Его хорошая девочка (СИ)
— Закажи, конечно, если хочется, но тебе придётся и мой бокал выпить, мне-то даже нюхать нельзя. Если я год парня не замечала, то выходит, и Никита мог Надежду не замечать?! Света, ты как считаешь?
— Да запросто. А ты ему что, не поверила?
— Нет, — виновато произнесла я, и Света осуждающе цокнула и качнула головой.
— И зря. Некоторые мужики с девушкой выспятся, а через два дня им хоть ногти плоскогубцами вырывай — ни имени не назовут, ни как выглядит не опишут, а тут подумаешь, в подъезде за стеклом сидела. И что?! Варя, а ты, случаем, Беркутову о своих подозрениях не рассказала? — женщина с прищуром и со всей строгостью на меня посмотрела.
— Да, — совсем сникла я.
— Ну ты даёшь, — закатила Светлана глаза. — Как приземлимся, сразу ему позвони и скажи, что была не в себе, из-за чего угодно, из-за переживаний, стресса, женских дней, Юпитер не в той фазе Луны…. Варя, и на будущее учти, хочешь создать с Беркутовым семью дольше, чем на год, научись отделять зёрна от плевел. «Добрых» людей на свете хватает, и про тебя, и про Никиту будут говорить и выдумывать многое. Отгораживайся, не позволяй чужой злобе и зависти портить вам жизнь.
— Хорошо, — находясь на стыке двух состояний «ещё держусь» и «реву в три ручья», пообещала я.
Глава 62
Всё познаётся в сравнении. Когда мы с Никитой прощались в аэропорту, думала, тяжелее просто уже быть не может, но ошибалась. Конечно же, может и ещё как!
Чем больше времени проходило с момента разлуки, тем сильней я тосковала. Хотя «тоска» — это не совсем то, что я чувствовала. Меня ломало и не только эмоционально, но и физически. Я не могла и не хотела ничего делать от слова «совсем». Еда потеряла вкус, даже от обожаемого фисташкового мороженого отдавало трухой, любимые фильмы казались глупыми и неинтересными, а солнце и хорошая погода за окном лишь раздражали.
Если бы не телефонные разговоры с Никитой, что хоть как-то поддерживали во мне искру жизни, забралась бы на кровать, укрылась с головой одеялом, не мылась, не ела, не двигалась, а просто лежала, пока Беркутов бы не приехал.
Помню, как не понимала подруг, которые после разрыва с парнем уходили в затяжную депрессию. Ведь, казалось бы, ну день поревела, ну два, потом дала себе подзатыльник, принарядилась, накрасилась, натянула пусть даже неискреннюю улыбку и бегом снова жить. Сказать легко, да сделать трудно. Мы с Никитой не расходились, я каждый день слышу, как он меня любит и как сильно скучает, но всё равно такое чувство, словно у меня из груди вырвали сердце.
В дверь моей спальни постучали.
— У меня проблема, — раздался голос Светланы. — Ресторан для свадебного ужина прислал на почту предполагаемое меню для согласования, картинок нет, а все названия блюд на французском. Варя, помоги тёмной женщине, а?
— Минуту, — крикнула я и скинула с себя одеяло.
Вставать не хотелось, так же как и заниматься меню, но помощь Светлане — отличный повод с ней поговорить и узнать, как у них там с папой в плане амура.
Войдя вслед за Светланой в спальню отца, комнату я не узнала. Повсюду лежали женские вещи, хотя нет… повсюду были нагромождены кучи женских вещей.
— Варя, ты не обращай внимания на беспорядок, я просто не всю ещё одежду развешала. Решаю, что оставить, а что выкинуть.
— Я и не обращаю, — улыбнулась и махнула рукой, но после задумалась. В самолёте Светлана не промолчала, увидела мою ошибку и прямо мне о ней сказала. Дала нужный и полезный совет. Зачем же я кривлю душой? — Хотя нет. Это проблема. У отца мало пунктиков, по которым он заморачивается, но чистота — один из них. Света, не обижайся, но ты переехала почти неделю назад, одежду надо развешать или выкинуть прямо сегодня, и желательно до того, как папа приедет. Хочешь, я тебе помогу?
— Хочу.
Сообща дело спорится быстро, буквально за час мы рассортировали одежду, осталось лишь разобрать два пакета. За один взялась я, а за другой, всё-таки надеюсь, будущая родственница.
— Света, тут шкатулка, её куда? — доставая из пакета произведение искусства, не иначе, поинтересовалась я.
— Пока никуда, — растянув во всю длину шёлковый шарф, Светлана решала, останется он у неё в гардеробе или же нет. — Оставь её пока где-нибудь на видном месте, в украшениях мне тоже надо навести порядок.
— А можно взглянуть? — поставив шкатулку на туалетный столик, спросила я.
— Конечно.
Получив разрешение, расстегнула защёлку, открыла крышку и три яруса шкатулки одновременно разъехались.
— Ого, а я и не знала, что ты большая любительница украшений, у тебя здесь настоящая сокровищница, — изумилась я.
— Что есть, то есть, — женщина подошла к столику, пальцами поддела за основание серьгу с висячим бледно-голубым камнем и, приложив её к уху, посмотрела на своё отражение в зеркале. — Но я скорей коллекционер, меня хлебом не корми, дай только какое-нибудь украшение купить, ни разу его не надевая, положить в шкатулку и чахнуть над ним как Кощей. А вот эту вещицу, — Светлана бросила серьгу и взяла браслет, — я себе купила как утешение, когда узнала, что бывший муж на сторону ходит. А это кольцо я привезла из ….
Женщина продолжала что-то с энтузиазмом рассказывать, но я её уже не слышала, потому как в шкатулке под многочисленными побрякушками заметила точно такой же кулон, какой я видела у Даши. Та же ящерка, та же хищная мордочка, тот же огромный для бриллианта размер камня.
— А этот кулон у тебя откуда? — ткнув в ящерицу пальцем, спросила я.
— Твой отец подарил. Прелесть, правда?
В глазах потемнело, а в тело словно несколько сот иголок одновременно вонзилось. Пошатнувшись, было начала терять равновесие, но нащупав ладонями опору в виде стола, устояла.
— Варь, тебе что, плохо? — такое ощущение, что голос Светланы донёсся откуда-то издалека, хотя она рядом стояла.
— Голова закружилась, — пояснила я и, поборов эмоции, выпрямилась. — Наверное, вы с отцом правы, надо заканчивать с голодовкой, — выдавила улыбку и постаралась придать выражению лица безмятежность. — А то скоро начну падать в обмороки. А у этого кольца история есть? — взяв первое украшение, что в руки попалось, полюбопытствовала я, чтобы стереть с кулона акцент внимания.
— Что-то ты, Варвара, темнишь, — прищурилась женщина. — Признавайся, ведь дело не в голоде, верно?
— А в чём ещё? — запаниковала я.
— Вы с Беркутовым предохранялись?
Фу-у, вот она о чём….
— Ну-у-у…. когда как….
— Ты беременная?! — если мне не показалось, то Светлана от предположения даже чуть подпрыгнула.
— Нет. То есть не знаю. Возможно. Тест купила, но ещё не делала, — мне был нужен повод срочно уйти к себе, поэтому и лгала. Никакого теста не покупала, а предвестники «женских дней», такие как тягучие боли в пояснице и набухшая грудь, ещё вчера дали о себе знать.
— А почему тянешь?
Пожала плечами и задала вопрос, который точно пусть и на несколько минут, но освободит меня от компании Светы.
— Думаешь, стоит его сделать сейчас?
— Конечно.
— Ты права, незачем себя мучать, — уверенно шагнула я к выходу.
— Тебе помочь? Ну, то есть морально поддержать?
— Нет-нет, спасибо. Сама… сама…
«Это не тот кулон, просто очень похожий, или пусть даже точная копия», — добираясь до своей спальни, повторяла я как молитву.
Трясущимися пальцами разблокировала телефон и позвонила Никите, но, даже не дождавшись гудков, сбросила вызов.
«А я точно правильно поступаю? Не рою ли я могилу отцу собственными руками? А что, если папу грамотно подставляют, и сейчас я этому человеку помогаю его за решётку упечь? Если Беркутов узнает о кулоне, обратной дороги уже не будет. А вдруг Никита и есть…»