Жестокие наследники (ЛП)

Я спускалась по крутому склону горы. Вместо липкой грязи, неустойчивая почва под моими ногами была сухой как кость. В противном случае это было бы слишком легко. Несмотря на то, что я дважды чуть не потеряла равновесие, рассыпчатая поверхность позволила мне быстрее уйти от жестокого наследника Грегора.
Маленькие камешки заскользили по моим ботинкам, когда Римо пристроился рядом со мной.
Не оборачиваясь, я рявкнула:
— Оставь меня в покое.
— Секунду назад ты умоляла меня остаться, а теперь хочешь, чтобы я ушёл? — он недовольно фыркнул. — Тебе когда-нибудь приходило в голову, что я не слежу за тобой? Мир не вращается вокруг тебя, Амара Вуд.
Я развернулась и замахнулась на него кулаком. Мои костяшки пальцев задели его челюсть, как вдруг я стала падать назад, размахивая руками.
О, чёрт.
Римо бросился на меня, вероятно, чтобы толкнуть на случай, если мне каким-то чудом удастся восстановить равновесие. Он обхватил рукой мою спину и присел на корточки так низко, что я повалилась вперёд. Он спиной врезался в землю, а я врезалась в него спереди. Я закрыла глаза, когда наше падение и последующее скольжение вниз по крутому склону подняли пыль и камни, которые полетели на нас, как острые снаряды.
Я не была уверена, как долго мы падали, но это было слишком долго. С другой стороны, одна секунда, проведённая прижатой к Римо, погруженной в мускусный запах его пота, смягченный минеральным запахом влажной земли, была слишком долгой. Как только мы остановились, я оторвала голову от его груди и перекатилась на спину. Порывисто дыша, он издал протяжный стон.
— Так тебе и надо за то, что ты пытался столкнуть меня вниз, Фэрроу.
Он повернул голову в сторону, бросив на меня выразительный взгляд.
— Столкнуть тебя вниз? Я пытался удержать тебя от падения, Трифекта.
Он сердито смотрел ещё пару секунд, прежде чем снова поднял голову к ненастному небу и закрыл глаза, его ноздри раздувались, как будто он только что сыграл в изнурительную игру во флотбол.
— Зачем тебе это делать? Я ударила тебя.
— Так вот что это было? Удар?
Уголок его рта приподнялся.
Я сделала долгий вдох, затем выдохнула.
— А, по-твоему, что это было?
— Это не удар.
Я приподнялась на локте и уставилась на Римо сверху вниз.
— Мой кулак соприкоснулся с твоей челюстью.
Его улыбка стала шире, что подпитало моё желание стереть её с его лица.
Тем не менее, я выбрала самый простой путь и нагнулась, принявшись вытирать пыль с задней части ног, хотя в тот момент я не думала, что самый быстрый цикл в человеческой стиральной машине с целой бутылкой моющего средства может улучшить состояние моей одежды и тела.
Я двинулась дальше.
— В следующий раз, когда я тебя ударю, ты не будешь улыбаться!
Он рассмеялся.
Багва действительно рассмеялся.
Я ему покажу.
После того, как я найду тюремного охранника, который поможет мне выбраться из этой забытой богом земли, я покажу ему.
ГЛАВА 11. ГОРОД-ПРИЗРАК
Потребовалось несколько минут, чтобы добраться до первого дома; минут, в течение которых я осматривала каждое окно, выходящее на улицу. В некоторых криво висели занавески, но большинство были голыми, состоящими из стекол, нуждающихся в тщательной мойке. Очень похоже на моё тело.
Скольжение мелких камней и стук по утрамбованной земле позади меня заставили меня оглянуться. Это был всего лишь Римо. Он не встретился со мной взглядом, слишком занятый осмотром фасадов домов. Огромная белая вывеска с надписью «ПАНСИОНАТ» чёрными печатными буквами висела над зияющей дверью первого корпуса.
Я снова оглянулась.
На этот раз Римо встретился со мной взглядом.
— Хочешь, я подержу тебя за руку, Трифекта?
Его пренебрежительный вопрос придал мне смелости. Я прижала кончики пальцев к истертому дереву, и петли застонали.
— Эй?
— Отличная идея. Кричи о своём присутствии, — пробормотал Римо с другой стороны дороги.
Я бросила на него один из своих лучших сердитых взглядов.
  
— Я ищу тюремного охранника.
— Что, если ты найдёшь заключенного?
Он нырнул за старую конную повозку, у которой не хватало колеса. Деревянная штуковина была приставлена к выветренному белому сайдингу. Вывеска, указывающая «КОНЮШНЯ» покачивалась на медленном ветру, звеня цепями.
Тихонько напевая, я вошла в пансионат. Я ожидала увидеть лазерные ограждения, съежившихся заключенных или более смертоносных существ с розовыми лепестками. Единственное, что я нашла в старом доме, была мебель, выкрашенная в неудачный травяной оттенок зелёного. Открытые шкафы, заполненные грудами массивных тарелок и треснутых мисок, и покосившийся круглый стол, окружённый четырьмя стульями, у которых отсутствовала, по крайней мере, перекладина или всё сиденье целиком. Пылинки блестели в бледном свете, пробивающемся сквозь грязное стекло. Пожелтевшие обои обвисли на стенах, которые казались не совсем прямыми. Я подошла к узкой лестнице, зажатой между двумя стенами и потолком, которую я едва расчистила.
Я прислушалась не раздадутся ли шаги по выцветшим доскам или тихий шепот, но, кроме свиста ветра снаружи, не было слышно ни звука. Напевая чуть громче, я начала подниматься по скрипучей лестнице, держась рукой в перчатке за перила. Чёрный материал стал серым от толстого слоя пыли. Потирая ладони, я добралась до лестничной площадки, которая вела в такой же узкий коридор с ещё более низкими деревянными потолками. Я немного сгорбилась, когда шагнула к первой двери, которая была распахнута настежь. Спальня была пуста, если не считать ржавого каркаса кровати, комода с тремя выдвижными ящиками, на котором стоял ночной горшок, и зеркало в крапинку. Я подошла к следующей двери и ещё к одной. Все приоткрыты. И комнаты за ними пустые.
Я вернулась на первый этаж и огляделась вокруг, мой взгляд остановился на почерневшем дымоходе, где не было даже золы или запаха обугленных поленьев. Я вышла из пансионата, прикрывая глаза ладонью. Солнечные лучи не пробивались сквозь плотный облачный покров, но свет всё ещё был болезненно ярким, особенно после полумрака заброшенного жилища. Я оглядела улицу, гадая, был ли Римо всё ещё в конюшне. Нашёл ли он что-нибудь? Кого-нибудь? Я почти перешла улицу, но решила не искать его.
Я не была трусихой. Я могла бы исследовать этот мир и без его помощи. Без чьей-либо помощи. В конце концов, я едва не оказалась здесь одна. Почему он последовал за мной, всё ещё оставалось загадкой.
Несмотря на то, что я не была особенно взволнована встречей с Кирой, я почти пожалела, что не столкнулась с ней, просто чтобы утешить себя тем, что я не упала в червоточину, которая убила своих обитателей так же, как убила их силы.
Я подошла к следующему зданию, фасад которого был изогнут наподобие подковы и опоясан широким крыльцом. Чёрная вывеска, прибитая над ним, жирными меловыми буквами гласила: «САЛУН». У нас был такой в Неверре, смоделированный по образцу архаичного человеческого, со скрипучими распашными дверями, загнутыми рогами и барными стульями из коровьей шкуры. Я прижала кончики пальцев к распашным дверям и вошла в помещение, сколоченное из полированного коричневого дерева. На стенах не было никаких украшений, даже чёрно-белых плакатов «разыскивается». Вдоль дальней стены тянулся покрытый лаком бар, увенчанный лесом бутылок из зелёного стекла. В жажде хоть капли жидкости, у меня свело горло. Я подошла поближе. Все ёмкости были пусты.
Я потянулась, чтобы перевернуть бутылку, но моя рука в перчатке соскользнула прямо с горлышка. Что за… Я попыталась снять её со стойки, но она не двигалась. Я попыталась поднять другую, но она тоже не сдвинулась с места. Нахмурившись, я подошла к одному из столов и толкнула его. Его ножки с таким же успехом могли быть припаяны к широким доскам, чтобы он не мог двигаться. Единственное, что не прилипло, это пыль. У меня возникло искушение вернуться в пансионат, чтобы проверить, не привинчена ли там мебель к полу, но вместо этого я решила проверить это в соседнем здании.