Остров амазонок (Дикие)

– Это была акула! А если и нет, то это был кит, похожий на акулу! Я никогда больше не буду здесь купаться.
– Я ведь уже говорил, что здесь не бывает акул, – сказал Джонатан.
– А я говорю, что это была акула, – стояла на своем Сюзи.
– Смотри не утони из-за своих страшных выдумок, – усмехнулся Джонатан.
Надувшись, Сюзи наблюдала, как Сильвана и Пэтти погружаются в воду. Джонатан был еще слишком слаб и остался на берегу. Обе женщины были в масках для подводного плавания, ластах, с ножами на ремнях, но Пэтти, вооруженная гарпуном, плавала голой, а Сильвана по-прежнему не расставалась со своим изрядно пострадавшим черным кружевным бельем.
– Это где-то здесь, – сказала Сильвана Пэтти, когда они достигли середины лагуны. Они плыли в зелено-голубых водах, а мимо них проплывали серебристо-черные, зеленые, голубые рыбы, казалось, не замечавшие двух женщин.
Когда они поднялись на поверхность, Сильвана сказала:
– Там внизу действительно что-то есть. И оно похоже на огромную дохлую акулу. Надо опять нырнуть.
На этот раз они разглядели полуистлевшие останки самолета. За сорок лет, проведенных на дне лагуны, металл проржавел, и аэроплан приобрел вид какого-то диковинного живого существа, некоего морского чудища.
Женщины вынырнули, отдышались, и Пэтти сказала:
– Наверно, сбили во время войны. Интересно, это наш или японский?
– Не все ли равно? Ты думаешь, там может быть что-нибудь полезное? Например, аптечка с лекарствами?
– Надо посмотреть.
Они снова нырнули, медленно продвигаясь среди рыб к причудливым руинам машины, заглядывая в отверстия того, что осталось от истребителя.
Когда они снова вынырнули, Пэтти пробормотала:
– Совершенно ничего.
– Я нырну еще раз, – сказала Сильвана. Вскоре Пэтти последовала за ней.
Она увидела Сильвану внизу. Та словно боролась с кем-то невидимым. Ее голова скрылась в отверстии фюзеляжа, ноги яростно били по ржавому металлу, а руками она отчаянно отбивалась, словно внутри разбитого самолета было какое-то существо, схватившее ее.
У Пэтти упало сердце, мелькнула мысль: «Морские змеи!» Она выхватила нож.
Ясно, что Сильвана была в ловушке, но почему руки ее двигаются так странно? Разве какая-нибудь морская тварь могла ухватить ее за волосы?
И тут только Пэтти поняла, какая сила держала Сильвану: ее лифчик сзади зацепился за зазубренный край пробоины, в которую она пыталась вплыть. Пэтти тотчас бросилась вперед и распорола ножом лифчик. После этого она, чувствуя, что задыхается, пулей вылетела на поверхность, боясь, как бы не разорвались легкие. А вслед за ней из воды появилась и голова Сильваны.
Когда к обеим женщинам вернулось дыхание, Сильвана сказала:
– Я уронила нож в эту дыру и полезла за ним. Там я и застряла.
Пэтти улыбнулась:
– Наконец-то ты с голой грудью, как все мы.
 Среда, 19 декабря 
То, что Сильвана чуть не погибла из-за пустяка, произвело сильное впечатление на всю группу. На следующее утро Джонатан, уже пришедший в себя, стал наскоро учить женщин всему, что знал сам. Они занимались приемами самообороны и выживания, и никто не жаловался, все понимали, что эти знания в один прекрасный день могут спасти им жизнь.
Первое, чему он их научил, было умение ориентироваться в джунглях. Все знали, как там легко заблудиться.
На другой день они отправились в покинутую деревню и нашли там дикие банановые пальмы и дерево авокадо, хотя плоды были еще неспелые, гуаву и одно дикое лаймовое дерево.
Еда приобрела для них огромное значение, ведь они были лишены всяких иных удовольствий. Поиски кореньев и плодов, охота, рыбалка казались бесконечными. Они не переставали удивляться, как много времени, день за днем, уходит на добывание пищи.
За четыре дня до Рождества Сюзи приплелась в лагерь со светло-коричневым шаром, покрытым зелеными шипами. Она сказала:
– Эта штука лежала под деревом. Джонатан, ты знаешь, что это такое?
– Ты нашла дуриан. Рановато, обычно их здесь не бывает до Рождества.
– Что за дуриан?
 
– Здесь он считается большим деликатесом. Его называют «плодом новобрачных» и подают на свадьбах. – Джонатан странно посмотрел на Сюзи. – Когда понюхаешь его, поймешь, почему. – Он почистил нож о траву и отрезал ломтик. Под колючей кожурой была кремовая мякоть.
Сюзи понюхала и усмехнулась:
– Пахнет как… интимное место.
– Верно, – сказал Джонатан. – Здешние женщины утверждают, что не надо выбирать в женихи тех, кому не нравится запах этого плода.
– А каков он на вкус?
– Очень вкусный, как сладкий крем. Тебе в жизни не случалось есть ничего подобного. Вечером пойдем на охоту, я попробую найти что-нибудь подходящее к дуриану.
Кэри и Пэтти уже охотились с Джонатаном, но, кроме крыс, им ничего особенного не попадалось.
Когда стемнело, Джонатан с Кэри пошли охотиться на лягушек. Они находили их по кваканью, ослепляли светом фонариков и убивали загипнотизированных лягушек дубинками. Вернувшись в лагерь, Кэри торжествующе высыпала из сумки кучу убитых лягушек у костра. Анни тут же отвернулась.
Кэри возмутилась:
– Ты же ела их во французском ресторане. А здесь чем хуже? Иди и помоги их готовить, а то останешься голодной.
Следующим утром на тропе в джунглях Пэтти остановилась перед какой-то круглой кучей коричневых и черных листьев. Вдруг она поняла, что это такое, и швырнула в нее камень. Змея как бы нехотя развернулась. Пэтти выхватила из сумочки на поясе еще один камень и, разглядев голову, прицелилась из рогатки. Змея медленно поползла. Пэтти побежала обратно в лагерь.
Джонатан схватил мачете, и они вернулись назад, хотя Пэтти очень надеялась, что змеи там уже нет.
Джонатан бросил два камня и попал в змею, она не двигалась. Он осторожно приблизился и пустил в ход мачете.
– Тебе повезло, что заметила его сразу. Это не очень большой питон.
– Не очень большой! Но в нем около восьми футов!
– Питоны бывают и тридцати футов в длину. – Джонатан взвалил убитую змею на плечи и понес в лагерь.
При виде змеи лицо Сильваны стало каменным.
– Я надеюсь, ты не думаешь, что я буду готовить это вот!
– Я покажу, как это делать. – Джонатан был доволен добычей. – Что может быть прекрасней змеиных котлет. Это вкуснейшая вещь. Вроде свинины.
Он показал недовольной Сильване, как сдирать кожу со змеи.
– Кажется, Пэтти, у тебя будет новый ремень.
– Может, хватит еще на туфли и сумочку, – мрачно предположила Сильвана.
За стенами хижины целый день стучал дождь, но у Сюзи, несмотря ни на что, было приподнятое настроение. Она надела на короткие волосы венок из орхидей, ведь 23 декабря у нее день рождения.
– Давайте выпьем, а? – Ее рука дрожала от возбуждения. – Я угощаю.
– Двойную порцию мартини со льдом, – подхватила игру Кэри.
– Пэтти, думаю, тебе не надо больше налегать на «Перье».
– Ну, тогда томатного сока с лимоном.
– Кто-нибудь должен тебя проводить, Кэри.
– А мне, пожалуйста, «Фостерс», – проговорил Джонатан со своего ложа. Он поправлялся после второго приступа лихорадки. Бледная кожа обтягивала его скулы, он был похож на скелет.
– Горячий шоколад, – заказала Анни, – и взбитые сливки.
– Розовое шампанское, – сказала Сюзи.
Сильвана заметила:
– Сегодня всем будет свежий лаймовый сок. Я приготовила целый кувшин в честь дня рождения Сюзи.
– Тройной мартини, – захихикала Сюзи.
Она села и принюхалась:
– Что за дрянь курит Кэри?
– О господи! – Джонатан тоже сел. – Где же она ее достала?
– Что? – озадаченно спросила Анни.
– Марихуану. Она вообще-то водится в здешних местах.
– Конечно. Я ее сушила много дней. Такая хорошая травка…
Джонатан свесил ноги с постели.
– Дай сюда, Кэри!
Кэри глупо улыбнулась:
– Мне надо немного проветриться… – Она соскочила с постели и, пошатываясь, вышла.