Русь. Строительство империи 2 (СИ)

Нужно будет еще раз все обдумать и составить четкий план действий. И, пожалуй, начну я с прокачки «Владения мечом» или «Топором». А там, глядишь, и до «Скрытности» доберусь.
Итак, 1874 очка влияния в остатке. Негусто, прямо скажем. А ведь нужно еще накопить на ранг «Староста». 21000 очков влияния — это же целое состояние! За захват Совиного, если все пройдет гладко, дадут 12000. Лучше, но все равно не хватает. Где-то нужно раздобыть еще около 7000. А лучше побольше.
«Вежа, а за что еще, кроме захвата поселений, дают очки влияния? И сколько?»
«Очки влияния начисляются за действия, способствующие развитию поселения и повышению вашего авторитета», — монотонно отозвалась Вежа. — «Примеры: строительство и улучшение инфраструктуры, обеспечение безопасности, решение конфликтов, выполнение просьб жителей, значимые поступки, влияющие на судьбу поселения».
Ну, в общем-то, логично. Развитие и процветание — вот ключ к успеху. Но что конкретно? Строительство? Это долго и дорого. Решение конфликтов? Каких еще конфликтов? Хотя… Если подумать, в Совином наверняка не все гладко. Может, там найдется, чем поживиться. Просьбы жителей? Это что же получается, мне теперь за каждым чихом бегать и кланяться, лишь бы угодить? Нет, это не наш метод. А вот значимые поступки — это уже интереснее. Только вот что считать «значимым»?
«А можешь привести примеры значимых поступков, за которые дают много очков влияния?» — спросил я.
«Примеры значимых поступков, за которые начисляется большое количество очков влияния: спасение поселения от внешней угрозы, устранение серьезной внутренней проблемы, принятие судьбоносного решения, влияющего на жизнь всего поселения, заключение выгодного союза, открытие новых торговых путей, обнаружение ценных ресурсов», — отрапортовала система.
Так-так, посмотрим. Спасение от внешней угрозы? Ну, это мы уже проходили, отбили же атаку Душана. Хотя, если поднапрячься, можно, наверное, и на Совиное какую-нибудь угрозу «найти», а потом ее героически «устранить». Например, каких-нибудь разбойников, что грабят на дорогах. Кстати, наш клад наверняка принадлежал кому-то из местных.
Ладно, дальше. Внутренние проблемы? Это надо разбираться, что там у них в Совином творится, может, и найдется что-нибудь этакое. Судьбоносные решения… Ну, захват Совиного, по сути, и есть судьбоносное решение. Заключение союза? С кем? С Переяславцем? Надо будет прощупать почву, когда разберемся с Совиным. Открытие торговых путей? Тоже дело хорошее, но это потом. А вот обнаружение ценных ресурсов — это уже горячо! Золото Тимофея — отличное подспорье. Может, и в Совином что-то такое есть? Надо будет обязательно проверить.
Добежав до лагеря, я влетел в него. Драган, завидев меня, поднялся навстречу, но договорить не успел.
— Какого лешего, Драган⁈ — рявкнул я, с ходу наступая на него. — Какого, я спрашиваю, лешего, твои идиоты устроили там, у ворот⁈
Драган, поначалу замерший от моего напора, попытался оправдаться:
— Да мы… это… они…
— Что «вы»? Что «они»⁈ — не унимался я. — Я плачу не за то, чтобы срывать мои планы, а за то, чтобы их выполнять! И за что я только отвалил такие деньжищи? За то, чтобы твои бестолочи сорвали мне всю затею⁈
— Староста, — Драган вытянулся по струнке, — виноват. Не доглядел. Разберусь, накажу…
— Накажешь? — язвительно хмыкнул я. — Да мне плевать, что ты там с ними сделаешь! Ты мне чуть все дело не загубил! Мы еле выбрались.
Я перевел дух, стараясь унять раздражение. Да, Драган облажался, и облажался по-крупному. Но сейчас нужно было остыть и подумать, как действовать дальше.
— Ладно, — сказал я уже спокойнее, — потом поговорим.
Драган, заметно смущенный, молча кивнул. Видно было, что и сам он понимает всю серьезность своей оплошности.
— Вот что, — продолжил я, — оставь пока Ратибора при мне. Толковый воин, да и «голоса» у него правильные. Пригодится.
— Как скажешь, староста, — согласился Драган. — Ратибор, ты не против?
— Не против, — отозвался Ратибор, — рад буду послужить.
  
— Ну и ладно, — подытожил я. — А с остальными своими орлами сам разбирайся. Но чтобы впредь без таких вот сюрпризов.
Драган еще раз виновато кивнул и удалился.
Я же, оставшись наедине с Ратибором, присел на поваленное бревно, пытаясь взять себя в руки. Да уж, денек выдался что надо.
— Ну что, Ратибор, — сказал я, глядя на своего нового спутника, — похоже, нам с тобой еще не раз придется плечом к плечу стоять.
— Верно говоришь, староста, — усмехнулся Ратибор, — что-то мне подсказывает, что скучать нам не придется.
— Это точно, — вздохнул я, — с такими приключениями, как у нас, соскучиться сложно.
Я вместе с Ратибором обошел лагерь, проверил посты, убедился, что все спокойно, и лишь тогда позволил себе немного расслабиться. Хотя какое там расслабиться. Сон не шел, мысли роились в голове, не давая покоя.
Присев на охапку сена, я смотрел Добрыню и Ратибора. Они разместили свои тушки неподалеку.
— Как думаете, что там, в Совином, сейчас творится? — спросил я, всматриваясь в темноту.
— Переполох, небось, знатный, — хмыкнул Добрыня. — Небось, гадают, откуда мы явимся и что еще учудим.
— Учудим — не то слово, — вздохнул я, — ладно, утро вечера мудренее. Посмотрим, что день грядущий нам готовит.
Добрыня согласно кивнул, а Ратибор лишь молча хмыкнул, не сводя взгляда с темнеющего на горизонте леса.
Я поудобнее уместился на охапке, укрылся толстой медвежьей шкурой, пропахшей дымом. Звезды усыпали небо, яркие, манящие. Глядя на них, я невольно задумался о том, как же все-таки странно устроен мир. И как странно, что я оказался в самом центре этой круговерти. Сидел бы сейчас за своим компьютером, строчил бы очередной никому не нужный отчет или проект, а не вот это вот все…
Но прошлого не вернешь. Да и, если честно, не очень-то и хочется. Здесь, в этом мире, я чувствую себя живым, как никогда раньше. Здесь я могу стать кем-то большим, чем просто винтиком в огромной бездушной машине. Князем? А почему бы и нет? И эта мысль, как ни странно, грела душу.
И вот, когда я уже почти провалился в беспокойный сон, Вежа решила, что сейчас самое время для важных новостей.
«Региональное событие. В связи с продолжительной борьбой за титул Великого князя Руси, этот титул стал вакантным. Все носители являются полноправными претендентами».
Я сел, не веря своим глазам. Сердце заколотилось. Несколько раз перечитал сообщение, пока, наконец, не осознал весь его смысл.
Княжеский престол пуст. И я, как один из носителей системы, могу претендовать на этот титул.
Вот это поворот! Вот это, я понимаю, ставки!
— Это что, началась «королевская битва»? — прошептал я, глядя на звезды. — «Турнир» среди носителей?
 Глава 5 
Интерлюдия.
968 г., весна, г. Переяславец.
На площади перед княжеским теремом яблоку было негде упасть. Люд честной, торговый, ремесленный, да ратный — все собрались, чтобы услышать волю правителя. И вот тяжелой поступью на крыльцо выходит Хакон, двоюродный брат почившего князя Святослава. Орлиный взгляд, суровое лицо и стальной голос — яркий образ посадника.
— Люди Переяславца! — гремит его бас над площадью. — Не стало князя нашего, Святослава Игоревича! Покинул он нас, ушел в Ирий к Перуну, на суд праведный. Но не оставил он землю нашу сиротой!
Толпа замерла, ловя каждое слово. О смерти Рюриковича судачили уже несколько дней, но подтверждение из уст его брата все равно удивило простой народ.
— Быть мне, Хакону, брату его, князем вашим! — продолжает он. — Буду вести вас путем славы и процветания! Клянусь вам в этом, как клялся Святослав!
И площадь взревела, вторя князю:
— Любо! Любо Хакону! Веди нас, княже!