Калгари 88 (СИ)

— Люся, а ты почему гостя у двери держишь? Это невежливо! — серьезно сказала мама, войдя в прихожую и увидев дочь, разглядывающую газету. — Заходи, Максим, присаживайся в зале. Сейчас я чай подогрею.
— Да не, тёть Даш, спасибо,не надо! — смущённо отнекивался Максим. — Я на пять минут только. Люду навестить.
— Здрасти, на пять минут! Не выдумывай давай, — рассмеялась мама. — Люся тебя весь день ждала. Вафли напекла. А ты отказываешься.
— Ну мама! — смущённо сказала Арина, и укоризненно посмотрела на Дарью Леонидовну. — Зачем ты сочиняешь? Не было такого! Вафли ты предложила испечь!
— Но ты же помогала? Так ведь? — вновь рассмеялась мама. — Перестань дуться, лучше поухаживай за гостем.
— Окей! — согласилась Арина. — Максим, будь добр, пройди пожалуйста в зал.
Максим, удивляясь всё больше речевым оборотам Люськи, прошел в зал и сел на диван прямо перед телевизором. Арина хотела расположиться рядом, но потом подумала, что надо помочь маме, но та отказалась.
— Люся, не надо бросать гостя в одиночестве, это некультурно. Иди и займи его чем-нибудь. Я сама тут справлюсь.
Всё-таки вечер получился скомканный и неловкий. Арина постоянно стеснялась и с тоской посматривала на часы, думая: «Скорей бы Максим ушел». Ну не заводят вот так с ходу отношухи с незнакомым человеком! Люська дружила с этим парнем, а не Арина!
Просидел он около часа. Смотрели все вместе «Вокруг смеха», попутно отгадывая кроссворд в «Работнице». Потом Макс предложил пойти прогуляться. На каток. Куда ж ещё…
— Там сегодня все наши! И Стас там, и Аня. И Саша обещала прийти. Пойдём!
— Да мне как-то неохота, и поздно уже, мама не пустит, — промямлила Арина, сваливая тяжесть отказа в просьбе на маму. Но мама неожиданно разрешила идти, хоть и было уже восемь вечера и начались «Спокойной ночи, малыши» с Хрюшей и Степашкой.
— Люся, сходи, развейся немного, — разрешила мама. — Там все твои друзья, они, наверное, соскучились по тебе. А Максим тебя потом проводит до дома. Тут же недалеко, два шага.
— Но я… — хотела было возразить Арина, но потом всё-таки согласилась. — Хорошо. Пойдём погуляем ненадолго. Я коньки возьму. Покатаюсь может быть, если народу немного.
Покататься только один повод. Вторым, более существенным поводом, были услышанные от Максима имена… Станислав и Аня. Неужели это её родители? Следовало это прояснить немедленно! Интересно, какие они… И что за люди, сжегшие кнопки лифта и написавшие оскорбления на его стенке? Мама говорила, что это сделали её друзья…
Надежда покататься в своё удовольствие растаяла, когда метров за сто до ярко освещённого катка стало слышно детский смех и взрослые голоса. Народу на катке — тьма. Заняться зимним вечером в спальном районе было нечем, и многие пошли сюда, в том числе и с детьми. Рядом с катком были сделаны несколько ледяных горок и снежных скульптур, в очертаниях которых угадывались Дед Мороз со Снегурочкой, Серый волк, былинный богатырь и другие персонажи из детских сказок. Ледяными блоками был выложен лабиринт для детей, в котором они с удовольствием бегали. Каток считался не только катком, но и районной новогодней площадкой.
Некоторые взрослые пришли навеселе. Пока дети развлекались на горках или на льду, их родители сидели компаниями на лавочках и в открытую разливали спиртное, нисколько не смущаясь — все свои. Милиции нет.
— Смотри! Вон наши сидят! И Стас с Анькой там! — крикнул Максим и побежал, потянув Арину за собой. — Айда к ним! Побежали!
Арина хотела бы подойти с достоинством, но пришлось подчиниться и припустить за Максом. Затреньканные утром ноги на такую неожиданную нагрузку отреагировали небольшой болью и скованностью. Конечно, не стоило так резко давать на них нагрузку… Но Максим не оставил выбора.
У катка на лавочке, прямо под фонарём, сидела группа подростков, среди которых Арина безошибочно узнала Сашу, ещё одного парня, Павла, бывшего прошлый раз, и… Ещё сидели мальчик и девочка лет тринадцати, о чём-то увлеченно разговаривающие, и Арина вдруг как сердцем почуяла — да… Это её родители…
   
Глава 24
 
Обучающий вечер на уличном катке
 
— Эмм… Добрый вечер… — неловко поздоровалась Арина, во все глаза смотря на своих родителей.
Надо сказать, они никак не отреагировали на её появление, так как были увлечены разговором. Павел лишь слегка улыбнулся в ответ. Только Саша встретила с радостью, помахав рукой, но не подошла, не обняла, в щеку не поцеловала, как принято у сверстников Арины. Какие-то зажатые все тут…
— Привёт, Люська, как ты? — радостно спросила Саша.
— Прекрасно, — смущённо ответила Арина. — А ты как? Вы кататься пришли?
— Кататься, и уже покатались, взмокли все. Ждём тебя, чтоб ты показала нам что-нибудь красивое.
— Красивое? Мастер-класс? — Арина с унынием посмотрела на каток. Там опять была масса народу. В удовольствие покататься не выйдет. А так захотелось разогнаться, с ходу прыгнуть во вращение, сначала в либелу, потом в качалку, а закончить кольцом. Ноги, правда, неразмятые и чуть побаливали от утреннего. Но, может быть, получится?
— Сейчас посмотрим! Давайте, ребята, присоединяйтесь!
— Ну уж нет. Мы на тебя посмотреть хотим.
Анна и Станислав опять лишь мельком посмотрели на Арину, и опять отвернулись. Люська была старше на пару лет, и считалась для них взрослой, из более старшей компании. Возможно, они толком и не дружили, и даже не общались. Арина, пока надевала коньки, исподтишка посмотрела на Анну. Маман вылитая! Такие же пушистые чёрные волосы, голубые глаза, слегка курносый носик, щёки с ямочками, уголки губ в вечной полуулыбке вздёрнуты вверх. Станислав тоже походил на отца, в первую очередь смеющимися глазами даже при серьёзных разговорах. И манера держаться, жестикулируя руками. Вот что, называется, не отнять… Ребята не были на коньках, в отличие от компании сверстников Люськи. Наверное, пришли просто так, от нечего делать.
Пока Арина смотрела на ребят, Анька вдруг подняла взгляд и внимательно посмотрела на неё. А потом тут же показала язык. И этот внимательный, чуть прищуренный взгляд был таким знакомым и родным, что Арина поневоле сглотнула подступивший к горлу ком и тут же смахнула на снег набежавшую слезу. Странное чувство — видеть в 13-летней девчонке свою маман. Особенно если она показывает тебе язык. Арина не удержалась, чтобы показать ей язык в ответ. Тут же раздосадовалась про себя: «Ну что за дурость? Не хватало ещё рожи корчить».
— Не обращай на них внимание, они всегда такие, — рассмеялся Максим. — Жаль, я коньки не взял, а то бы составил тебе компанию.
— Спасибо огромное! — смущённо улыбнулась Арина и быстро зашнуровала ботинки. — Ну что, ребят, пойдём катнёмся?
— А пошли, подруга юности моей! — звонко рассмеялась Саша и, неловко переступая на коньках, пошла к входу на лёд. Арина догнала и взяла под руку. Ей-то на коньках хоть кросс бегать — координация стоять на полоске металла шириной четыре миллиметра въелась в подкорку.
Саша неловко покатила по льду, с трудом переступая сразу двумя прямыми ногами.
— На двух ногах плохо держаться на льду! — сказала Арина. — Попробуй понемногу на одной ноге кататься.
— Но как??? — с лёгкой досадой вскрикнула Саша. — Мне кажется, я упаду.
— Но ты же не первый раз стоишь на коньках?
— Нет, но…
— Теперь слушай и смотри. Главное при катании — сохранять равновесие, — заявила Арина, делая лёгкий полукруг кросс-роллами назад. — Ты равновесие сохраняешь только прямым положением тела. Это неправильно. Руки у тебя совсем не работают. А в первую очередь в сохранении равновесия на льду работают руки. Ты замечала, как фигуристы их широко раскидывают? Вот смотри… Я делаю шаг коньком, но чтобы уравновесить его, откидываю руку в противоположном направлении. На лёд смотреть не нужно. Чего ты там не видела? Лёд и есть лёд. Смотри лучше за своим телом, за руками. Всё. Давай, делай. Понемногу отталкивайся и чуть поднимай ногу ото льда, в это время на другой ноге делай движение вперёд, компенсируя потерю равновесия противоположной рукой.