Помощница на заказ (СИ)

Он с такой силой хлопнул дверью, что чашка кофе аж подпрыгнула на столе.
— Козел, — скривилась я.
— Спасибо, — искренне отозвался Котовский, поднимаясь со своего места. — Я был уверен, что придушу эту скотину в ту же секунду, как он посмел ткнуть пальцем в Олю.
— Нельзя душить своих деловых партнеров, — закатила глаза я.
— Хорошо, что он тебя сразу же отпустил.
— Ну, — я намотала прядь каштановых волос на палец и защелкала языком. — Знаешь… Ты не будешь против, если я возьму отпуск? Даже за свой счет!
— Можешь рассчитывать на премию, — усмехнулся Котовский. — В трехкратном размере. За этот договор…
— Ну-ну-ну! — я фыркнула. — Премия — это хорошо, но… Знаешь, я хочу на него поработать. Недельку-две. Сколько выйдет. Хочу посмотреть, как там мажорчик в быту и зачем ему нужна помощница. Так что, если ты не против, я пойду. Мне начальство догонять надо.
Даниил усмехнулся. Он был совсем не глупым мужчиной и, очевидно, понял: у меня с Кириллом личные счеты.
— Ну как знаешь, — протянул он. — Я ж не могу распоряжаться твоей жизнью. Но если что, тебе всегда есть куда вернуться на работу.
— Спасибо, — расплылась в улыбке я. — Ты, Котовский, шикарный мужик! Я тебе уже об этом говорила?
— Говорила, — хмыкнул он. — Оле.
— Ну вот. Скажу ещё раз, чтобы она знала, что вышла замуж за вот такого парня! — я продемонстрировала ему большой палец. — Как только довоспитаю Воронцова до такого же состояния, обязательно вернусь.
Судя по хмыканью Даниила, он сомневался в том, что из Кирилла вообще можно сделать что-то приличное, но я не слушала — вместо этого вылетела следом за Воронцовым, надеясь ещё успеть его догнать
Я даже не сомневалась, что Кирилл будет ждать лифт. Чтобы его величество да потопало собственными ножками, самостоятельно туда, куда надо? Ни за что! Разумеется, это не царское дело!
Гнев так и бурлил в груди, хоть я и велела себе успокоиться и не нервничать. Отомстить Кириллу Воронцову — не то чтобы цель моей жизни, но, определенно, то, что я внесла бы в личный топ-десять к исполнению. И очень мило, что мне предоставлена такая замечательная возможность это сделать.
Даже не верится.
— Ты? — фыркнул он, заметив, что я остановилась рядом, ещё и демонстративно смерила его взглядом. — Я же сказал, что такая помощница мне не надо. Ты свободна. Можешь возвращаться к своему прежнему начальству.
— Да? — изогнула брови я. — А как же пункт о том, что этот договор расторжению не поддается? — я махнула бумагами, которые оставил на столе Кирилл, у него перед носом. — Твоя личная помощница от тебя никуда не денется, Воронцов. Хотя, если ты сейчас встанешь на колени и будешь умолять меня оставить тебя в покое, клятвенно обещаю подумать над этим!
Кирилл закатил глаза.
— Уже бегу, — лениво протянул он. — Сейчас, пусть только уборщица тут протрет, а то джинсы жалко. Твое прощение не стоит столько, сколько они.
Лифт наконец-то изволил подъехать, с тихим шумом раскрылись дверцы, и Кирилл зашел внутрь с видом бога, покидающего Олимп только для того, чтобы перебраться на гору повыше. Я хмыкнула — и шагнула следом за ним, ни на минуту не сомневаясь в том, что это венценосное божество будет просто в восторге от моей компании.
— Преследуешь? — изогнул брови Кирилл. — Ну, Ксю. Это как-то мелочно, честное слово.
— Зачем преследую? — фыркнула я. — Всего лишь следую за своим новым начальством. Мне очень не хочется потерять рабочее место!
Кирилл закатил глаза и сдвинул свои очки на положенное им место, чтобы наконец-то перестать сверлить меня раздраженным взглядом. Вид у него был, мягко говоря, не слишком счастливый, но привычная маска лени и равнодушия это временно скрывала. Кирилл упрямо делал вид, будто у него всё идеально. Так с непривычки и повестись можно.
— Ты читал этот договор? — поинтересовалась я, упираясь спиной в зеркало и внимательно рассматривая Кирилла.
Когда-то я с ума сходила от этого парня. Досходилась. Теперь могла бы — удушила бы на месте только за то, что он вообще существует.
 
— Который Котовского?
— Нет, — отмахнулась я.
В больших делах я и сама не особо что понимала, так что, толку от того, что мы поговорим о договоре, заключенным с Даниилом, точно будет мало.
— О том, который о моем трудоустройстве.
— Читал, — усмехнулся Кирилл. — И что с того?
— Ты видел последний пункт? Про расторжение договора?
Судя по тому, как он прищурился, видел.
— Ну?
— Договор может быть расторгнут не ранее чем через месяц после его заключения, — протянула я, игнорируя совершенно не понравившийся мне список обязанностей. — По инициативе одной из сторон.
— Разуй глаза, Ксю. Или раньше…
— По обоюдному согласию сторон, — закончила я.
— Ну так что с того? Я согласен.
О. Ну да, конечно.
Кто б тебя спрашивал.
— Да, — проворковала я. — Ты — согласен. Но я — нет.
И как раз в этот момент лифтом должно было тряхнуть так, что я буквально полетела вперед.
Прямиком на мажорчика.
Стало темно — а потом как-то подозрительно мягко. Я почувствовала, как вдоль моего тела скользят чужие горячие руки, дернулась, но, к сожалению, не вовремя — как раз тогда, когда лифт изволил дернуться тоже. В голове всё помутилось, вспомнилось почему-то, что лифт — это замкнутое крохотное пространство, а я сейчас не то стою, не то сижу, и ко мне прижимается посторонний мужик, и вообще…
И вообще, я что, Олька годовалой давности, что ли? Невинная и никогда в жизни не подходившая к мужику ближе чем на метр? Ну конечно же, нет! Только от того мое сердце не перестало колотиться как сумасшедшее.
У меня нет клаустрофобии. Вообще никаких фобий.
Не было раньше, по крайней мере.
Тем не менее, сердце так болит, что аж в плечо отдает. И дышать тяжело. За спиной — зеркало, в которое я уперлась, поручень, в который уцепилась с такой силой, словно планировала его оторвать и использовать как оружие. И договор свалился куда-то под ноги, будь он неладен.
Кирилл навис надо мной, придавливая своим телом к стеклу. Его руки уверенно поползли вверх по моей спине, задирая блузку, и меня обдало жаром. Таким знакомым… И таким ненавистным жаром. Мне одновременно хотелось и оттолкнуть его, и прижаться к нему, впиться в губы поцелуем, чтобы буквально выпить из него эту наглость, самоуверенность, от которой мне становилось дурно. Как же я ненавижу этого мажорчика!
— Значит, ты не согласна? — прошептал он мне на ухо. — Не хочешь увольняться? Горишь желанием стать моей помощницей? Уверена, что справишься с тем, что мне будет от тебя надо?
— Я талантливая девушка, — протянула я, хватая его за запястье и буквально выдергивая мужскую руку из-под своей блузки. — Но только у нас договоры сексуальные услуги не предусматривают.
— А ты разве не хочешь?
Он буквально вжал меня в скользкое, пока ещё холодное зеркало, навис надо мной, словно та гора. Кирилл был намного меня выше, хоть и не мог похвастаться прямо-таки богатырской мускулатурой… И откуда у меня в голове дурацкое желание проверить, нет ли у него кубиков пресса?
Врезать бы ему по этим самым кубикам, чтобы не зарывался, и будет просто отлично.
Только я сейчас вряд ли в состоянии это сделать.
— Что, Ксю, — вкрадчиво произнес Кирилл, кажется, в темноте осмелев и окончательно потеряв те остатки совести, что у него ещё водились. — Мечтала о том, чтобы стать личной помощницей какого-нибудь олигарха, правда? Тебе это прямо по ночам снилось, видать, что ты даже позволила своё имя в этот договор вписать…
— Ну конечно. Мечта всей жизни, — подтвердила я. — Как у тебя — потерять два или три зуба.
— Ты, что ли, ударишь?
— Ну ты что! Ты же мой начальник, — ядовито протянула я. — Нельзя поднимать руку на начальство, это чревато последствиями…
Я погладила его по плечу.
— Но я была уверена в том, что Даниил тебе врежет.
— Ему нужен этот договор, — фыркнул Кирилл. — Он бы и жену свою за эти деньги продал. Я таких дельцов знаю!