Я покорю Лабиринт с помощью техник массажа. Том 5 (СИ)

Знаем, проходили.
— Я вернулся, — зашёл я на кухню, где мама уже наливала чай на троих.
— Садись за стол, сынок, — бросила на меня короткий взгляд мама.
Папа мне слегка улыбнулся, но вновь сделал серьёзное лицо, видимо, выбрав одну линию поведения.
Да уж. Неловко как-то всё это.
— Дед должен был рассказать, куда я делся, как я и писал в письме... — начал я, чтобы сказать хоть что-то.
Тишина меня угнетала. На столе быстро появились чашки с чаем и между нами, словно по волшебству, возникла тарелка с домашними печеньями. Вот только кроме меня никто не торопился что-то говорить, да и к чаю не притрагивался.
— Сайто, твой дед, нам ничего не сказал о твоём исчезновении, — всё-таки нарушил молчание папа. — Он вообще не объявлялся всё это время и, видимо, так и хотел, чтобы его видел только ты. Всё же ты всегда у него был в любимчиках, — слегка улыбнулся он. — Хорошо ещё, что твой учитель из школы сам к нам пришёл, чтобы рассказать о твоей судьбе.
— Мастер был тут? — удивлённо посмотрел я на родителей.
— Да, — подтвердила мама, посмотрев на меня так, что я невольно поёжился. — Он прекрасно знает твоего деда и понимал, что тот вполне мог никого не поставить в известность о собственных планах. Более того и то, что ты оказался в его школе, стало для него полной неожиданностью. Благодаря ему, мы в курсе того, что с тобой всё было в порядке, насколько вообще возможно для того, кто решил, не рассказав родителям, отправиться в Божественный Лабиринт, — бросила строгий взгляд на меня мама.
— Всё было не совсем так... — начал рассказывать я то, что со мной приключилось.
Разумеется, многие детали я опускал, да и про технику массажа одного из предков тоже решил пока не говорить, чтобы избежать хотя бы части проблем. И так рассказ растянулся где-то на час.
— Я, конечно, знал что отец тот ещё авантюрист, но это уже точно за гранью, — тяжело вздохнув, покачал головой папа.
По мере рассказа, он несколько раз злился и хмурился, но мама каждый раз брала его за руку и все эти вспышки эмоций быстро проходили, и меня снова начинали внимательно слушать. Мама тоже довольно эмоционально на многое реагировала, но контролировала себя чуть лучше.
— В общем, всё произошло как-то так, — развёл я руками, не зная, что ещё сказать. Теперь они хотя бы знают, что я не сбежал.
— Да уж. Как-то упустили этот момент мы в твоём воспитании, — грустно произнесла мама. — Даже письма нам не писал.
— Я немного увлёкся, — отвёл я взгляд, сгорая от стыда. Ведь, действительно, мог хотя бы письмо написать, а не надеяться только на деда, который отличался довольно ветреным характером. — И потом оно всё так закрутилось... И вот... — вновь развёл я руками.
— Хоть расскажи, каких успехов ты достиг, — ласково улыбнувшись, попросила мама, взяв меня за руку. — И не надо делать такое лицо, — сразу же нахмурилась она, так как мои мысли насчёт такого её поведения моментально отразились на лице. Тут никакой самоконтроль не помог бы, потому что я ожидал совершенно иной реакции. — Или же ты хочешь, чтобы я тебе устроила выволочку?! — грозно посмотрела на меня мама.
— Н-нет, — нервно сглотнул я.
— Ну вот и не надо меня провоцировать, — вновь тепло улыбнулась она. — Рассказывай давай, не томи в ожидании.
Дальнейший рассказ затянулся ещё на большее время. Я рассказывал и про своё поступление в школу «Безымянных», и то, как нашёл себе там друзей. Рассказывал о своих успехах на поприще становления мастером боевых искусств, и что продолжал заниматься родовыми техниками, чтобы руки не забывали то, как это необходимо делать.
Говорил я о многом, но и о многом сознательно умалчивал. Ведь мне нельзя было признаваться родителям, что я использовал непроверенную технику предка и теперь поглощаю энергию женщин, которая, благодаря лозе, делает меня сильнее.
И вообще, дед вроде говорил о том, что она вроде как должна перейти на следующий этап и мне надо стать сильнее, вот только я стал сильнее, а следующего этапа не видно. Или, может, она уже перебралась на него, и я попросту этого не заметил, так как изменения происходили на более тонком уровне? Одним вопросы.
 
В целом же разговор получился довольно мирный, чего я совсем не ожидал. Думал, что первым делом я получу пару затрещин от матери, но кажется, что при виде меня у неё камень с души свалился. Родители спокойно спрашивали меня о жизни в Лабиринте, и как мне вообще живётся там.
— И вы совсем меня не будете ругать? — осторожно спросил я, ещё не до конца веря, что этот разговор, которого я столько времени опасался, прошёл без проблем.
— А надо? — весело улыбнулся папа. — Мы всегда знали, что по характеру ты пошёл в моего отца, а значит, рано или поздно всё равно влез бы в какую-нибудь авантюру. Да и не просто так ты у него был в любимчиках.
— Сайто видел в тебе себя в молодости, — поделилась мама. — Мы, как могли, пытались тебя оградить от этого, но... — вздохнула она. — Сам видишь, что из этого вышло.
— Спасибо, — облегчённо выдохнул я.
— Ну, мы же семья, — подмигнул мне папа. — И мы будем тебя любить, даже если ты совершаешь откровенно глупые поступки.
— Я... я постараюсь исправиться, — стыдливо опустил я глаза, а затем папа встал и обнял меня.
— Не переживай, — тихо произнёс он. — Просто знай, что ты всегда можешь вернуться домой, и тебя будут тут ждать.
— Но всё же лучше давать о себе знать почаще, чем раз в год, — строго произнесла мама. Правда, при этом она улыбалась. — И вообще, считай с нами ты лишь прошёл предварительный разговор, — бросила мама взгляд мне за спину. — От сестёр ты так легко не отделаешься.
А вот тут она права на сто процентов — от любопытства сестёр мне точно не сбежать и тут даже не поможет, что формально я сейчас сильнее их.
***
— Я смотрю, с тебя не слезали, пока не вытащили всё, что их интересовало? — после предварительного стука в дверной косяк, вошёл в мою комнату брат, спустя буквально десять минут, как сёстры со мной закончили.
В данный момент я лежал на кровати и мечтал только о том, чтобы помолчать. Заботливые сестрички обеспечили меня водой и закусками, так что даже передохнуть мне толком не давали. Из-за них я был выжат, как лимон.
— Ты и не представляешь, какими они могут настойчивыми, — устало ответил я. — Причём их интересовали вещи, на которые я никогда внимания не обращал. Ну вот откуда мне знать, что сейчас модно среди воительниц клана Медведевых? Я лишь Ольгу и её мать видел, но как-то не обращал внимания на наряды.
Сам брат за этот год нисколько не изменился и всё так же был шкафоподобным гигантом, пошедшим больше в мать, о котором вовсе и не подумаешь, что он занимается массажем, а не участвует в боях, например. Хотя, несколько лет назад он и, правда, принимал участие в нескольких школьных турнирах, но это не было чем-то серьёзным.
— А то ты наших сестёр не знаешь, — ухмыльнулся он, усаживаясь в кресло. — Ну как ты вообще? Я слышал, что дед тебя втянул в какую-то авантюру?
— И это мягко сказано, — улыбнулся я. — Но в какой-то мере я даже рад этому. Хотя сам толком не знаю почему.
— Ещё бы тебе не радоваться, — покачал головой Илья. — Сколько я тебя знаю, ты всегда мечтал стать Покорителем Лабиринта. Тебя останавливали только твоя нерешительность и... — замолчал он, так как для меня подобное было чем-то вроде больной темы, но я никак не отреагировал на его слова. — Неужели удалось решить проблему с развитием сосуда?
— Как видишь, — улыбнувшись, я слегка приподнялся и сверкнул глазами.
Вообще, подобному трюку я научился совсем недавно, так как до этого изменённые зрачки ни в какую не хотели возвращаться к изначальному состоянию, но если сконцентрироваться, теперь получалось выглядеть вполне обычным.
— Значит, всё же получилось, — обрадовался за меня брат. — Интересные у тебя, конечно, глаза, но что-то ты бледноват.
— Вот только ты не начинай! — взмолился я. — Сёстры и так обсудили со всех ракурсов мою более светлую, чем у них кожу, и поэтому пытались вызнать у меня, насколько хорошо я питаюсь.