Мне больно от твоей любви 2 (СИ)

4. Стадия. Депрессия. – В ней я прибывала с тех пор, как меня выписали домой. 
5. Стадия. Принятие – наступила именно в этот день. 
Нет, я не разлюбила его. Увы, это нельзя сделать по щелчку пальцев. А жаль.  Я бы точно от этого не отказалась. 
Просто проснувшись этим утром, поняла, что хватит жалеть себя. Жизнь продолжается. Это глупо - думать о человеке в то время, когда ему на тебя плевать. Грачевский уж точно не переживает о нашем расставании, а вместо этого меняет девчонок как перчатки. И помимо него в моей жизни есть еще и бабушка, и Ромка, и мама с отчимом, в конце концов, сводные братья. А еще у меня есть самые лучшие в мире друзья. Ведь мы с девочками два года ждали наш выпускной, продумывая макияж, прически, наряды. И я ни за что на свете его не пропущу.
Нет, Глеб, хватит! Ты и так отобрал у меня множество счастливых мгновений и времени. И больше я этого не позволю! 
Несколько часов я провела, сидя на полу около окна в своей спальне, обдумывая все это и наблюдая за находящимися внизу людьми. Молодые парни оккупировали спортивную площадку, проделывая различные трюки на турнике и снимая их на камеру мобильного телефона. Две мамочки расположились на лавочке, что-то бурно обсуждая, наблюдая, как в песочнице играют их детки: белокурая девочка и темноволосый мальчик. Обоим было примерно годика по 3-4. 
С высоты седьмого этажа было сложно разглядеть, что именно строили из песка эти малыши. Но они были так увлечены своим занятием, что я им даже немного позавидовала. А именно их беззаботному детству. Ведь в их возрасте самая большая трагедия — это сон час в детском саду. 
Все-таки почему мы так не ценим свое детство, а мечтаем поскорее стать взрослыми? 
Я перевела взгляд и заметила девушку-соседку, живущую со мной на одной лестничной площадке, которая отправилась на очередную утреннюю пробежку. Она всегда это делала в одно и то же время. Иногда компанию ей составлял Марк, который точно так же всегда начинал свое утро. Сводный брат и меня не раз пытался приобщить к спорту, и один раз ему это даже удалось. Тогда мы и познакомились с Дашей, а именно так звали эту девушку, что жила с нами на одном этаже. 
По набережной то ли дело, держась за руки прогуливались влюбленные парочки. И я улыбалась, глядя на них, но не радостно, а как-то болезненно. Думая, что еще недавно и мы с Глебом вели себя точно так же. Они целовались, обнимались, ели мороженное или просто сидели на лавочках.  Ведь Весна –  это время, когда люди чаще всего находят любовь. А вот я, наоборот, свою потеряла. 
Практически весь этот день провела на кухне, готовя разные вкусняшки в компании Марка. Который, кажется, был рад переменам в моем настроении и с большим удовольствием пробовал мои кулинарные шедевры. 
А вечером встретилась с друзьями. И мы практически до ночи гуляли по парку, катались на аттракционах. Затем мы смеялись и болтали обо всем на свете, оккупировав одну из лавочек в нашем дворе. И поняла, как мне этого нехватало: вечных перепалок близнецов, шуточек Захара, звонкого смеха Наташки. Только в компании друзей я вновь почувствовала себя по-настоящему живой. 
Сегодня же утром у меня появилось настроение привести себя в порядок и навести красоту. Я сделала себе легкий макияж, надела туфли на каблуках и одно из новых платьев. Завила волосы в легкие локоны. И даже зная, что его никто не увидит, все равно надела на себя самое лучшее нижнее белье, которое было в моем гардеробе. Прихорашивалась так, словно собиралась не на консультацию по экзамену, а на свидание. Безусловно, сегодня я выглядела если не на все 100%, то хотя бы на 89 из них. Во мне даже появилась небольшая уверенность в себе. И это сыграло на руку, потому что, когда на моем этаже остановился лифт, там уже находился Глеб в компании миленькой блондинки. Должно быть, он спускался от Мартынова, потому что на его этаже остановки точно не было. Я бы слышала. 
Когда двери лифта распахнулись, то первым моим желанием было сбежать. Однако, сцепив зубы, я переборола его и, расправив плечи уверенно вошла внутрь кабины. А заметив растерянный взгляд Грачевского, который явно не ожидал от меня такого поступка, хотелось смеяться, но смех я спрятала за натянутой дружелюбной улыбкой. Я даже поздоровалась с ними, как сделала бы это с любыми из соседей. И ничего не подозревающая блондиночка мило улыбнулась мне и поприветствовала в ответ. Глеб же нахмурился и сдержанно кивнул. Я отлично знала поведение этого парня. Достаточно было увидеть, как сжимает челюсти, поигрывая желваками, и каким взглядом он скользнул по мне, чтобы понять, что Грачевский зол. Обычно он выглядел так, когда ревновал,  а сейчас наверняка нервничал, что я могу что-то сказать при его новой подружке. Поэтому поспешно отвернулась от них, встав лицом к выходу. Боковым зрением заметила, как он резко убрал руку девушки со своего предплечья. 
 
Было ли мне больно в этот момент? 
Как ни странно, но нет. 
Внутри словно было пусто. Наверное, это была защитная реакция моего организма. Но вот сердце все равно колотилось как бешеное от его присутствия. А по спине то бегал холодок, то напротив ее опаляло жаром от пристального взгляда Глеба. Я чувствовала его, когда первая покинула лифт, и когда мы друг за другом вышли из подъезда, и когда я по-дружески обняла ждущего меня на крыльце Кирилла. 
Кир же моментально напрягся и нахмурился, стоило ему взглянуть за мою спину. И пусть я этого не видела, но чувствовала, что братья схлестнулись взглядами. Я же даже не оборачивалась в ту сторону. Перекинулась с другом несколькими фразами, а после, взявшись за руки, мы направились к выходу. 
- Ты и в правду зашла к ним в лифт? – Не мог поверить Назаров. 
- Угу. И даже поздоровалась. – Усмехнулась я. 
Кирилл покачал головой и тоже еле заметно улыбнулся. Но продолжал взволнованно смотреть на меня. 
- Кир, правда, все нормально. Я в порядке. – Улыбнулась, положив руку на его плечо. Понимала, что он за меня переживает после того, что натворила. 
- А что он? 
- Кажется, Глеб не ожидал что я так поступлю. И обозлился. 
- Ты молодец, Юлька. И сильнее, чем кажешься. Я бы так точно не смог. 
- Навряд ли меня можно назвать сильной. – Стыдливо опустила глаза, вспоминая, что еще недавно думала о том, чтобы уйти из этой жизни. 
- Ты не права. Даже самый сильный человек может сломаться, когда его предают. – Повисла немая пауза. Кирилл осторожно заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо. – Присядем? – Кивнул он на свободную лавочку. 
- Давай. 
Мы опустились на лавочку, наблюдая за течением реки. Молча сидели погруженные каждый в свои мысли. 
- Знаешь, то, что случилось со мной в тот день на набережной, не было случайностью. Я не теряла сознание от нервного срыва, как это думают другие. Я сама, понимаешь? Мне тогда правда не хотелось жить. Я даже думала о том, чтобы нырнуть в реку. А сейчас мне очень стыдно за это. Стыдно перед всеми вами, перед родителями. Мама из-за меня чуть не потеряла малыша. Черт! Не могу простить себя за это. 
От злости на саму себя сжимала руки, впиваясь ногтями в кожу. Заметив это Назаров расцепил их. Одной рукой он некрепко сжал мою ладонь, а второй приобнял за плечи. Я положила на него голову . Кирилл пытался меня поддержать, успокоить. Однако сам же был напряжен. Это чувствовалось по его окаменелым мышцам. 
- Не скажу, чтобы я не догадывался об этом. Я не буду читать лекции о том, что ты не имела право так поступать, что это было эгоистично и все прочее. Потому, как и сам думал об этом однажды. Но пообещай, что больше никогда так не поступишь? 
Я улыбнулась. В теплых объятьях Кирилла было хорошо и спокойно. У него словно была способность исцелять. И отчего-то только с ним я могла вести столь откровенные разговоры. Только ему я могла довериться и поделиться самым сокровенным. Тем, что я не смогла бы рассказать даже подругам или Ромке. 
- Обещаю. – В его синих глазах появилось облегчение, а плечи расслабились. – Хочешь мороженое? – Решил он сменить тему.