Помощница на заказ (СИ)

— Потому что разозлится он на тебя, а влетит мне, — пожала плечами я. — Всё честно! Я же личная помощница. Должна охранять его от всех невзгод.
— Это вообще-то работа охраны.
— Ничего. Я вместо неё.
Ася недовольно надула губы. Интересно, это они у неё от природы пухлые, или тут постарался ботокс? По крайней мере, выглядит довольно естественно, может, и от природы. Красота Аси вообще-то казалась достаточно натуральной, но гарантий в этом деле никаких быть не может. Вдруг она только кажется симпатичной, а на самом деле там губки подкачаны, реснички наращены, и чуть ли не к ногам дополнительный коленный сустав прикручен для того, чтобы подлиннее казались?!
— Не слишком ли ты рьяно взялась за исполнение своих обязанностей? — наконец-то, кривясь, поинтересовалась Ася. — А то так себя ведешь, как будто от того, что я к Кириллу зайду, весь мир с ног на голову перевернется.
— Может, и перевернется, — пожала плечами я. — В любом случае, — я сделала шаг вперед, — я никуда отсюда не уйду, пока ты не пойдешь к себе.
Ася скривилась и невольно попятилась, увидев, что я наступаю. Потом, сделав вид, что оскорбилась подобными подозрениями, она просто пролетела мимо меня.
Шпилька так и осталась одиноко торчать из замка.
Я поставила поднос на пол и присела на корточки, изучая замок. Да, конечно, нехорошо, что она в нем копалась, могла и повредить что-то. Шпильку вот погнула, спасибо хоть не с бриллиантами какую-то, а обыкновенную, железную. Хотя это надо было догадаться, царапать изнутри простейший замок на двери… Так ей критично влезть к Воронцову в комнату? И он, интересно, регулярно запирается? Ключей я в доме нигде не видела, значит, связка должна быть у него самого.
Или там только защелка? Тогда придется орудовать защелкой, если вдруг что.
Я осторожно провернула Асино орудие в замочной скважине и с удовольствием услышала знакомый щелчок. Так-то! Когда у нас в общаге заедал замок, и иногда приходилось открывать его без ключа, там я неплохо наловчилась и могла сейчас с закрытыми глазами вскрыть простенькую дверь. Понятное дело, не входную, где замки получше, но тут-то всё рассчитано на то, чтобы просто не беспокоили!
Подняв поднос, я тихонько открыла дверь и проскользнула в комнату. Закрыла дверь за собой, понятное дело, не на замок, просто чтобы не вызывать подозрений, прокралась к кровати.
В комнате было довольно просторно и темно, тяжелые шторы помогали прятаться от яркого солнечного света, должно быть, мешавшего спать. Кирилл развалился на кровати и вполне мирно спал, не обращая внимания на всё, что происходило вокруг него.
Выглядел он во сне довольно мило. Я даже оценила это безвинное выражение лица — надо же, иногда у него так получается! Когда спит.
Зубами к стенке.
Но ничего. Часы вот показывают без двадцати восемь, а Кирилл вчера улегся спать после часу ночи, всё никак не мог уняться, и музыка у него, гада, гремела. Потом ещё по интернету серфил, должно быть, исключительно из чувства вредности, потому что режима заставить придерживаться такую скотину, как он — это что-то невообразимое! Ну…
Что поделать. Сам виноват, если вдруг что.
Я тихонько установила поднос на прикроватную тумбочку, улыбнулась и, вернувшись в окну, резким движением открыла шторы.
— Доброе утро! — пропела я, как тот деревенский петух, нагло заглядывающий в окно и кукарекающий что было мочи. — Просыпайся, новый день настал!
Кирилл распахнул глаза и тут же замахал руками, пытаясь закрыться от солнечного света.
— Ты чего, совсем одурела, что ли?! — возмутился он.
— До-о-о-оброе утро! — особенно громко воскликнула я и скептически посмотрела на Воронцова, старательно кутавшегося в свое одеяло.
Надеюсь, он спит хотя бы в трусах, а не нагишом.
— Вставай! — решившись на этот подвиг, я без зазрения совести сдернула с него одеяло. Воронцов ещё совершил попытку как-то ухватиться за свою защиту, прикрыться и продолжить сон, но бесполезно. Я победила, и вместе с одеялом на пол свалился и сам Кирилл.
Вскочил он довольно быстро, своим бодрым внешним видом доказывая, что не ушибся, не отбил себе почки, да и вообще, пациент скорее жив, чем мертв. Вид у него, правда, был обреченно-злой, но… Что ж, зато в трусах. Хоть какое-то преимущество, и то хорошо.
 
— Сдурела! — прошипел Воронцов, давая мне возможность оценить его фигуру. Что ж, неплохо… Бывает и лучше, конечно, но кубики пресса в наличии, даже жиром не заплыли, и плечи у него шире стали с периода нашего первого знакомства. Этот неоперившийся птенец постепенно становится взрослым таким петушком.
Мужчиной, то есть. Но считать Кирилла полноценным представителем мужского пола я отказывалась. Пусть сначала докажет, что он способен хоть на что-то. А то пока что — самец как самец, обыкновенное и сильно раздражающее меня одним своим внешним видом животное. Прибить хочется. И поиздеваться, если честно, тоже, очень даже. Ну а что? Разве не заслужил?
— Зашторь окна, — проворчал он, щурясь и пытаясь прикрыться рукой от мешающего света. — И вообще, я тебя не для того нанимал, чтобы ты мне жить мешала.
Можно подумать, меня в самом деле кто-то нанимал. Я вообще сюда прибыла исключительно по собственному желанию, никак не связанному с мнением Воронцова.
— Нет, — упрямо мотнула головой я, добавляя в голос немного истеричных ноток. — Я для чего старалась? Готовила завтрак? — бутерброды с колбасой и сыром на самом деле выглядели не слишком роскошно, но я была готова притвориться, что для меня подвиг сделать и их. — Для кого я вскочила в четыре часа утра?!
— Ну так я тебя об этом не просил!
— Разумеется! — охотно поддержала я. — Так разве не стоит наградить мен за то, что я проявила инициативу?!
Судя по всему, Кирилл ничего не мог сделать с этой железной логикой. Против проявляющей инициативу меня он вообще ни на что не способен.
— Так что завтракай поскорее, — поторопила его я, хватая поднос и буквально впихивая его в руки Воронцова. — У нас сегодня насыщенные план действий!
— Какой к чертям план?! — возмутился Кирилл. — Я ничего не собирался делать.
— Завтракай! — настояла я. — Давай, я тебе как личная помощница говорю, что к собственному здоровью надо относиться с соответствующим пиететом.
— Я тебя уволю, — проворчал Воронцов.
— Не сможешь, — пожала плечами я. — Ты ведь сделал всё, что мог, чтобы в соответствии с договором у меня не было ни единого шанса сбежать! Так вот, теперь наслаждайся полученным результатом.
— Я тебя вообще не нанимал!
— Кого это волнует?
Кирилл недовольно плюхнулся на кровать и, устроив поднос у себя на коленях, принялся за бутерброд. Кофе он и вовсе выпил одним глотком, ещё и скривился, как будто напиток оказался невкусным. Притворяется, вот что-что, а кофе и бутерброды я сделала просто потрясные, ему такие больше никто не принесет.
— Кстати, — протянула я, — сегодня к тебе пыталась пробраться Ася.
Кирилл, как раз жевавший бутерброд, поперхнулся и поднял на меня ошеломленный взгляд.
— Что?!
— Да, — подтвердила я. — Она даже взломала замок у тебя на двери, — я продемонстрировала погнутую шпильку. — Хотела уже зайти, но тут я с подносом. Кстати, не знала, что ты, такой взрослый мальчик, закрываешься на ночь. Кого-то боишься?
Воронцов скривился так, что я могла сделать только один вывод: боялся он прорывающейся к нему Асеньки.
— Слушай, — Кирилл поднял на меня полный надежды взгляд. — Может быть, мы с тобой заключим сделку?
Хочет, чтобы я оставила его в покое и не морочила ему голову? Пусть не надеется. В следующий раз сварю этой скотине овсянку и буду с удовольствием наблюдать за тем, как он ею давиться. Потому что как раз эту капризную мерзопакостную кашу я готовить по-человечески не умела, у меня всё время чёрт знает что получалось.
— Ну, попробуй, — всё-таки решила не отвечать сразу отказом я. — И если мне понравятся условия этой сделки, то, возможно, я на неё соглашусь!