Вы еще живы, Такаяма-сан?! (СИ)
«Конечно, он не поверит, что его бывшая причастна к покушению! — лихорадочно думал лежащий на полу. — А как мне доказать, что я ни при чём? И зачем я попёрся сюда? Можно было и потом всё узнать! Эх, любопытство моё!..»
В своих мыслях он почти плакал, и это вызвало неприятное ощущение брезгливости. Теперь я мог примерно предположить, что чувствовали люди, общавшиеся с Даичи до того, как я занял его место. Жалкое зрелище, как говорил один мультяшный персонаж.
— Либо ты сейчас рассказываешь мне всю правду, — проговорил я, защёлкивая браслеты на запястьях паренька, возраст которого я определил в районе девятнадцати-двадцати лет. — Про покушение, про то, какое отношение к этому имеет моя девушка. Бывшая. Про то, кто к этому ещё причастен. Либо… — я поднялся и полюбовался результатом: японец дёргался, но сковал я его на славу, — я прямо сейчас потащу тебя через весь город в таком виде. Возможно, волоком.
— Это нарушение прав человека, — сглотнул юноша, но заметно побледнел.
— А попытка убить человека не является нарушением его прав? — с каменным выражением лица поинтересовался я. — Как человек, знакомый с законом, могу вам доложить, что даже доведение до самоубийства является нарушением прав и карается законом. Ну что, в путь? Сейчас только у соседей поводок одолжу.
С последними фразами я откровенно блефовал, но надеялся, что паренёк представит, как его ведут в участок со скованными за спиной руками, да ещё на поводке, и расколется.
По большей части мой план сработал. Из глаз юноши брызнули слёзы, орошая серый немаркий ламинат на полу. Затем он попытался взять себя в руки и заговорил.
— Поверьте, я к этому почти не имею никакого отношения. И не знаю, кто хотел вашей смерти, правда, — он смотрел на меня снизу-вверх, а я попутно мониторил его мысли, но сейчас они полностью совпадали со словами. — Меня просто попросили зайти к вам и убедиться, что в квартире никого нет. То есть… — он понял, что не совсем точно передал слова поручения. — Я должен был позвонить, подождать пять минут и убедиться, что никто не откроет.
— И в чём разница от того, что в квартире никого нет? — не понял я его уточнений и решил разобраться.
— Это значит, что я должен был убедиться, что в квартире нет никого… живого, — закончил он, всхлипнув.
Ах, вот оно что! Предполагалось, что я буду лежать в квартире мёртвый. Погодите-ка! А в каком виде находилось тело, когда я в него попал? А вот этого я толком не помнил. Некоторое время после того, как попал в тело Даичи, я чувствовал себя странно. Вроде и сон, а вроде и забытьё. Полностью в себя я пришёл уже в полицейском участке.
— И кто поручил тебе это дело? — спросил я, уже понимая, что вряд ли добьюсь чего-то большего от молодого человека. — И почему меня хотят убрать?
— На последний вопрос я ответ не знаю, хоть пытайте, — жалобно проговорил юноша. — А прийти и убедиться меня попросила ваша бывшая девушка Фумико-сан. Но это ей не для себя надо было. Она работает на кого-то, но большего я не знаю.
— А тебе-то это зачем? — задал я последний уточняющий вопрос.
— Пятьдесят тысяч йен на дороге не валяются, — тот сделал жест, словно пытался развести руками, но наручники не позволили этого сделать. — За то, чтобы позвонить в квартиру.
— Понятно, — хмыкнул я и почти потерял интерес к посетителю. — Мог бы никуда не ходить, просто доложить, что никого нет.
— А вдруг вы бы выжили… ой… — он понял, что сболтнул снова что-то не то, нервно сглотнул и упёрся лицом в пол. — Я хотел сказать…
— Можешь не оправдываться, — я махнул на него рукой, хоть он вряд ли это мог видеть. — И так всё понятно.
Правда, на деле ни черта понятно не было. Вопросы только множились, а ответов, как не было, так и нет. Значит, смерть Даичи не случайна, и это уже кое-что. Так же абсолютно понятно, что его бывшая имела к этому непосредственное отношение. Но как и зачем? А ещё мне вспомнились слова инспектора: «Я вообще боялся, что вы покончите с жизнью самоубийством». Получается, и он что-то знал? Жаль, что я не смог проникнуть в его мысли, а то знал бы куда больше, чем сейчас.
Но главная проблема заключалась в том, что я понятия не имел, что делать с человеком, лежащим у меня в прихожей. Задерживать его абсолютно не за что. Насколько мне было известно, за звонок в дверь даже в Японии ещё не принято арестовывать. За то, что он сообщил мне о просьбе бывшей? Тоже нет. Да и она могла, зная натуру Даичи, просто попросить проследить за его здоровьем. Могло такое быть? Конечно! А всё остальное — мои домыслы.
Отпустить? Но тогда он, наверняка, скажет, что я жив, и охота, если она велась до этого, обязательно продолжится.
Но существовал ещё и третий вариант.
Я обдумал несколько возможных вариантов развития событий и присел рядом с головой юноши на корточки.
— Скажи мне, пожалуйста, — начать я решил максимально лояльно, так как это давало возможность воплотить в реальность задуманное. — Как тебя зовут.
— Бусида Мичи, Такаяма-сан, — ответил он, и в его глазах загорелась надежда. — Вы меня отпустите?
— Послушай меня, Бусида, — проговорил я, специально опустив суффикс, чтобы молодой человек не расслаблялся, но при этом в моём тоне не было угрозы. — На кого ты работаешь?
— Постоянно ни на кого, — ответил тот, и я с облегчением увидел, что слёзы в его глазах уже высохли, и он не вызывал той жалости, что с самого начала нашего общения, иначе я просто не смог бы с ним говорить. — Только подобные случайные заработки.
— Но кто-то тебе их подкидывает, так? — продолжал напирать я.
Впрочем, сильно давить не стоило, а то он мог подумать, что я сейчас заставлю его сдать всю сеть каких-нибудь хулиганов Саппоро, с которыми он знается. И тогда он бы точно ушёл в отказ. И я его понял бы, ведь это верная смерть. Нашли бы нашего дорогого Бусида Мичи в куче мусора с перерезанным горлом. Ну, или как у них тут действуют молодёжные банды?
Но память Даичи ничего, кроме якудзы, мне не подкидывала. Вот как? Тут нет молодёжных банд?
— Просто некоторые знают, что я нуждаюсь в деньгах, — пожал плечами юноша. — И иногда подкидывают какие-то задания. Но они всегда безобидные…
— Ну да, — кивнул я. — Убедиться, что человек умер, это же так безобидно.
Молодой японец втянул носом воздух, но не всхлипнул. Он ещё не понимал, чего я от него хочу.
— Это разве противозаконно? — мой посетитель уже приходил в себя, поняв, что насилие с моей стороны ему не грозит. — Просто позвонил в дверь.
— Смотри, — проговорил я, снимая с него наручники и помогая подняться. — У тебя сейчас есть выбор. Либо я сопровождаю тебя в участок, и мы долго и тщательно просматриваем твою биографию, пытаясь зацепиться за любую ниточку, чтобы испортить тебе жизнь…
Я специально замолчал, глядя ему в глаза, отчего его, кстати, откровенно коробило. Ну не принято тут так. Мне нужно, чтобы он сам дошёл до желания узнать второй вариант.
— Либо? — как и было запланировано, переспросил паренёк.
— Либо мы с тобой начинаем негласно сотрудничать, — ответил я. — Буду подкидывать тебе небольшое количество денежных средств, а ты мне сообщать, если вдруг где-то будет замышляться что-то противозаконное, — я видел борьбу в его глазах, и не нужно было читать мысли. — Просто небольшой звоночек. Только не в дверь, а по телефону.
— Меня убьют, если я буду стучать, — ответил он.
Причём, сказал он как-то иначе, но мой внутренний переводчик именно так это представил по-русски.
— Никаких имён я от тебя не требую, — проговорил я, вкладывая в голос железобетонную уверенность. — Ты просто будешь говорить о незаконных планах, а всё остальное тебя не касается. Всегда же присутствуют риски, что вас задержат. Не так ли?
— Всё верно, Такаяма-сан, — юноша уронил голову на грудь. — Но я всё равно буду предателем.
— Ничего подобного! — возмутился я в лучших актёрских традициях. — Ты только поможешь оздоровлению японского общества.
Он поднял на меня взгляд, и в этот момент я увидел совсем ещё ребёнка, который не знает, как жить эту взрослую жизнь.