Мои (не) роботы (СИ)
– В доме должен быть бокс первой необходимости, – вдруг сказал Кас, отчего я вздрогнула.
– Так... А где его искать, ты случайно не знаешь?
– Обычно в первом от входной двери шкафу. Я принесу.
– Нет, – сама не поняла, как ладонь легла на его плечо, не давая парню встать. И я тут же ее одернула. – Я сама.
Вернулась к Касу я быстро, вцепившись в пластиковый контейнер красного цвета, как утопающий в спасательный круг. Поставила его на стол (последний уцелевший после его неудачного приземления) и открыла. Что тут у нас? Ампулы с антибиотиками и анальгетиками, аптечка первой медицинской помощи, противорадиационные препараты, бинты, пластыри и тюбик, на котором синем по белому было написано "биосинтетический гель". Кажется, именно это мне и нужно. А еще небольшие щипцы тоже придутся кстати. Отложив находки, я сбегала на кухню и вымыла руки. Затем вернулась и вновь зависла над Касом, но теперь ощущала себя более подготовленной. – Интересно, зачем это в новом доме?
– Наверное, из-за угрозы астероидов, – спокойно отозвался он. – Осколки Земли все еще долетают до Ариньона, не так ли?
– Да, думаю ты прав, – ответила я.
Спустя несколько минут все было кончено. Я аккуратно удалила стекло, вытерла кровь салфетками с обеззараживающим раствором, наложила поверх ран гель и заклеила все аккуратными квадратными пластырями. Как подсказала инструкция, регенерация тканей синта займет всего лишь сутки. И пусть все это я проделала быстро, руки потряхивало от напряжения, а по спине катился холодный пот.
Когда последний пластырь занял свое место на широкой спине Каса, он неожиданно подал голос:
– Какой сейчас год?
– Две тысячи двадцать четвертый от Первого Пришествия, – шепотом ответила я. Вопрос показался странным. – Кас, почему ты спрашиваешь?
Но ответил он что-то уж совсем непонятное:
– Значит, прошло восемь лет...
– Восемь лет? О чем ты? – молчание. – Ты помнишь, почему так спешно хотел уйти? И к кому?
– Мое место рядом с вами, тери Джульетт, – он повел широкой спиной, отчего под светлой кожей заиграли притягательные мышцы, и встал, оборачиваясь. – Будут ли указания?
– Вообще-то да, – я спешно собрала все медикаменты и сложила их в контейнер. – Скоро должны доставить мои вещи. Если не трудно, встреть дронов, а потом отнеси их в мою спальню. Третий этаж, белая дверь справа.
На мою просьбу он кивнул, и я наконец отправилась в ванную, подхватив свой инфотаб. Одна мысль прочно сидела в моей голове – хотелось немного исследовать программные матрицы, которые загружают в мозг каждого синта. Что-то мне подсказывало, что у Каса в голове я найду хоть какое-то объяснение его необычному поведению.
Ванная комната поражала воображение совершенством форм и цветов. В зеркальном черном потолке я видела свое отражение, жалкое, бледное, в разорванном платье. Ничего. Скоро мои вещи доставят, откопаю любимые штаны и футболку и сразу почувствую себя лучше. Ну и плевать, что тери на Ариньоне такое не носят. То, чего они не видят и не вызовет на их породистых лицах культурный шок.
Горячая вода была в избытке. Покрутив несколько из десятка латунных краников, я пустила в огромную белоснежную ванну ароматную цветочную эссенцию и смягчающий кожу бальзам. А сама с наслаждением скинула испорченную тряпку, ногой отшвырнула как можно дальше, и погрузилась в безумно приятное тепло. Как же мне этого не хватало!
Испортить инфотаб я не боялась, его уже давно сделали водонепроницаемым, поэтому я прямо в ванне активировала экран.
И нет, я не могу менять личность Каса на корню, да и не пойду на это. В погоне за “человечностью” синтов сделали самообучаемыми, но кое-какие базовые умения и знания должны были быть в нем заложены. Это я и хотела выяснить.
Первая же строчка программной матрицы чуть не заставила меня выронить устройство в воду.
“Сто способов и поз доставить тери удовольствие в постели. От прелюдии до оргазма.”
Сглотнув, я прогнала развратные картинки, в которых во всю фигурировал обнаженный и крайне сексуальный Кас, и принялась изучать список дальше.
“Теория оказания первой медицинской помощи.”
“Основы механики.”
“Основы кулинарного искусства.”
“Основы инженерного дела.”
“Самооборона. Пять техник ведения боя. Защита тери – первостепенная задача.”
И все в таком же духе.
Более двадцати программ и навыков, которые я вскользь пролистала и остановилась на последнем.
Так, это что-то странное.
Вместо названия лишь три точки.
...
Сглотнув, неуверенно нажала на них и уставилась в набор букв и цифр программного кода. Интересно. Кас ведь “кустарно” модифицирован неизвестным техником. Может в этом вся суть?
Но тут вроде все стандартно, если бы не первые две буквы: “К. Р.”
Аббревиатура, как и “имена” всех синтов? Закусив губу, я более внимательно вчиталась в код, надеясь увидеть там какую-то последовательность, или опять натолкнуться на эти инициалы. Но замеченное заставило мое сердце ускориться в разы.
“Джульетт” – мелькнуло где-то в первой трети кода.
“Джули” – чуть ниже.
“Джулс” – в самом конце, когда буквы и цифры уже сами мелькали перед глазами, как черные мошки.
Вздрогнув, я опомнилась и выключила воду, которая уже почти переливалась через бортик ванны.
Это странно. Если бы тут фигурировало лишь мое полное имя, я бы нашла этому объяснение. Сама ведь представилась Касу, привязав его к себе. Но “Джулс” откуда взялось? А “Джули” так вообще называли меня лишь бабушка с дедушкой.
И эти инициалы в самом начале... Поразмыслив, я закрыла программные настройки Каса и перевела инфотаб в режим блокнота – от прозрачной кромки отделился стилус, которым теперь я могла писать на экране, словно ручкой по бумаге.
Вывела первую букву К. На другой строчке Р. А потом пальцы сами дополнили их, явив мне имя.
"Кристиан Руан."
Дедушка?! Какого черта?!
Это до боли напоминало бред, ведь я не видела в нашем старом доме ни одного синта. Бабушка была категорически против, называя их инкубаторными. Конечно, отчасти она права, да и будучи девчонкой, я с ней соглашалась. Но потом, когда повзрослела, предпочитала отмалчиваться. Ее можно было понять – она прожила целую жизнь бок о бок с любимым человеком, совершенно ей не подходящим, казалось бы. И у них даже родилась мама...
А мне что оставалось? Лишь мечтать о счастье рядом с тем, кто станет дорог. Кто полюбит и меня.
Но как, если у него напрочь будут отсутствовать эмоции и чувства? Глаза неожиданно запекло, и пришлось их прикрыть. Лишь на мгновение.
И за всеми этими мыслями, расслабленная в горячей воде после тяжелого дня, я и не поняла, как сознание стало уплывать в объятия сна. Будто теплый плед накрыл с головой, но отчего-то он мешал дышать, затекал в рот и нос, выдавливал из легких весь кислород. А свет, что я ощущала даже под опущенными веками, стал меркнуть. Миг, и меня подхватили сильные руки, выдергивая из объятий смертельного сна. Отплевываясь, я сделала судорожный вдох.
– С ума сошла?! – его лицо расплывалась перед глазами, но в голосе явно ощущалась злость. Может даже бешенство...
– Кас?!
Но миг прошел, как вспышка. Он снова смотрел бесстрастно, хотя только что мне показалось, что я расслышала гнев, негодование и тучу других живых эмоций. Или просто мой глупый мозг выдал желаемое за действительное.
Когда дыхание чуть выровнялось, обнаружилось кое-что еще – я обнажена, вода не скрывала вообще ничего, а Кас сидел на бортике ванны и вежливо наблюдал, как я скользила взглядом по своему голому телу. Потом быстро одумалась и попыталась прикрыться руками, а ноги стиснула. Но поздно. Он явно разглядел все, что только можно было.
– Вам нечего стесняться, тери. Я ведь здесь именно за этим.