Жало 3 (СИ)
— Эй, как вас там… челы! Давайте, помогайте мне раненых к транспортировке готовить! — завернул нас обратно еще на первых фразах речитатива тревоги доктор — рогатый образ которого сейчас, в багровых сполохах, приобрел особо зловещий вид.
Разумеется, мы и не подумали отказываться, ведь кроме так и оставшегося в недовскрытом МБПП на полу безымянного бедняги, где-то в соседних палатах медблока сейчас восстанавливались после операции еще трое наших друзей. Ну и пара гэручи, конечно, ставших после совместного бегства из плена для меня словно капризные и очень-очень дальние родственные души.
Глава 45
Глава 45. Эвакуация
Ох и геморное это дело: в МБПП натягивать комбезы на бесчувственные тела коматозящих после сложной операции друзей. Стальные хваталки на сервоприводах хоть и идеально повторяли движения живых пальцев, увы, не обладали чувствительностью последних. Потому, натягивая на руки-ноги безучастных, как куклы, тел тесную ткань, мы с Алонсо то и дело защемляли беднягам кожу, оставляя там багровые отметины — очаги будущих шикарных синяков. К счастью, наши «вялые» пациенты временно не чувствовали боли и, соответственно, не возмущались на столь варварское с собой обращение.
МБПП ж мы решили не снимать потому как процесс это не быстрый, а на переодевание туда-сюда у нас тупо не было времени. Ворочать же бесчувственные тела пациентов медблока в усиленном сервоприводами боевом бронекостюме было куда как легче, чем голыми руками. И хотя до места эвакуации тащить бедолаг на своих двоих нам не пришлось (док раздобыл из какого-то чуланчика-гаража знакомую антиграв-каталку, на которую, под его руководством, мы и уложили штабелями всех пациентов медблока, поместив в основание получившейся многоярусной горы, разумеется, угоревшего товарища в так и не срезанном бронекостюме), однако, чтобы быстро собрать, одеть и перетаскать в одно место все здешние «тела» (а потом еще подстраховывать с двух сторон получившееся на каталке нагромождение во время транспортировки — особенно на лестнице), функционал МБПП оказался весьма нам полезен…
Местом общего сбора перед эвакуацией стал зал на четвертом этаже цитадели. Широченный зал, о существовании которого до сегодняшнего дня я даже не догадывался. Вдоль стен просторного помещения в два ряда выстроились все тридцать эвакуированных с крыши армейских антигравов.
Внутри озаренного зловещим мигающим багрянцем (как и все теперь внутри доживающей последние минуты цитадели) пространства между антигравами происходила, хоть и немного нервная, но вполне подконтрольная многочисленным командирам толчея. Дежи организованно спускающихся с крыши, потрепанных боем жал, следуя указанием лично командующего здесь коменданта гарнизона, направлялись к закрепленному за каждым десятком антиграву. Наверху, кстати (судя по беспрерывному треску и грохоту пулеметных очередей), до сих пор шла отчаянная битва с крылатыми рухами, неудержимый напор которых после рухнувшего защитного купола продолжали отчаянно сдерживать лишь пулеметчики, худо-бедно защищенные от здоровенных жвал гэц-пожирателей в своих изолированных клетушках.
— ВНИМАНИЕ! В ЦИТАДЕЛИ АКТИВИРОВАН ПРОТОКОЛ НОЛЬ-НОЛЬ ОДИН! ЗАПУЩЕН ПРОЦЕСС САМОЛИКВИДАЦИИ! ОБЪЯВЛЯЕТСЯ ЭКСТРЕННАЯ ЭВАКУАЦИЯ! ГАРНИЗОНУ И ОБСЛУЖИВАЮЩЕМУ ПЕРСОНАЛУ СРОЧНО ПОКИНУТЬ ЗДАНИЕ! ОСТАВШЕЕСЯ ВРЕМЯ ДО ВЗРЫВА: ШЕСТЬ МИНУТ ПЯТНАДЦАТЬ СЕКУНД!.. — продолжал рвать механическую глотку не смолкающий ни на мгновенье бездушный голос.
Сидящему за рулевым рычагом нашей антиграва-каталки доку-лехлецу тоже последовало указание перебираться в выделенный под эвакуацию медблока армейский антиграв. Мы с Алонсо тут же стали разгружать гору тел, перетаскивая бесчувственных пациентов на скамейки внутрь относительно просторного салона с прозрачными стенами. И за этой суетой совершенно упустили момент, когда рядом, как двое из ларца, вдруг возникла пара агентов-контрразведчиков.
— Док, мы с вами летим, — безапелляционно заявил мрачный, как туча, горз. — Пилотов мало уцелело. А поскольку у меня имеется навык вождения этой бандуры, я пилотирую ваш антиграв.
— Да ради бога! — фыркнул в ответ лехлец. — Только давайте уже быстрее свалим отсюда куда-нибудь, где имеются нормальное медоборудование. Я, конечно, смогу какое-то время поддерживать пациентов стимуляторами, но если их быстро не вернуть обратно в реанимационные капсулы…
— Не беспокойся, док, — перебил Вруст. — Скоро уже стартуем. И если повезет прорваться через толпу крылатых ублюдков, через час, край полтора, будем на нашей платформе. А уж там скорейшую переброску для раненых на ближайший орбитальный хоф я живо организую.
Мое присутствие рядом в антиграве старший агент отчего-то напрочь проигнорировал. И, договорившись с нашим доком, потопал себе спокойно в начало салона, занимать пилотское кресло.
— Ну че, вроде, все уцелевшие наши здесь, — привлекая к себе внимание, обратился к нам Смерницкий. Уж не знаю, что он там в штабе делал, но выглядел бывший друг ужасно: желтая, как у покойника, кожа лица, черные круги под глазами, с багровыми от полопавшихся капилляров белками.
— Вообще-то, не все, — зло рыкнул я в ответ.
— Лю не хватает, — подхватил за мной Алонсо. — Она же в службе перевозки теперь, раненых…
— Забудьте про эту суку, — устало отмахнулся Артем, опускаясь на край скамейки, в ногах у лежащей там бесчувственной Черникиной. — Нет ее больше. Все, парни. Амба.
— Как нет?.. — потрясенно выдохнул Алонсо.
— Ты кого сукой назвал, говна кусок! — порыве ярости, я цапнул за грудки Смерницкого и, из-за усиления МБПП, запросто вздернул в воздух одетого в один комбез человека.
— Варламов, угомонись! Не заставляй меня вмешиваться! — обернулся из-за водительской стойки, пригрозил Вруст. — Сейчас Артем тебе все покажет, только опусти, будь добр, моего товарища обратно на скамейку.
— Что покажет? — растерянно пробормотал я, исполняя просьбу опасного горза.
— Млять!.. Кх-ха!.. Идиота кусок!.. Кха-кха-кха!.. Ты меня чуть не задушил, — пропыхтел сквозь кашель Смерницкий, массируя случайно сдавленную моими стальными псевдо-пальцами шею.
— Вруст обещал, что ты мне что-то покажешь? — поторопил я бывшего друга.
— Да сейчас, дай хоть чутка отдышусь… На, смотри… — в дрожащей ладони Артема материализовался портативный отражатель (извлеченный, похоже, из скрытого личного подпространства его инвентарной функции), и по его мысленной команде Смерницкого над прибором тут же возникла небольшая объемная голограмма…
Глава 46
Глава 46. Диверсия
Поначалу запись случившегося происшествия велась откуда-то сверху, видимо снято было фиксатором, висящим на потолке.
Мчащаяся по коридору миниатюрная антиграв-каталка нерасчетливо быстро вошла в крутой поворот, и лежащий на ней раненый боец сорвался на пол. Затормозившая тут же свое транспортное средство возница (в которой, несмотря на изрядно уменьшенную копию, легко распознались черты лысого однорукого инвалида — нынешнего кошмарного образа бывшей красавицы Лю), спрыгнула со своей задней «табуретки» и попыталась самостоятельно загрузить подопечного обратно на лежанку каталки.
Но с одной рукой ничего у Лю, разумеется, не выходило. Бедолага раненый же, и без того тяжко стонущий после резкого болючего падения, от бестолковых манипуляций горе-помощницы перешел и вовсе на отчаянный ор.
Отчаявшись справиться в одиночку, девушка побежала обратно в предыдущий коридор, где буквально в двух десятках шагов от поворота неприметную с виду дверь охраняли двое жал в МБПП, с «рогачами» в руках.
Картинка голограммы резко преобразилась. Удаленный вид на коридор сверху сменился на более близкий фронтальный, с выбегающей из-за поворота и быстро приближающейся лысой Лю. Видимо, дальше использовалась хроника, отснятая стандартным фиксатором одного из МБПП часовых.
— А ну стоять! — стволы обоих «рогачей» нацелились на приближающую девушку.