Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)

— Да так, по мелочи, — ответил первое, что пришло в голове Борис. — Тонна может наберётся.
«Правильно. Не мог же туда Антон снова батарей до потолка напихать!», — подсказал внутренний голос.
Глобальный и Шац синхронно на кран портальный посмотрели. Посредник даже помахал стреле. Но кран не двигался. Хотя бы потому, что крановщик отсутствовал, то ли ещё на нанятый, то ли болеющий, а может даже ещё не обученный по профилю.
— Чего стоим? Кого ждем? — напомнил о проблеме Шац, подчеркнув, что кран-погрузчик ждёт их на участке, а здесь только пустая фура.
— А, сейчас, — ответил Боря и вернулся в автомобиль.
Мелькнула мысль позвонить Антону, помноженная на обстоятельства. Но крановщика тот вроде не обещал.
В то же время наружу выбрался Стасян. Ловко выпросив у водителя фуры полпачки сигарет, он затянулся и довольный, присмотрелся к крану.
— Полноповоротный стреловой? Я на таком работал. Вот как сейчас могу.
— Так идите и работайте, — поторопил его Шац, снова скрывшись в кабине грузовика от непогоды. — Хватит перекуры устраивать… работнички, мать вашу.
Просить Стасяна дважды не требовалось, так что он спокойно пошёл к крану, а затем полез в башню, мелькая пятками для всех желающих. Дверь в башню была открыта. Оставалось лишь подняться повыше.
За время подъёма лишь охранник снаружи попенял, что нарушает технику безопасности, залезая без каски. Но почти шёпотом, потому что орать смысла нет — ветер и дождь по лицу и сами настучат. На высоте не сладко. А дует сегодня боже помилуй.
Портальный кран скользил по рельсам вдоль порта, лавируя между гипотетическими кораблями, пустом в это время года доке и контейнерами с грузом.
Портальные краны имеют механизмы подъёма, изменения вылета, поворота и передвижения, и всё, что не касалось установочного движения по платформе, управлялось крановщиком. Но Стас не подвёл. Потому поворотная крана часть вскоре дёрнулась в сторону искомого контейнера, а затем опустила подъёмный механизм, ткнув в «спину» контейнер.
Человеку оставалось лишь залезть на него и сделать сцепку. К счастью для Бориса, на которого выпало это испытание, на контейнере уже была связка тросов, видимо оставшаяся от прошлой погрузки.
Оставалось лишь защёлкнуть сцепку, с чем любой сантехник справится.
Не дожидаясь, пока Глобальный слезет (всё равно же потом обратно залезать), Стас потянул кран вверх. Тросы напряглись. Боря, глядя на них, приготовился к полёту и крепко зажмурился.
Но подъёмность ещё советского строения составляла триста тонн, так что с грузом в шесть тонн кран справился играючи. И теперь уже водитель с Шацем бегали вокруг фуры, показывая знаками левее-правее и ниже-выше. Не доверяя ни одному, ни другому на сто процентов, Боря этот процесс регулировал по телефону.
И лишь когда контейнер перекочевал на открытый прицеп фуры, Глобальный спустился и выдохнул. Дело сделано.
Фура отправилась в путь от порта. Микроавтобус, дождавшись крановщика, вскоре пристроился следом, затем обогнал грузовик, показывая путь.
Так ещё через час общепогрузочных работ и дороги за город, когда дело дошло до обеда, всё наконец прибыли на участок. Где уже скучали водители крана-погрузчика и загруженной до потолка фуры, которую ещё разгружать. Без грузчиков.
Первым делом вступил в работу кран, заехав на участок. Окопавшись опорами-стоперами в землю для баланса, он выдвинул стрелу и навис краном над предполагаемым контейнером. Фуре пришлось пропахать землю следом, пробираясь на участок уже заметно труднее под грузом. Но земля промёрзла и не провалилась, выдержав испытание. Встала под обозначенную пяткой Стасяна стрелочку как здесь и стояла.
Сам же крановщик взял операцию по грузопереносу на себя, ловко потеснив водителя советами в стиле «с запасом бери», «ну кто так за рычаг дёргает, нежнее надо!».
Боре под завывание ветра вновь пришлось карабкаться на контейнер. Цепляя тросы, ему казалось, что ветер продувает уши насквозь. Потому что мозгов работать в такую погоду после больнички у него точно нет. Но мужики ждали. И сделав гордый вид, в этот раз он спускался на контейнере на землю уже без боязни. Как гордый капитан с корабля обозревая окрестности.
 
Наконец, когда контейнер был выгружен в поле, а Боря спустился, подошёл Шац.
— Ну что, Борис? Открывайте. Будем перегружать товар. Водители согласились потрудиться.
Боря кивнул, но вместо ключа достал из автомобиля двое плоскогубцев. Под недоумевающие взгляды, приблизился к навесному замку, вставил между дужек.
— Что? Я ключ забыл, — ответил он на безмолвный вопрос. — Если сейчас за ним поеду, то вы же все взвоете.
— Конечно взвою, — пробурчал Шац. — Сколько по-вашему стоит аренда двух фур и крана на колёсах в час?
Боря снова кивнул и дужку обломил. Затем открыл контейнер…
Все застыли, гладя на европаллеты. Те покоились одна к другой до пололка и от стенки до стенки, складированные вилочным погрузчиком аккуратно, и впритык.
Вскрыли первую попавшуюся упаковку. Появились вопросы. Это оказался полный контейнер консервов: от тушёнки и сгущёнки до сайры и шпрот.
— Нихуя себе нз. Здесь только сахара и толчковки не хватает! — в восторге заметил Стасян. — У тебя чё шеф в ядерную угрозу поверил или с бабкой живёт? Зачем ему столько?
А Борис не знал ответа. Зато у него были вопросы к Антону.
  
Глава 4 — Больше дела, меньше времени
 
Мужики переглянулись. Одно дело доставать паллеты в сотни килограмм из прицепа в четыре-шесть-восемь рук, работая как муравьи — коллективом. А другое, ещё и встречный контейнер разгружать.
Разгоняя мысль можно было даже прикинуть, что и его потом куда-то загружать. Работы стало не то, что больше. Её количество умножилось многократно. И все это время работать без стремянок, на воле случая, до первого растяжения или «ай, зажало». А случаи бывают разные и даже если все выживут без потерь, дураков выполнять чужую работу нет.
— Борис… я не понимаю, что это за вагон возможностей? — ловко закамуфлировал всё то, что накопилось внутри от вида этой картины Шац.
Судя по суровому виду, ему больше подходило словосочетания «что за ёбаный пиздец?!», но посредник словно проходил курс управления гневом, где любили подменять глубинные понятия на наносные.
Боря даже кивнул, внутренне согласный. Долго разгрузка пойдёт. Сил требует не малых, а происходит действие в поле, с грязью под сапогами. В условиях, когда ветер дует в недовольную харю, а желудок урчит, требуя обеда.
Но обеда не будет. Только подработка. С перспективой сначала разозлить мокрых, голодных мужиков, а потом от них же выхватить, когда первый психанёт и все остальные поддержат за компанию.
— Вы не говорили, что ещё и этот контейнер придётся разгружать, — заметил Шац, со всей ответственностью на челе поскрёб лоб, а затем продолжил. — Тут же роту грузчиков нанимать попутно придётся! Одна деревянная евро-поллета, она же в простонародье деревянный поддон… — Шац следом нос почесал, вздохнул и продолжил. — … сам по себе весит от пятнадцати до двадцати килограмм в зависимости от влажности и используемой древесины. А ведь на нём ещё и груз ничего себе. И вижу я не вату. Так что даже если мы все впряжемся, утром не поднимемся. Поясница взвоет, Борис.
— А… техника? — робко подал голос Глобальный.
— Какая техника? Экзоскелеты в наше сельпо ещё не завезли, — удивился посредник. — А вилочный погрузчик в поле не погоняешь по сырой земле. Ему ровная поверхность нужна. Желательно бетонка, асфальт или хотя бы укатанная грунтовка. Но не в поле же. Колёса маленькие, намотает быстро. Он если и не просядет от груза, то в кашу землю на выгрузке быстро превратит. В этой же луже следом и искупается. А погоди и так жопная. Дождь не прекратится. Земля суше не станет, Борис.
— Я-то впрягусь, — добавил мрачно Стас. — Но, если верить статистике, четверо из пяти людей не умеют какать под дождём.
В его бровях собиралась вода. С них как с кормушки могли кормиться синицы, но те в непогоду попрятались, чтобы ветром не сдуло.