Пробудившая пламя (СИ)

– Да вы наверняка же уже всё знаете. – Предположила я.
– Конечно. Анаис из тех гадюк, что жалят только исподтишка. Ей легко управлять, сама она может громко кричать, но на самом деле трусливая и слишком себя любит. – Усмехнулась матушка. – Вот держи. Если поднесёшь к еде или питью и почувствуешь тепло, то брать не стоит. Если камни останутся холодными, то опасности нет.
– Что это? – удивилась я, разглядывая пластины ярко-алого цвета на плетёном шнурке.
– Ныряльщики и охотники давно заметили, что если пластины из раковин обережника нагреваются, значит, какая-то отрава рядом. Этот моллюск питается водорослями, а среди них есть и ядовитые.– Улыбнулась матушка. – Если спросят, скажешь подарок из кварталов. Никто и не удивится.
– Да? Ну, тогда давайте кушать! – предложила я, после того как провела браслетом над едой. – Спасибо, матушка. Вы снова меня спасаете!
– Конечно! Столько тем для разговоров! Где я найду ещё одно такое ходящее бедствие? – рассмеялась целительница
  
Глава 10.
 
После обеда я некоторое время наблюдала за детьми. Марс, обнаружив у меня книги, полез смотреть, есть ли среди них те, которые он ещё не читал. И таких оказалось с десяток. Определившись с выбором, он подгреб себе под бок пару подушек, и, с видом человека, занятым любимым делом, устроился читать.
– Любишь читать? – улыбнулась ему, присаживаясь рядом.
– Сейчас да. А раньше читал от нечего делать. У меня плохое здоровье, я часто болел, вот и сидел всё время в четырех стенах, в своей комнате. А чем ещё заниматься? С книгами хоть интересно. – Признался Марс. – Правда, про великих предков не очень интересно. А вот про сражения и историю я могу читать хоть всю ночь! Ну, и про магию дочерей тоже. Но это обязательно. Именно так одаренных и разыскивают. Точнее разыскивали. Не знаю как в твоих родных местах, но здесь, как видишь, даже дети знают, как пробуждается магия. Слуг и рабов тоже обучают. При любом подозрении обязательно надо сообщать. Да ты и сама это должна знать, смотри, сколько у тебя книг про дочерей огня.
– Да, раньше было интересно. Надо вернуть эти книги в дворцовую библиотеку, а то смотрю их кто-то искал и не нашёл. – Не стала отнекивается от интересов Ираидалы я. – Вот только интересно, если дочерей уже триста лет не появилось, то зачем это всё?
– Потому что сами дочери не рвутся о себе сообщать. В прошлый раз тоже больше ста лет прошло между обретениями. – Присоединилась к беседе матушка Вали́. – Та девушка смогла скрывать пробудившийся дар дольше всех. Целых десять дней!
– Сколько? – спросила я.
– Да, очень долго. – Качнула головой целительница.
Мысли в голове заметались белками. Десять дней это очень долгий срок? Хотя если учесть, что здесь чуть ли не младенцев начинают обучать, как заметить что-то странное...
– Нашу прабабку выдали её родственники. За любые сведения о дочерях назначена большая награда, а они жили бедно. – Начал рассказывать Марс о событиях трехсот летней давности. – Плохая семья. Получается, продали родную кровь. А она, прабабка, надеялась избежать отбора и заявила, что уже выбрала омана, что тогда правил, нашего прадеда. Думала, что он не променяет гарем красавиц на неё, обычную девушку из рыбацкой деревни недалеко от столицы. Когда прадеду доложили о словах дерзкой девушки, он вдруг рассмеялся и сам отправился к ней.
– О! Госпожа, вы, кажется, нашли себе собеседника по душе. Будет теперь с кем бесконечные беседы о одарённых вести. – Рассмеялась Фарли, услышав наш разговор.
Гульниза принесла с кухни печенье, с недавних пор, девушки по очереди наблюдали за приготовлением нашей еды. А Фарли быстро наполнила чайник и поставила его специальную подставку.
Самое интересное, что огня там не было, а чайник закипал, и еда подогревалась. Оказалось, что всё дело в пластинках темного камня, которыми было выложено основание подставки, на которое и ставилась посуда. Нагревался именно он. Если две пластинки соприкасались, камень начинал греться.
 
Мы все с удовольствием попробовали ещё теплых печений, но я видела, что детям скучно. Пусть они и отличались от своих земных сверстников по развитию, всё-таки здесь наследники в четырнадцать лет уже получали свой оманлир и начинали править, но они всё равно были детьми. И сидеть в скудно обставленной комнате, когда за окном солнце, а на берегу наверняка уже ждут друзья, им явно не хотелось. Тем более, что сегодня отменились и тренировки, и занятия из-за произошедшего ночью.
Я подумала и решила, что небольшая прогулка нам не повредит, тем более мне нужно было обсудить с Масулом и Гаридом внезапное увеличение наших финансовых возможностей. Дети же и вовсе встретили эту идею приветственными криками. Матушка Вали́ решила тоже пройтись с нами, вроде как нам она посоветовала не сидеть за стенами дворца, да и морской воздух полезен, особенно после дыма, которым мы все надышались.
К моему удивлению о произошедшем вчера во дворце все и всё уже знали.
– И чего удивительного? Посмотри сколько во дворце слуг. Именно слуг, а не рабов. Невольники, конечно, кроме стен дворца мало что видят. А у слуг есть семьи за стенами, друзья. – Разъяснила для меня матушка.
Даже мальчишки, что стайками носились по будущему пирсу и в мгновенье ока втягивающие в свою компанию ребят, сегодня вели себя спокойно. Но скучать им не приходилось явно. Начитанный Марс уже рассказывал какую-то историю и что-то рисовал на земле под дружные вздохи внимательно слушающей его детворы.
Бросив на мальчишек взгляд, чтобы убедиться лишний раз, что всё в порядке, я вернулась к схемам и чертежам, которые мне объяснял Масул.
– Не переживайте, госпожа. – Старший Гарид перехватил мой взгляд на детей. – С наследниками ничего не случится, мы знаем, как тяжело приходить в себя после пожаров или ночной тряски не понаслышке. И мы удивлены, что вы сегодня к нам пришли. Так что не переживайте, наши шалопаи не потянут илсиров покорять морской клык. Хотя у вас и ирлери такая, что того и смотри, мальчишек обставит.
Я смотрела на смеющегося Гарида и не понимала, о чём он вообще ведёт речь. Он тоже заметил, что я не сообразила о чем речь, и они вместе с Масулом начали мне объяснять.
– Видите, лари, берег идёт почти ровной линией? Такие огромные рога? А вот рядом с правым рогом словно нарост? – Показал он мне на торчащие двумя рядами острые каменные выступы из воды. – Это вершины подводных скал, несмотря на то, что берег рядом, глубина там огромная, и такие бешеные течения, что даже маги не могут удержать. Мы зовём это место акулья челюсть. А вот самая последняя вершина резко выделяется от остальных. Со стороны берега там большое каменное плато, словно срезали кусок скалы, оставив склон со стороны моря. Вот это и есть морской, или сломанный клык.
– У местных сорвиголов считается особым поводом для гордости разжечь на клыке костер. Просто место доблести! – пояснил Гарид.
– А что там, на том плато? – спросила я, осматривая и правда большой монолитный кусок скалы, торчащий из воды.
– Да ничего. Камень один. – Удивился Гарид, и с подозрением посмотрел на меня. – Госпожа, что вы задумали?
– Отсюда кажется, что там много места... – протянула я.
– Ну, места там действительно много. Две торговые площади. Полторы, точно разместятся. – Согласился старший квартала. – А к чему эти вопросы?
– Так ты ж старый сам в её дурную голову не менее дурные мысли поселил! – Проворчала матушка Вали́. – Заладил, место доблести, особая отвага ... Сейчас чего-нибудь придумает этакое.
– Да уже. – Рассмеялась я. – Только это невыполнимо от слова совсем.
– Расскажете? – тут же проснулось любопытство у Масула.
– Почему бы и нет? Вот если бы туда была надёжная дорога, то можно было там организовать целительский квартал для бессмертных. С большой и светлой лечебницей. – Поделилась я.
– Куда тебя и запрут с такими идеями! – прервала меня матушка Вали́. – Ты хоть как себе представляешь...