Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)

— Сука! — буркнул Боря.
— Сука, — подтвердил крановщик и принялся делать зарядку на свежем воздухе. Так как выбора особого в мастерке не было. — Сдаётся мне, Никитос жену Степаныча любил тайком, да украдкой. А теперь мстит ему, что не уберёг. Ну как мстит… падлит как может. Всё-таки Никита Степаныча моложе, а дед твой верит по старой дружбе. Соседи же. не чужие люди.
— Был у меня такой сосед как-то, — буркнул Боря. — Икается тебе, Лёня?
Глобальный снега молодого подхватил, умылся, на часы посмотрел — дело к завтраку.
Такси подъехало.
— Мужики, в городе завал, — честно предупредил молодой таксист. — Может не поедем в центр?
— Да в любой магазин одежды, поближе, — подсказал Боря.
— Да, где на коней чехлы в городе шьют? — добавил Стас и сам заржал своей шутке.
Таксист посмотрел на пассажира спереди, которому колени действительно уши закрывали, и поразился уровню самоиронии.
— Я как будто звезду НБА везу.
— А что сразу НБА? Я бы за столичных играл, повернись оно так. А что? Я баскетбольный мяч ещё в школе ладонью на весу перед собой держал, — ответил Стасян. — Помню однажды трёхочковый стулом сделал с линии. Зачем не помню. Дебил молодой был. А сейчас что, лучше? Нет, чтобы куртку с собой в больницу прихватить. Да плюс тридцать по Цельсию было. Все ходили облазили. Эх, доведёт меня этот резко континентальный климат.
Но Боря, сидя позади в седане, их уже не слушал. Не до природно-климатических перепадов в стране широкой, да разной. Ему писала Дашка. А с признаниями селфи из душевой пошли. С лицом довольным. Распущенные ночью волосы теперь в две косички. И на женском это определённо что-то значило. Даже тени нанесла, глаза подкрасила. Чего раньше за ней замечено не было. А вот румянец тот же, свой, природный, так сердцу милый.
«Никакая пудра не нужна, когда женщина влюблена», — добавил внутренний голос.
Но едва Боря отвечать начал, тыкая виртуальную клавиатуру, как звонок появился с надписью «начальник».
— Борис, ты на работу-то собираешься? У нас тут планёрка, и кого-то явно не хватает, — заявил Тимофей Вольфыч. — Обоих-двоих.
— Были бы деньги, ездил бы на своей и быстро. А приходится пешком и на общественном. Что дольше, снега ещё навалило, — ответил Боря скорее по привычке как старому начальнику.
Ведь ещё сутки назад на месте начальника был Антон Сергеевич, и не сразу вспомнил, что заменил того в адресной книге на «арестант». А как вспомнил, губу прикусил.
Ну да поздно уже. Только добавил поспешно:
— Может аванс хоть дадите? Месяц позади, считай. Работал хорошо. Денег не видел. Так не поступают с лучшими работниками.
— Будет аванс завтра. — уверил начальник. — Будет!
— Ну, значит завтра и придём. Заодно и поработаем, — буркнул Стас едва-едва, но радио в салоне работало ещё хуже, так что получилось довольно громко.
Начальник услышал речь так же, как слухастый крановщик разговор.
— Роман, ты чего там бурчишь? И тебе аванс будет! Вижу, что в паре трудитесь последний месяц. Но раньше ты в отстающих был. Так что ты не в приоритете, потерпишь.
Тогда крановщик-сантехник на подмене не стал сдаваться и добавил задорно:
— Так раньше хотя бы минималку выдавали. А теперь как платят, так и работаем. Так что, Тимофей Вольфович, это не наш выбор! Берегите себя! А мы на работу по тому же остаточному принципу выйдем. Потерпите. Не в приоритете.
Боря прищурился. То ли ощущения, что сейчас уволят на месте, то ли от порции боли в десне. После прогулки по морозцу свело новой судорогой боли. В тепле бы отсидеться неделю, да кто даст? Хотя больничный у него закрыт только с завтрашнего дня закрыт, так что всё по закону. Трудовому. Но вместо тёплой постели и чая с мёдом — заказы ждут.
Начальник дальше слушать эхо издалека не стал, но и сам ничего не сказал. Таинственно всё вышло. Связь отключилась. Может задумался над увольнением. А может проникся.
— Похоже всё, отработали своё, — буркнул теперь уже Боря. — Ладно, хер с ним. Выходит, Стасян, мы находимся на развилке. Выбирай.
— Чего выбирать?
 
— С одной стороны Дарье спортзал доделать надо. Работы на полдня осталось, но денег не дадут. Я их вроде как в банк инвестировал. К Новому Года, ага. Но девушка хорошая. Можешь даже гантели потягать на халяву. Да и нимфы там бегают на загляденье. Фон красивый.
— Звучит вкусно, — кивнул Стас. — Я даже зубы почистил по случаю. А другие варианты? А то так и не расплачусь с тобой.
— Кран участковому починить надо, — припомнил Боря. — Обещали. Плюс лояльность местной власти автоматом.
— Это я помню, но с благотворительности день не начинают, — заметил крановщик под смешок таксиста. — Ты мясо, мясо давай!
Таксис всем видом показал солидарность по этому вопросу и даже добавил:
— Подвести можно раз в день, но и заправляться на что-то надо в течение дня. А если каждый себе в убыток работать будет, то лучше сразу коммунизм объявить и пусть нас всех правительство кормит. А мы поработаем… как сможем.
Боря поморгал. Кивнул. Таксисты всегда знают, как правильно, верно и даже нужно. Критики в оффлайн режиме, однако, быстро забываются, когда к делу переходить надо.
Пришлось припомнить всё, что ещё обещал разгрести по району:
— Тогда заказ на весь день ещё есть, а то и два. На весь подъезд работы. В семьдесят втором доме трубы менять надо. Заплатят как надо. По прейскуранту. Ещё и видеокарту братюне обещал. Но и тяжести потаскать придётся, попотеть. В магазины покатаемся от души.
— А на чём кататься? — задал вопрос дня Стасян.
— Тоже верно, не твою же переобувать… её лучше сразу сжечь, — почесал телефоном лоб Боря. — Тогда после магазина сразу за микрачом рванём. Восстановим. А там и от души поработаем.
Возражений не поступило.
  
Глава 10 — Минус один
 
Куртка на крановщике красивая и широкая, длинная как плащ-палатка. Поднимет Стас руки — тент готов. Встанет против ветра — тут же парашютиста изображает в прыжке. Только зимний вариант: утеплённый, массивный и без очков парашютиста.
Радуется Стасян, пританцовывает, застёжки и молнию проверяет, воротник поднимает-опускает. Настраивает под себя, по карманам шарится, молнии проверяет. Продавщица заявила, что жених — доволен.
Шапка спортивная уши крановщику скрыла. Не торчат больше локаторами. Почти на человека стал похож, тот, что из Хомо Сапиенс, а не от распутства с медведем.
Думая обо всё этом, Боря смотрел на него с лёгкой улыбкой. Каждый должен изжить в себе кровь неандертальца. Но как же мало человеку для счастья надо. Теперь работать за троих будет, в своё удовольствие и на помощь семьи не надеяться.
Ещё бы в правом ухе не стреляло, Боря и сам бы радовался жизни. Так, чтобы не на сорок процентов, а на всю катушку. Да где там? Работать надо: Коба закипает, Дашка ждёт-не-дождётся, участковый на стрёме, не говоря уже об официальном трудоустройстве в УК «Светлый путь».
Именно так контору прозвали после банкротства предыдущего предприятия и регистрации нового юридического лица.
«Хорошо, что не последний», — буркнул внутренний голос.
У торгового центра такси долго ловить не нужно. Сами предлагают, под ноги стелются. Только Стасян лёгким движением руки настырных таксистов отодвигает, если движения бровей не понимают. А если ещё и дуэли глаза-в-глаза выдерживают и не рассыпаются от взгляда пристального, чуть в бок крановщик отпихивает. Мини-движением — раз и нету. А сам как ледокол в Арктике напрямик прёт, к Волге серой. С той ещё краской, заводской.
— Вот на этой поедем, — заявил Стас и первым к деду-водителю на переднее сидение подсел.
Тот только в удивлении газетку отложил, очки поправил с толстой оправой и голову чуть повернул:
— Куда, молодые люди?
— Спорткомплекс «Юность» на Советской, — ответил Боря, уселся позади и в телефон уткнулся.
На дороге трафик, ехать долго, успеет ресурсы собрать и с кланом в рейд отправиться. А то выгонят к чертям собачьим за неучастие.