу — туда, где яркие лучи фар прорезали темноту.
— Я совершенно спокойна, дорогой, — произнесла она приятным, глубоким, хорошо поставленным голосом. — Не выдумывай.
Стив посмотрел на ее длинные пальцы, сжимавшие рулевое колесо с такой силой, что суставы побелели. Все еще хмурый, он снова потянулся, с трудом сдержав зевок.
— Ладно, Марго. Я, похоже, еще не проснулся. Никогда тебе не прощу, что ты даже не сварила мне кофе. — Он провел ладонью по темной щетине, выступившей на выдающемся вперед подбородке. — Мне следовало по крайней мере побриться.
— Я тебе говорила, у нас не было на это времени. Уже светает. — Ее голос прозвучал весьма напряженно.
Он выглянул в окошко. В полумиле справа от машины на фоне светлеющего неба начинали вырисовываться силуэты небоскребов Метро–Сити. Через несколько минут должно было появиться солнце.
— Расскажи–ка мне подробнее об этом ревнивом Ромео, — попросил Стив.
— О чем тут говорить? — небрежно бросила она.
— Какого черта тогда ты так напугана? — поинтересовался он.
Ответ ее прозвучал резко, даже грубовато:
— И вовсе я ничем не напугана. Ты не можешь помолчать?
Стив поиграл желваками, помолчал, потом спросил спокойным голосом:
— Да в чем дело, Марго?
Оторвавшись от дороги, она взглянула на него широко открытыми глазами, заметно расслабилась и произнесла:
— Прости. Я задумалась. Не следовало так огрызаться.
— Задумалась о чем?
— О тебе и о себе, Стив. О том, как весело нам было. Кажется, уже миллион лет назад. И какие разные мы стали.
Он попытался было ответить, но тут его взгляд снова упал на ее руки, сжимающие руль, и он спросил небрежным тоном:
— Что тебя грызет? Почему ты так нервничаешь?
— Не глупи, Стив.
— И не думаю. Ты словно боишься чего–то. Она тихо рассмеялась:
— Да чего мне бояться? У тебя просто разыгралось воображение.
— Может быть. Может, все дело в этом парне, кем бы там он ни был. Может…
Она повернула голову и пристально взглянула на него, поджав красные губы.
— Отстань. Я уже говорила, что у тебя разыгралось воображение. Оставим это. Стив Беннетт вздохнул:
— О'кей, о'кей. Успокойся.
Следующий квартал они проехали молча, потом Марго прижалась к обочине и остановилась между двумя уличными фонарями.
— Приехали? — спросил Стив.
— Полагаю, дальше не стоит подвозить тебя. Нас могут увидеть.
Стив наморщил лоб и спросил:
— Ну и что? Не нравится мне такая осторожность, Марго. Мы увидимся сегодня вечером?
— Если хочешь.
— Разумеется, хочу. В восемь?
— В любое время. Можно и в восемь. Стив левой рукой обнял ее за плечи и притянул к себе. Она протянула ему полные приоткрытые губы.
— Ты замечательная, Марго, — тихо произнес он. — Мне так тебя не хватало все это время!
— Стив, — промолвила она сдавленным голосом, потом схватила руками его шею и поцеловала в губы. На мгновение она с силой прижалась к нему; отпустив, проговорила:
— Тебе пора. Уже светает.
Бросив взгляд через плечо на светлеющее небо, он снова повернулся к ней, положил руки на ее плечи и медленно сказал:
— Марго, я же вижу, ты чем–то озабочена. Не могу ли я помочь…
Резким движением она стряхнула его руки со своих плеч и выкрикнула:
— Оставь это! Сколько раз тебе говорить, что все в порядке! А теперь — проваливай!
Не сказав больше ни слова, Стив Беннетт открыл дверцу машины и выбрался на тротуар. Гибкий, длинноногий, грациозно двигающийся, он захлопнул дверцу, пробормотал: «Увидимся» — и зашагал по улице в сторону центра Метро–Сити.
Не успел он сделать и нескольких шагов, как девушка высунулась из окошка и позвала:
— Стив!
Он остановился и обернулся:
— Да?
Долгую секунду она пристально смотрела на него, потом тряхнула головой и устало произнесла:
— Нет, ничего. Позвони мне вечером. Кивнув, он пошел прочь, озадаченно нахмурившись. В свои двадцать восемь он так и не научился понимать женщин и в данный момент пребывал в полном недоумении. Пожав плечами, он направился к освещенному кафе на углу.
 
Стив распахнул дверь под неоновой вывеской «Хижина Дана» и вошел внутрь. Слева он увидел длинную сверкающую стойку, а справа — с полдюжины пустых кабинок. У дальнего конца стойки сидел один–единственный посетитель.
Стив присел на табурет у стойки и просмотрел меню. Перед ним остановился маленький худой мужчина, протер сверкающую столешницу белой тряпицей и вежливо сказал:
— Доброе утро. Закажите, пожалуйста, побольше, а? Мне нужно зарабатывать на жизнь. Стив усмехнулся:
— Вы, должно быть. Дан?
— Точно. Это мое заведение. Но я в долгу как в шелку. Так как насчет бифштекса? Совсем дешево — всего два бакса.
Стив Беннетт рассмеялся:
— О'кей. Но только хороший бифштекс, а для начала кофе, пожалуйста. Черный.
Стив еще потягивал горячий кофе, когда почувствовал легкое прикосновение к своему плечу. Он повернулся на табурете и увидел лукаво урывающееся девичье лицо.
Девушка поджала ярко–красные губы, потом мелодично проговорила:
— Привет, амбал. Ты уже встал или только собираешься баиньки?
Стив почувствовал, как непроизвольно вспыхнуло его лицо. Встав, он пробормотал, заикаясь:
— Ух… п–просто завтракаю. Привет, Крис. Она смотрела на него, качая головой и не произнося ни слова, потом наконец спросила:
— Что, черт возьми, приключилось с твоим лицом?
— С лицом? — После минутного замешательства Стив все припомнил и покраснел еще больше. В его голове промелькнули не связанные друг с другом сценки: прошлая ночь, Марго, ее неистовое тело в постели, свирепость ее слов и движений, ее ногти, впивающиеся в его плечи, потом внезапная пронзительная боль, когда эти ногти пропарывали его щеку, оставив на коже четыре глубоких красных борозды.
Проглотив слюну, он попытался скрыть свое замешательство и смущение, достал из кармана носовой платок и зачем–то промокнул уже покрывшиеся корочкой царапины.
— А ты не разучился краснеть! — воскликнула Крис, все еще улыбаясь, но уголки ее губ дрогнули и опустились.
Стив обратил внимание, что она смотрит уже не на его лицо, а на платок в его руке. Он тоже взглянул на него и увидел ярко–красное пятно от помады, а под ним — более темное пятно крови от царапин на щеке. Вывод напрашивался сам собой.
Стив поспешно затолкал платок обратно в карман и неуклюже пробормотал:
— Да, выгляжу я не лучшим образом. Присаживайся, я угощу тебя завтраком.
— Не помешало бы, хотя бы в виде компенсации за ужин, которого я так и не дождалась вчера.
При этих словах Стив поморщился, наблюдая, как Крис вскарабкивается на высокий табурет — ее туфли на низких каблуках едва касались пола; потом сел сам.
После короткой консультации с Крис Стив отверг ее просьбу о чем–нибудь «легком» и заказал Дану еще один бифштекс. Тот просиял.
— Как это ты оказалась здесь в такой ранний час, Крис? — спросил Стив, пытаясь завязать беседу.
— Мне сегодня нужно пораньше появиться в газете, — ответила она. — А это единственное заведение поблизости, которое уже открыто. Остальные забегаловки откроются только через пару часов. Я живу здесь за углом — на Блэйн–стрит. Ты же знаешь. — Она искоса взглянула на него, произнося эти слова.
Он сделал глотательное движение и изобразил некое подобие ухмылки:
— Верно, знаю. Я… послушай, Крис…
— Ах, помолчи, — с доброй усмешкой сказала она. — Ты вовсе не обязан ничего объяснять мне.
— Как там Кот–гон вчера ночью? — поинтересовался Стив.
— Разве ты не знаешь?
— Не знаю чего?
— Так ты не знаешь? Я хочу сказать: ты его не видел, после того как ушел из клуба? Я… ушла вслед за тобой.
Стив снова засмущался. Не мог же он признаться Крис, что провел ночь с другой женщиной — если даже она уже догадалась об этом.