Его хорошая девочка (СИ)
— Постойте, — поднявшись со стула, разволновалась Светлана. — Артём практически ещё ребёнок. Я бы хотела ответить за него.
— Светлана Ивановна, вашему сыну уже девятнадцать — в нашей стране это полное совершеннолетие.
— Конечно, я знаю и всё понимаю, но Артём особенный. У меня нет документа от врача, чтобы вам показать, но всё же прошу, задайте вопросы сначала мне, вдруг мои ответы окажутся исчерпывающими.
— Хорошо, — уступил полицейский и дал Светлане бумагу с датами для ознакомления.
Вместе с пальцами Светланы дрожал и листок, и чем она отчаянней вгрызалась в даты глазами, тем больше паниковала. В какой-то момент мне показалось, что Светлана от волнения задыхается.
Знаю, вода — слабое успокоительное, но чтобы хоть как-то женщину отвлечь, предложила ей стакан минералки.
— Спасибо, Варенька, — благодарно приняла его женщина и с жадностью начала пить, но в какой-то момент Светлана чуть ли не выплюнула ту минералку, которую не успела проглотить и выкрикнула. — Как же я могла забыть! Подождите, пожалуйста, минуту, сейчас только гляну, — женщина не с первого раза, но набрала пароль на телефоне, а после принялась просматривать фотографии. — Да, дата сходится. У Артёма есть алиби.
— Снимок полок магазина и есть ваше алиби? — недоумённо спросил полицейский, взяв в руки телефон Светы.
— Да. Видите на полу осколки и лужу — это Артём случайно разбил несколько бутылок коньяка, но администрация магазина посчитала — это вредительством. Вызвали полицию, Артём разволновался и пытался от сотрудников убежать, его забрали в участок, он молчал, ничего им не говорил, и пока я его отыскала, прошло двое суток. Серёжа, помнишь, ты же мне его и помог найти, верно?
— Да-да, это действительно было. Признаться, я число не помню, но в участке наверняка происшествие зафиксировали.
Светлана, крепко сжав мою руку, подняла на меня взгляд и счастливо улыбнулась, ответила ей тем же, только без ощущения счастья. У Шолохова есть алиби, теперь оно есть и у Артёма, круг подозреваемых сужается, и выпали из него совсем не те люди, как я надеялась.
— Напишите адрес участка, чтобы я сделал запрос, — Кнутов вернул телефон Светлане и развернулся к Беркутову лицом.
— Никита Валерьевич, вы готовы?
Глава 60
Всем сердцем надеялась, что у Беркутова на один из дней нападений найдётся железобетонное алиби, а в идеале на все. Пока Никита сверял своё расписание с датами, я прятала за спиной руки и держала кулачки.
Пожалуйста, пусть будет так, что Беркутов в один из эпизодов вообще из поля зрения людей не выпадал, с утра и до вечера в офисе на работе, а после прямиком в ресторан на встречу с партнёром. Хотя нет, не подходит, деловой ужин, как правило, до утра не затягивается. Тогда так — после трудового дня сразу на какую-нибудь вечеринку, продолжительностью всю ночь.
Стоило мне подумать о вечеринке, как воображение включило в голове клубную музыку и как наяву показало тёмное помещение, насквозь пронизанное разноцветными лазерными лучами. На огромном танцполе самозабвенно извивается и пружинит толпа, на возвышениях в так называемых «стаканах» соблазняют и подогревают публику полураздетые танцовщицы гоу-гоу, по периметру возле стен расставлены столы и диваны. Там-то я и замечаю Никиту. Он, естественно, расслаблен и доволен. Ещё бы, ведь у него под боком с обеих сторон сидят красивые девушки…
Так, всё, вычёркиваем из списка тусовку!
Беркутов — бизнесмен, и алиби ему нужно соответствующее. Никита находился в деловой поездке. Для верности пусть это будет заграничная командировка, чтобы все дела — виза, таможня, отметка в паспорте…
— На все даты где я был у меня найдутся свидетели, но лишь на дневное время, — заявил Беркутов, и все мои надежды, что Никиту вычеркнут из списка подозреваемых рассыпались в прах.
— Вот, значит, как, — потирая подбородок, задумчиво буркнул Кнутов. — Никита Валерьевич, скажите, а здесь, в отеле, разве вы с Варварой не в одном бунгало проживали?
— Да, в одном.
— Выходит, в те дни, когда пропала Снежана и напали на Дарью, вы в бунгало ни вечером, ни ночью не появлялись, ведь в противном случае ваше присутствие могла бы Варвара подтвердить? — полицейский задал вопрос таким тоном, словно он уже в личности преступника не сомневается.
— Почему же, все вечера и ночи я провёл в бунгало, но в тот период у нас с Варей были разные спальни, и поэтому она не может сказать отлучался я куда-либо или же нет.
А вот сейчас на лице Евгения Анатольевича промелькнуло явное разочарование.
— Посмотрите, пожалуйста, на девушку, вы её узнаёте? — полицейский протянул Беркутову одну из тех четырёх фотографий, что он во время нашей предыдущей встречи выкладывал на стол. Причём именно на эту блондинку Никита внимательно и долго смотрел в прошлый раз.
— Конечно. Это одна из жертв. Вы же мне этот снимок уже показывали.
— Верно, показывал, — улыбнулся полицейский. — Я имел в виду, вы встречались с ней в реальной жизни?
— Я вам уже отвечал, что нет.
— Никита Валерьевич, подумайте ещё раз.
— Эту девушку я не встречал, — громко и медленно произнёс Беркутов.
— Хорошо. А я вам скажу, что точно встречали. Новикова Надежда двадцати двух лет, студентка четвёртого курса педагогического института, с утра посещала лекции, а с пяти и до одиннадцати вечера каждого дня кроме воскресенья подменяла свою бабушку Нину Васильевну на работе. Болеет старушка, и тяжко ей сидеть весь день в помещении размером два на два метра, вот внучка её и выручала, а заодно и лекции зубрила. Никита Валерьевич, не хотите поинтересоваться где и кем работала Нина Васильевна.
— Говорите уже.
— Консьержем в вашем доме. То есть вы мимо Надежды шесть раз в неделю проходили и утверждаете, что не помните девушку?
Сердце ухнуло в пятки, а в висках застучало, но я взяла себя в руки, и сама себе приказала не паниковать. Вместо этого вспомнила свой подъезд и своих консьержей, а самое главное — попыталась представить, если бы я тётю Веру или её сменщицу Альбину Геннадьевну увидела на фото вне рабочего места. Я бы их узнала? Конечно же да.
— А почему бы и нет? — если я чуть ли не в предобморочном состоянии находилась, то Беркутов ни грамма самообладания не потерял. — Не обратил внимание на девушку вот и всё.
— Это на неё-то вы не обратили внимание?! — возмутился Кнутов. — Да ладно…. Лично я бы шею каждый раз сворачивал на вашем месте.
Никита лишь плечами пожал и никак не прокомментировал заявление полицейского.
— Я понял вашу позицию, Никита Валерьевич, — кивнул Кнутов. — Вот только ума не приложу, что мне делать с показаниями сокурсницы Надежды, которая мне в телефонном разговоре сказала, что вы не только обращали внимание на Надежду, но и делали ей всяческие комплименты и несколько раз приглашали на свидания.
— Бред! — усмехнулся Никита. — Этого не было.
Не обращал внимания…. Этого не было…. Нет, Варя, не переживай, тебе на голову из-за меня никакие новости не свалятся….
И снимок Надежды Никита в прошлый раз изучал подозрительно долго.
К глазам подступили слёзы, и очертания комнаты из-за влаги начали размываться.
Дышу глубоко и носом, а ещё часто моргаю, чтобы не разреветься.
— По-вашему, сокурсница Надежды врёт? — полицейский вошёл в кураж и нападает.
— Нет. Солгала Надежда, а её сокурсница вам лишь её выдумку повторила.
— Зачем?
— Понятия не имею, но мне не в первый раз приписывают отношения, которых не существовало.
Так и не поняла, чем именно привлекла к себе внимание. Может, незаметно для себя самой слишком тяжко и шумно вздохнула, а может, и несчастный вид сыграл роль, но Кнутов уставился на меня, а Никита и того больше, полностью ко мне развернулся и задал вопрос:
— Варя, ты же мне веришь?