Выжившие (СИ)

— Д-да… — тихо выдохнул Джей.
— Вот и хорошо, — ответила Ицуми из темноты. — Собери их всех внутри тогда. Мне бы на байке незаметно выехать, пока следователи не подтянулись…
* * * 
— Ты говорил с ней, но дал ей уйти?! — от пылавшего в глазах Главного холодного огня покалывало в кончиках пальцев.
— Так точно, сэр, — замялся Мэтьюз. — Всё по инструкции: один из напарников остаётся на месте преступления, а второй покидает, если необходимо продолжать следствие…
— Я знаю инструкцию, лейтенант, — отрезал Арашира. — Я сам её писал. Почему Ицуми не отвечает на вызовы? Почему её пытается остановить наш КПП?
— Н-не знаю, Арашира-сама… — Джей часто заморгал, не понимая, как реагировать на вопрос.
Если это всё же сам глава госкорпы пытался убить Ицуми, какого ответа он ожидает?..
— Ни черта ты не знаешь, Мэтьюз! Выясни, лейтенант!
— Есть! — снова вытянулся Джей, на всякий случай глядя прямо перед собой, чтобы не встретиться с Араширой взглядом.
Тот со злостью выдохнул и помолчал секунду. Но потом повернулся уже к спецгруппе:
— Значит так, всех с КПП, кто здесь был, посадить в крио-изоляцию, с возмещением. Никто из них ни с кем не должен говорить, даже друг с другом. Обеспечить полную информационную безопасность, все детали — под грифом «секретно», любая передача данных куда-либо вне этой группы — только с моего разрешения. Разберите это место хоть на атомы, мне всё равно. Мне нужна ясность — это Бешич убил мисс Андерс-Мисоцки или нет. Всё ясно?
— Так точно! — хором ответили трое спецов.
— Свободны, — Главный повернулся к Джею. — А что до тебя, Мэтьюз…
В этот момент в комм-хабе материализовался Людвиг, который тут же перебил хозяина:
— Арашира-сама, снаружи защиты ждут два посетителя, им нужен разговор, они говорят, что это срочно…
— Кто они, Людвиг? — раздражённо перебил Главный.
— Премьер-министр Ямагучи и Старейшина Шигемацу, — спокойно уточнил ИскИн.
Арашира сделал едва заметное движение бровями, которое, вероятно, означало удивление.
— Не ожидал так сразу… — задумчиво отозвался он, словно бы на мгновение потеряв контроль над ситуацией. Но сразу же снова стал Главным, всезнающим и ко всему готовым: — Ты остаёшься, Мэтьюз. В отсутствие Ицуми ты ведёшь дело, ты — главный следователь. Тебе придётся быть в курсе.
Джей ошарашенно кивнул.
— Впускай их, Людвиг, — кивнул Главный, а когда ИскИн с троими из спецгруппы исчез, он медленно вдохнул и выдохнул, готовясь к тяжёлой беседе.
* * * 
— Сколько раз мы говорили об этом, Шигемацу-сан?! Сколько раз я спрашивал Вас и Первого Старейшину, будут ли с этим проблемы?! — премьер-министр, кажется, балансировал на грани нервного срыва.
— Тринадцать, Ямагучи-сан, — ровным тоном ответил Старейшина. — Тринадцать раз. Я хорошо понимаю и полностью разделяю Ваши текущие опасения.
С его непроницаемого лица можно было бы снять голографический слепок и отправить прямиком в учебники по политике кризисов. Шигемацу был совершенно спокоен, предельно вежлив и обходителен, а вся его скупая мимика выражала всего одну эмоцию — глубочайшее сожаление. Оно не было явным, но проникало в каждое его слово и каждый жест. Словно медленно, но верно захватывающие пространство ноты тлеющей кйяры [1], сперва трудноуловимые и тонкие, но с той секунды, как услышишь, — неизменно отчётливые.
— Каждый раз мы предлагали Оазисам помощь полиции, следящие системы, да что угодно… — продолжал сокрушаться Ямагучи.
— К сожалению, мы действительно были вынуждены неизменно отвечать отказом, Ямагучи-сан, — Старейшина едва заметно поклонился. — Мы не можем себе позволить постоянную прямую слежку за членами Братства, как и любое другое давление. Это — худшая из помех творческой работе. Психологическое профилирование и анализ поведенческой динамики рабочих групп до сих пор были стопроцентно эффективны, что, как мы знаем, лучше статистики любого из районов Нью-Токио…
— Само собой! И Братство мне тринадцать раз гарантировало, что я могу не беспокоиться за преступность в Оазисах! — перебил премьер-министр. — Но что это тогда такое?! — он ткнул пальцем в висевшее посреди черноты комм-хаба фото останков женских тел.
 
— Извините, Ямагучи-сан, но я ещё не знаю, — Шигемацу покачал головой. — Братству понадобится провести полномасштабное внутреннее расследование. Только тогда можно будет сказать что-то конкретное. А до тех пор…
— Вот именно! — премьер потряс в виртуальном воздухе виртуальным указательным пальцем. — Что мне делать до тех пор?!
— Ждать, Ямагучи-сан, — тихо вмешался, наконец, в разговор Арашира. — Я принял меры, чтобы выиграть время. Все свидетели произошедшего временно изолированы. Эта политическая бомба всё ещё на взводе, но пока не взорвалась.
О том, что капитан Ицуми всё ещё шляется неясно где и делает непонятно что, он тактично умолчал.
— А что Вы мне посоветуете делать, когда она таки взорвётся, а? — ехидно-истерично отозвался Ямагучи. — Мы же мониторим общественное мнение! Выжившие и так не сильно любят тех, кто прячется за стенами Оазисов! А если выяснится такое… Это же не просто царапина на репутации для всех нас, это — трещина в её фундаменте! Потом достаточно лёгкого щелчка, и…
— Вы рано преувеличиваете, премьер-сан, — мягко прервал его глава госкорпы. Он не настолько успешно держал своё разочарование несдержанной реакцией премьера при себе, поэтому в его словах проскользнул учительский тон. — Всё может пойти разными путями. И мы успеем подготовиться. Всё, что можно сделать, мы сделаем. Репутационные потери уже неизбежны, давайте перестанем выяснять отношения и сосредоточимся на решении наших проблем.
Старейшина Шигемацу с готовностью кивнул:
— И в этой связи я могу предложить помощь одного из наших ИскИнов и достаточные для него… гм… для неё вычислительные мощности.
— Для чего именно? — с вызовом спросил премьер. — Чтобы лучше посчитать падение репутации Братства?
— Отнюдь, — Старейшина наклонил голову.
Он посмотрел на премьера секунду, словно обдумывая, что скажет дальше, а потом, будто бы приняв решение, продолжил:
— Это поможет усилиям Араширы-сама по выигрыванию времени. У нас есть… гм… некоторые внутренние инструменты фильтрации сетевого трафика. Если дать их в руки ИскИну и подключить его ко всем ай-экс-пи [2] Конгломерата, мы сможем полностью избегать огласки столько времени, сколько будет нужно.
— У Вас есть… что? — оторопело спросил Ямагучи, его брови медленно поползли вверх. — Вы собираетесь блокировать данные, передаваемые по Сети?! Насколько я помню, мы заказывали у Братства именно это лет пять назад, и нам ответили, что на текущих объёмах трафика это невозможно…
— Технологии идут вперёд, Ямагучи-сан, а в протоколах шифрования появляются уязвимости, — невозмутимо ответил Шигемацу. — Наша технология ещё не прошла тестирование. Но ситуация исключительная, и потому мы готовы её предложить. Разумеется, без оплаты.
— Разумеется, — хмыкнул Ямагучи. — И тогда, после этого незапланированного тестирования вашей «фильтрации трафика», я жду от Братства пилотный образец с установкой в…
Премьер-министр вдруг осёкся и уставился со смесью непонимания и подозрения на Джея. Он будто внезапно осознал, что тот тоже присутствует при разговоре, и теперь думал, что с ним делать после всего сказанного при лейтенанте.
Мэтьюз непроизвольно задержал дыхание.
— Всё в порядке, Ямагучи-сан, — спокойно ответил на незаданный вопрос Арашира. — лейтенант Мэтьюз, как Вы помните, — один из специально отобранных моих людей для обоих расследований. Он не раскроет услышанное никому, я за это ручаюсь.
Ямагучи перевёл тяжёлый взгляд на Главного и после бессловесной пикировки глазами медленно кивнул:
— Хорошо. Под Вашу ответственность.
У Джея отлегло, и он осторожно, чтобы не издать ни звука, который мог бы просочиться в вирт-пространство комм-хаба, втянул воздух сквозь плотно сжатые губы.