Девятнадцать сорок восемь Том V (СИ)

— Ты сейчас серьезно? — прожигающим взглядом уставился на него Фирс.
— Ну, да. А Филимон… я просто удивлен. Удивлен новому чувству… Это крайне необычное ощущение.
— Так, — встряхнул головой Фирс. — Ты меня совсем запутал! Ты хочешь переехать ко мне в комнату, потому, что тебе неохота таскаться из своего корпуса ко мне на завтрак?
— Да.
— И как я должен на это реагировать, после того, что ты вскрыл сковородку с котлетами?
— Как на неизбежность? — осторожно спросил Вешкин.
— В следующий раз я поставлю капкан, — пригрозил ему Фирс. — А тема с переездом — закрыта. Мне самому в комнате тесно. Терпеть еще и тебя я не намерен!
— Принципиальный какой, — фыркнул Кирилл и сложил руки на груди в замок.
— А по поводу Филимона… люди так говорят, когда по кому-то скучают. Это тоже пройдет.
— Я же говорю, я не хочу, чтобы это проходило, — буркнул Кирилл.
— Тогда перестань отвлекать меня от работы и займись делом. Можешь увековечить память своего соседа как-нибудь.
— Как?
— Не знаю. Артефакт создай в его честь, — ляпнул Фирс даже не подумав. — Только займись уже делом, пожалуйста!
* * *
— Фирс… — сквозь сон я услышал чей-то шёпот. — Фи-и-и-рс… Фирс! — Резкий вскрик, от которого я вздрогнул. — Вставай!
Я почувствовал, что кто-то тормошит меня за плечо, пока я находился в своей кровати. Я уже пробудился, но открывать глаза не спешил, понимая, кого увижу.
— Маргарита… — пробормотал я сонным голос. — Без обид, но что у тебя с головой?
— А что не так? — Она потрогала волосы, словно в них могло что-то застрять. А я про себя подумал, «Не там щупаешь. Проблема глубже».
— Фирс… — продолжила говорить девушка. — Мне нужна твоя помощь.
— Да неужели⁈ — я отвернулся на другой бок и укутался одеялом с головой.
— Фирс! Ну, пожалуйста! Это очень важно!
— Кажется, я где-то такое уже слышал…
— Ну, ладно тебе. — Слегка обиженно проговорила Маргарита. — Ну… что мне нужно сделать, чтобы ты согласился помочь мне⁈
Я откинул одеяло, понимая, что мой сон уже уходит и недовольно посмотрел на девушку.
— Для начала! — Начал говорить. — Для начала перестань вламываться в мою комнату! И вообще… какого фига? Как ты открыла дверь и попала внутрь? Не через окно же ты залезаешь?
Сегодня я на все сто процентов был уверен, что дверь была закрыта на замок. Ведь я специально проверял её, чтобы избежать вот такой вот ситуации. Твою же… блин!
— Так ты поможешь мне⁈ — Почему-то пропустив мой вопрос, воодушевленно проговорила Маргарита.
— Нет! — Резко ответил я, поднимаясь из кровати.
— А-а… почему ты тогда встаешь?
— Чтобы тебя вытолкнуть из комнаты.
— Ну-у Фи-и-и-и-рс… Ну, пожалуйста! Будь другом! Мне очень надо! — Кажется, она попыталась выдавить из себя слезу, но получалось у неё, откровенно говоря, отвратительно.
— Маргарит… — начал я. — Как мне тебе объяснить, что я не хочу, чтобы ты вламывалась ко мне по ночам. Да и вообще! Что люди подумают, если кто-то увидит? Случайно…
— А что они могут подумать? — Невинно захлопала глазами девушка.
— Да много чего! Так что ты давай прекращай с этим. И… иди там как-нибудь сама. Ладно? — Сев обратно на кровать проговорил я.
— Фирс. — Резко посерьезнев, проговорила девушка. — Я знала, что ты и скажешь. Поэтому принесла свой проект с собой. Чтобы тебя не утруждать.
— Чего? — В полном недоумении произнес я.
— Но! Сразу предупрежу, что я решила усложнить его! Чтобы ошеломить преподавателя! — Снова пропуская мой вопрос, продолжала говорить Маргарита. — В общем, пока я гуляла по парку, нашла дохлую птицу. И тогда я подумала… а что если… В общем ты сам посмотри!
Я слегка отклонил голову так, чтобы увидеть, что там происходит за спиной девушки. Потому что я отчетливо слышал некое кряхтение и копошение в коридоре.
Спустя пару секунд ко мне в комнату начал заползать шестилапый кролик к заднице которого была пришита половина утки.
Я вытаращил глаза. Раскрыл в изумлении рот. И медленно перевел свой взгляд на Маргариту. После чего принялся говорить.
 
— У меня к тебе три вопроса.
— М? — Девушка выглядела воодушевленно.
— Первый. Ну что ты за человек такой⁈
— А?
— Второй. Где у этой твари вход, где выход?
— Ну-у… теоретически…
— И третий. — На этом моменте, Шестилапика мутанта подняло в воздух, а Маргарита опасливо заозиралась, переживая за свой проект. — Какого хера⁈
* * *
От Вишневского:
Уважаемые читатели! У автора день рождения!
Прошу понять и простить!
3 апреля выходной — я честно буду мучиться с похмелья!
  
Глава 4
 
На университет опускались сумерки.
Последний выходной заканчивался, и тонкий ручеек начинающих магов, из тех, кто не провинился и не лишился права покидать территорию заведения, тянулся обратно, чтобы завтра начать очередную битву с магическими науками.
Учебный корпус сегодня был пуст. Тишина была в лабораториях, не менее тихо и в библиотеке. Однако, корпус не был безжизненен.
На чердаке, в техническом помещении, где хранились расходные материалы для магов воздуха находились двое.
Первым был профессор артефакторики, что сидел за столом перед огромной сложной системой артефактов. Второй был профессором боевой магии — высоким подтянутым мужчиной довольно приятной внешности. Единственное, что выдавало в нем профессионала своего дела был небольшой ожог на левой щеке и черные пятна на кистях рук, свидетельствующие о страшной ране магией смерти.
— В этом вся суть нынешнего поколения, Лаврентий Павлович, — недовольно проворчал Артемий Герогиевич. — Сотни лет, тысячелетия такие как мы бились над точностью, максимальной эффективностью и результатом. А они?
Профессор боевой магии молча кивнул, наблюдая в небольшое оконце, за краешком солнца, что еще показывался из-за горизонта.
— А они по два года бьются, чтобы у их «Драконьего пламени» была эффектная форма дракона, — сморщился он да так, что невольно передернул плечами. — Что… что пошло не так? Где мы их упустили?
— Я думаю все дело в том, что мы слишком давно не воевали, — нехотя ответил артефактор и, предчувствуя слова собеседника, продолжил: — Погоди, я ни к чему не призываю. Однако, давай посмотрим правде в глаза. Это мы, молодые, шли на запад с гордо поднятой головой. Это мы с тобой помним «императорские отряды», где любого одаренного обучали одному атакующему и одному защитному заклинанию. И от того как хорошо они успели за пару месяцев освоить данные заклинания зависела их жизнь.
— Хреново учили, — буркнул боевик. — Из них выжили единицы.
— Да, но и они сделали свое дело, ценой своей жизни, — кивнул артефактор. — Эти молодые ребята и зрелые мужики смогли не только удержать фронт, но и обломать зубы противников. Я о том, что мы с тобой видели, что там происходило. Мы с тобой каждую кроху силы экономили, разводя огонь обычными спичками и ночуя в земляной яме…
— Блиндаж, — тяжело вздохнул Лаврентий Павлович.
— А бывало и просто в яме, — напомнил Артемий Геннадьевич и поправил продолговатую палочку, вокруг скапливались микроскопические светящиеся песчинки. Как только они собирались в плотную искру, то тут же превращались в капельку, что падала в подставленную пробирку. — Суть не в этом. Суть в том, что мы с тобой имеем опыт. Тот самый опыт, что говорит нам о главном — во времена военных действий вся эта показушность яйца выеденного не стоит! А что у них?
Профессор боевой магии тяжело вздохнул, оторвал взгляд пейзажа в небольшом окошке и взглянул на собеседника. Тот уже заменил пробирку, и налил в две рюмки светящейся жидкости.
— У них нет ни великой катастрофы, ни войны, ни великой смуты, — продолжил Емельянов. — Им не за что биться. Вот и выходит, что вроде как маги нужны, а с другой стороны нет великой трагедии.
Лаврентий Павлович тяжело вздохнул, подошел к столу и взял одну рюмку.