Его непокорная омега (ЛП)
Тавия посмотрела на меня, и я понял, что она обдумывает мои слова. Не было никакого способа доказать то, о чем я думал о человеческом замке, и было ли то, что я подозревал, правдой. У меня не было ничего, кроме подозрений и инстинкта, чтобы продолжать. Но их было достаточно, чтобы заставить меня сомневаться во всем.
— Что ты скажешь Аделаю?
— Я не знаю.
— Союз стаи хрупок, — тихо сказала она. — А что, если… что, если он создаст еще одно Разделение?
Ответ был прост. Дважды думать не пришлось.
Я поднял руку, коснувшись нахмуренной складки в уголке ее глаза.
— Мы уйдем. Мы покинем это место и уведем каждую омегу через каньон к человеческому замку.
Ее взгляд смягчился.
— Ты сделаешь это?
— Я не позволю тебе снова страдать. Клянусь тебе, Тавия. Никогда больше.
Она сглотнула и сморгнула влагу с глаз, прежде чем та успела упасть.
— Но ты считаешь, что люди опасны.
— Только если мы им позволим. Но мы не будем. Если до этого дойдет.
Наши взгляды оставались прикованы друг к другу в течение бесчисленных мгновений, пока Тавия обдумывала то, что я говорил. В конце концов, она опустила голову мне на грудь, и вокруг нас воцарилась тишина бункера.
— Дэггер?
— Хм.
— Ты думаешь, до этого дойдет?
Я провел рукой по ее волосам и запечатлел долгий поцелуй на ее макушке, прежде чем ответить единственным известным мне способом.
— Будем надеяться, что нет, пара.
Глава 16
Тавия
В первый день после своей течки, я всегда чувствовала себя свободной, но не так, как в этом месяце. Я никогда не покидала относительно безопасного бункера. Какими бы убогими не казались Бесплодные земли, но в свете раннего утра после моего отсутствия, всегда были моим убежищем. Я знала здешние законы. Я могла их победить. После поездки в человеческую крепость все изменилось.
Я вернулась домой, как пара Дэггера, и это чертовски меня напугало. Все в Бесплодных землях выступали против Разделения. Это было легко, потому что это разрушило наши жизни. Но только несколько омег были достаточно храбрыми, чтобы высказать свое несогласие, и я больше всех кричала об этом.
Мои люди увидят во мне предателя, когда я буду идти рука об руку с Дэггером, завернувшись в пропитанные сексом простыни, которые мы забрали из бункера. Те простыни, из которых я свила гнездо, чтобы связаться с ним. Мое тело переполняли множество эмоций, но стыда и сожаления среди них не было.
— Тавия!
Мариэллен, мать Джейкоби, подбежала ко мне и ахнула, увидев, с кем я. Она прикрыла рот рукой и отступила на шаг.
— Отойди от нее! Ты не можешь обращаться с ней как с животным! — голос Мариэллен дрожал, когда она упрекала Дэггера.
— Мэм…
— Я тебе не мэм. Я уже потеряла одного сына из-за этих зверей. Ты не заберешь у нас Тавию.
— Мариэллен, все в порядке.
Мне нужно было быстро разрядить обстановку, пока мы не собрали толпу, а я не смогла бы убедить их, что действительно хочу быть с Дэггером. Не при таких обстоятельствах, конечно, но я должна была заставить своих друзей и соплеменников-омег поверить, что он не принуждал меня. Что мной не воспользовались.
— Мы видели Джейкоби, — добавила я, мое сердце колотилось, когда толпа вокруг нас росла. — У него все хорошо. Он в безопасности и счастлив.
На лице Мариэллен появилось замешательство со смесью облегчения.
— Ты говорила с Джейкоби? Где он?
— Ты должна была вернуть его в Бесплодные земли, — раздался голос из глубины толпы, и остальные присоединились к хору, требуя рассказать о нем.
— Он… он не захотел возвращаться.
Меня поглотил их шок и недоверие.
— Он говорит, что люди помогают…
— Тавия, — перебил ее Дэггер, — мы не знаем этого наверняка.
— Пусть говорит, альфа.
Один из мужчин вышел вперед, выпятив грудь от возможности бросить вызов Дэггеру без каких-либо последствий.
— Мы поверим ее слову гораздо больше, чем тебе.
— Мы не можем сказать, что омегам лучше в замке у людей. Мы предлагаем свою защиту…
— Как? — вмешался другой мужчина. — Раздевая их догола и проливая в них свое семя, лишая своего мнения?
— Это не то, что случилось.
Дэггер шагнул вперед, сжимая простыню на груди в кулак.
— Тогда расскажи нам, что случилось.
— Прекратите!
Я встала между ними.
— Мы достаточно сражались. С Джейкоби все в порядке. И мы не вернули омег домой. И Дэггер не воспользовался мной.
— Тавия, — Мариэллен потянулась к моей руке. С тех пор как моя мама погибла на войне, она была мне как мать, — если ты в опасности…
— Я не в опасности.
Но я видела, что она мне не поверила. Пришло время признаться в своих чувствах.
— Дэггер — моя пара.
В небольшой толпе послышались вздохи, а затем недоверие сменилось гневом. Я другого и не ожидала. Я все еще была обижена из-за того, что Зилина спарилась с Аделаем. Если бы я не стояла перед ними, то тоже была бы частью этой толпы и громко требовала ответы.
Мариэллен бросила настороженный взгляд на Дэггера, а затем снова на меня.
— Ты уверена?
Клянусь, Дэггер затаил дыхание. Его не испугала эта разъяренная орда, но испугала возможность, что я откажу.
— Да. Я уверена, — тихо сказала я, сжимая его руку. — Дэггеру нужна одежда. Мы не можем идти в город в таком виде.
— Не делай этого, Мариэллен, — предупредила пожилая женщина. — Они оставили твоего сына в человеческом замке. А теперь им нужна его одежда.
— Как член королевского двора, я прошу тебя относиться к гостям Бесплодных земель с тем же уважением, которое, как ты надеешься, получает твой сын в замке людей.
Мне не понравилось, что пришлось пользоваться этим козырем, но если я чему-то и научилась в этом путешествии, так это тому, что нельзя победить отвратительное поведение, если ты тоже в ответ ведешь себя отвратительно. Если ты хочешь, чтобы к тебе хорошо относились, ты должен вести себя намного лучше.
— Да, миледи.
Мариэллен жестом пригласила нас следовать за ней, и ошеломленная толпа расступилась, пропуская нас к ее полуразрушенной хижине. Мы подождали у двери, пока она найдет то, что нам нужно.
— Одежда может быть слишком для тебя маленькой.
Она протянула Дэггеру мешковину.
— Спасибо, Мариэллен, — сказал он.
— Сколько раз я приходила к тебе со своими проблемами, а ты впервые назвал меня по имени.
Он не отвел взгляд из-за ее обвинения, и мое сердце открылось для него еще больше.
— Как только у меня появилась такая возможность, я исправляю свои ошибки.
Мариэллен кивнула.
— Эти леди пробуждают в нас самое лучшее.
Я отвела ее в сторону, пока Дэггер переодевался.
— Спасибо, что правильно поступила.
Я поцеловала ее в щеку. Она поступила очень смело, когда пошла против толпы. До того, как я покинула Бесплодные земли, ходили слухи о восстании. Некоторые омеги считали, что наш союз с альфами, это шанс сделать революцию.
— События там могли быть ужасными.
— Я сказала твоей матери, что буду заботиться о тебе.
Это был удар под дых, учитывая, что я не сдержала свое обещание вернуть Джейкоби. Я попытаюсь объяснить ей, чтобы она поняла, что он там счастлив.
— Не ожидала, что все так обернется.
Мои глаза горели от усталости и волнения.
— Скоро станет лучше.
— Я надеюсь на это, — тяжело вздохнула она. — Они говорят о революции, Тавия. Хотят восстать против замка. Но если у людей дела обстоят лучше, боюсь мы потеряем большинство омег и нас будет не так много, чтобы выиграть эту битву.
— Держи меня в курсе. Ты никого не предашь, если будешь рассказывать об их планах. Я сражаюсь за тебя.
Я повернулась к Дэггеру, и у меня закружилась голова, когда я увидела его в одежде омеги. В мешковине вместо кожи. Но он дал понять — мы все были равны.
Мы проскользнули через заднюю дверь в мою хижину. Еще до того, как мы вошли, Дэггер прижал меня спиной к стене и обхватил ладонью мою щеку. Его темный взгляд притягивал мой. После течки все было по-другому. Как будто я действительно могла видеть место, где переплелись наши жизни. И тот момент, когда я уже не могла жить без него.