Последний шанс (СИ)

Тихие всхлипы переходят в громкие рыдания, сопровождающиеся даже каким-то подвыванием. Я не в силах контролировать себя. Опускаюсь на банкетку и выплескиваю боль, что раздирает мне грудную клетку. Только она не уменьшается. В конце концов, меня начинает ни на шутку пугать мое состояние, ведь я всё никак не могу успокоиться. Так недалеко и до сумасшествия. Ведь ничего непоправимого не произошло. Я ведь ничего не загадывала и ни на что не надеялась. Это правда. Да, мечтала о том, что, возможно, Савва разглядит меня. Но именно, что мечтала. Я просто хотела быть с ним. Хоть минуту, хоть десять минут, хоть час. И мое желание исполнилось. Так о чем теперь жалеть? Ночью Савва был великолепен. И мне неважно, что послужило тому причиной. Я ведь никак не провоцировала его состояние. Даже, если всё, что он сказал мне утром - правда. Моей вины здесь нет. И знать о том, что всё подстроено, я не могла, потому что ни в каком вселенском заговоре против Морозова не участвовала.
Утро... Его события были похмельем. Так бывает, когда забываешь о реальности, пытаясь угнаться за шумным весельем. Ведь знаешь, что оно, это утро, всё равно наступит. И ничего хорошего не принесет. И пусть я старалась не думать об этом, но где-то внутри не верила, что всё обойдется. Теперь у меня всего лишь один вопрос - какую цену я должна буду заплатить за единственную ночь с любимым мужчиной? Хотя пусть так... Я готова ее платить...
Самокопание вытаскивает меня из пучины отчаяния. Успокаивает, помогает взять себя в руки. Не о чем жалеть. Савва мог просто не обратить на меня внимания, как делал это бессчетное количество раз прежде. И ... Каждое воспоминание этой ночи будет для меня драгоценным.
Что касается агрессивного поведения Морозова утром, то, если он прав, и ему что-то подмешали, воздействие этих веществ и служит причиной данного всплеска. Савва во всем разберется, узнает, что я не при чем. И не станет уничтожать меня. Он - не такой.
Надо прекращать и истерику, и обесценивание самой себя. Нужно взять себя в руки и продолжать жить дальше.
Встаю с банкетки и иду в душ. Воду включаю холодную, чтобы придти в себя. Стою под струями до тех пор, пока зубы не начинают стучать. Но голова проясняется. Савва обязательно разберется. Ко мне у него не может быть никаких претензий. Хотя из компании мне, конечно же, придется уйти.
После холодного душа выпиваю валерьянку. И забываюсь тревожным сном. Дальше мое настроение скачет с отметки " минус" на отметку "плюс". К тому же, купание под холодной водой приводит к тому, что у меня поднимается температура. С которой я борюсь несколько дней.
А еще я жду появления сотрудников службы безопасности, которые должны ворваться в мою квартиру. Никуда не выхожу эти дни. Мне никто не звонит. И в квартиру тоже не врывается. Просто в конце моих терзаний звонит юрист и приглашает прийти уже в офис, чтобы урегулировать возникший конфликт. Я соглашаюсь. А что мне остается? Вечно прятаться взаперти? Да я и сама не собиралась там оставаться. Теперь это попросту невозможно.
Измотанный организм не способен больше нервничать. И это меня спасает следующим после звонка юриста утром. Иначе бы я не осмелилась поехать в компанию.
Лучше бы не ездила. Но того, что нам предстоит, мы не знаем.
Поэтому я еду. Туда. Страшась встречи с Саввой.
Савва 
Голова кружится всё сильнее, перед глазами темнеет. Аля дергается прочь, но я не в состоянии ее остановить. И как тургеневская барышня, теряю сознание. Сам от себя не ожидал.
В сознание прихожу в больничной палате. Под капельницей. В палате Альберт И начбез. Четкой картины произошедшего у меня нет. Кроме того, что я переспал с Алевтиной. И кто-то сделал компрометирующие меня фотографии.
Открыв глаза, встречаюсь взглядом сначала с Альбертом, потом с начбезом. Оба выглядят виноватыми. Как это всё вообще могло произойти? Служба безопасности же была на ушах... И вот результат...
-Ну?! - выдыхаю раздраженно.
 
Начинает начбез.
-У вас в крови обнаружена смесь химических веществ. Если не вдаваться в термины - смесь возбудителя и препаратов, подавляющих волю. Достаточно редкие препараты, которые в обычной аптеке не купишь. На телефон пришли фото. Эм... Как вы развлекались с Алевтиной. Но все пришедшие фотографии очень плохого качества.
Мозг включается, пытаясь найти лазейку, чтобы выплыть из этого болота с наименьшими потерями.
-Насколько плохого?
-Хм. Если нет других, то я бы сказал, что если вы сами не подтвердите факт близости, доказать, что это вы не удастся.
-Выяснили, кто подлил мне эту гадость?
-Я просмотрел записи с камер в ресторане. К вам подходила девушка - Юлия Владиславовна Началова. Она подала вам бокал, вы выпили.
Он говорит это таким тоном, что в нем отчетливо слышится: "Какой же ты дурак!". И я вот тут с ним согласен.
-Они с Князевой - подруги, - добавляет начбез.
-Сговорились?
-Проверяем.
-Их кто-то нанял?
-Князевой деньги не поступали, а Началовой - да, перед корпоративом пришла крупная сумма. И после тоже. От кого пока не выяснили.
Голос на следующем вопросе хрипнет.
-А где... Алевтина сейчас?
-Доехала на такси до дома. И никуда больше не выходила.
-И как же у них получилось всё это провернуть?
Начбез мнется. Это и понятно. Виноват по всем пунктам.
-После танца с Князевой вы пропали. Нашли мы вас только утром. Камеры в вашем доме вышли из строя, консьерж спал, водитель утверждал, что высадил вас у дома Князевой. Мы ночью вскрыли ее квартиру, но там вас не было...
Становится всё веселее и веселее.
-Нужен заказчик. За девушками установить наблюдение. Пока не трогать. Фотки нужно просмотреть. И определить, можно ли их использовать для шантажа.
Во мне включается циничная сволочь, которая готова убрать все препятствия на пути к цели. Абсолютно все.
  
Глава17
 
Глава17
Аля 
Вчера вечером мне позвонил ведущий юрист нашей организации и нудным голосом "посоветовал" явиться сегодня в кабинет начальства к десяти часам, чтобы обсудить вопрос моего увольнения. По собственному желанию. А еще добавил, что лучше бы мне прийти, если я не хочу серьезных последствий своей беспечности.
Я наивно надеялась, что приду, напишу заявление и на этом все закончится. Но и этим надеждам не суждено было сбыться. Это я понимаю, встречаясь у офиса со своей приятельницей Юлей.
-Аль! - окликает меня из курилки, расположенной во дворе офиса, дрожащий голос Юли. Что она тут делает? У нас строго с дисциплиной, а рабочий день уже начался.
Подхожу к ней, еще не зная размеров катастрофы.
Она смотрит на меня с жалостью. Я терпеть этого не могу и готова сделать что угодно, чтобы избавиться от этого выражения в ее глазах.
-Аль! Ты как?
-А что со мной? У меня рога выросли? Или хвост? - голос звучит неприветливо.
-Аль, ты прости меня. Это была дурацкая затея. Но если бы я хоть подумать могла, что так все выйдет...
Волнение нарастает.
-Ты о чем?
-Гендир свирепствует четвертый день после корпоратива. Он тебя не бил, я надеюсь? Все знают, что вы провели вместе ночь. И чем занимались тоже. А еще у него в крови нашли какие-то запрещенные вещества... - она запинается и отводит от меня глаза, - И он считает, что это ты ему подсыпала...
-Ты откуда все это знаешь? - внутри образуется что-то наподобие воронки, куда засасывает всё, что еще осталось во мне хорошего.
-Так он рассказал Вероничке. А она уже по офису разнесла.
Я пошатываюсь, но вовремя цепляюсь за какую-то железную штуку.
-Он орал у себя в кабинете, что ты его женить на себе таким способом собралась и что ничего у тебя не выйдет.
-Что за чушь? - эти действительно кажется мне абсурдом.
-Ну, все же знают, что у тебя личная жизнь не складывается. А все-таки тебе в этом году тридцать пять исполняется...