Я (не) забуду его (СИ)

Мне хотелось сказать еще что-то, но в ухо настойчиво шептали: «Мирослава, успокойтесь, это же актеры! Это не по-настоящему!»
И я выдохнула:
— Так вы же ненастоящие… Пойдем, мама.
Утром мой телефон снова разрывался. Меня приглашали теперь на кулинарные шоу с мамой, где нас будут учить готовить борщ с хорошей морковью. Кстати, мне теперь бесплатно присылают пакеты с овощами. Это кошмар! Слава — тяжелая ноша для здоровой и нормальной психики.
  
ГЛАВА 9
 
Этим утром я проснулась без будильника. Включила свой канал и начала вести «стрим» — прямую трансляцию. Настроение было паршивым и ехать в круиз на три дня, собственно, не хотелось.
В этот круиз я должна была поплыть со своим Мудаком. Помню тот ужасный, просто отвратительный романтический вечер, когда после замечательного ужина мы включили прекрасный добрый старый фильм, где пара отправилась в круиз.
И я, не выдержав такой прямой романтики, томно сказала:
— Я так хочу.
А он просто ответил:
— Интересная идея. Было бы неплохо.
А я утром, ужаленная приступом отчаянной любви, купила два билета на трехдневный круиз.
Билеты стоили безумных денег, но ради любви же ничего не жалко. В моих мыслях были лишь ночи с любимым: прекрасный ужин и много милых разговоров о нашем совестном счастливом будущем.
Счастливое будущее куда-то пропало, осталось непонятное и тревожное настоящее.
Духа отменить поездку мне не хватило.
Посоветовалась с боевой Татьяной, которая сказала:
— Миро, конечно, плыви, там будет много холостяков! Найдешь, с кем утешится. А так как круиз — дорогое удовольствие, то нищебродов среди них не предвидится. Вперед! Сделай побольше фото и видео, твоей аудитории понравится!
Проведя очередную утреннею гимнастику в прямом эфире, я объявила, что на пару дней уплываю в отпуск. Тут же посыпались вопросы и пожелания: «Удачи» и «Будем ждать!», ну а также мои хейтеры поспешили прокомментировать: «Бабуля уплывает», поставив грустный смайлик, а еще там были «рука-лицо» и «каменная маска». Кстати, вы же помните, что это моя команда все пишет, поэтому я послала им воздушный поцелуй. По договору осталась неделя тиктокерского рабства. Проект отвлек мои мысли от Мудака, но принес новую проблему — эмоционального выгорания. Я заметила, что уже три дня нормально не могла улыбнуться. Все получался этот люксовый оскал современных медийных личностей. Лицо улыбается, даже зубы белые и ровные, а вот глаза пустые. Не блестят. Татьяна посоветовала перед съемкой закапывать их, так взгляд становится живее. Продолжать проект мне не хотелось. Хотя аудитория у меня выросла мгновенно, особенно после голубого экрана. Мне часто присылают сообщения: «Это вы?» А потом — ржачные смайлы. Где-то я даже встречала мемы со своим участием, как я в красном платье лопаю шарик попой. Вышло очень забавно. Больше всего меня смущала моя олимпийская школа, она просто молчала. Думаю, что после окончания отпуска я все же сделаю этот шаг — заявление на стол и досвидули. Мирослава требует перемен!
Погода прекрасная, я в своих новых белых джинсах и в топике выглядела отлично, грузившийся джас-бэн присвистнул, смело сверля меня глазами. Я же, гордо приподняв подбородок, завиляла бедрами еще сильнее, как на шарнирах. Скорее всего, это выглядело неприлично, но Мирослава требует перемен.
— Ваша каюта двести два. Вы одна? У нас…
Я не дала девушке опозорить меня перед очередью пассажиров и сказала:
— Он… он будет позже!
У меня был такой напряженный голос, что если бы не солнцезащитные очки — персонал увидел бы искры из моих глаз. Ну как так можно? «Вы одна?» И при всех! Неужели нельзя побыть в спокойствии хотя бы три дня за свой счет на этом скрипучем металлоломе с легким запахом соляры. Надеюсь, это корыто не затонет за время моего отдыха.
— Он будет позже?! Вы помирились? Не думал… Вы ушли в таком состоянии… — раздался мужской голос за моей спиной.
Я осторожно обернулась.
 
Передо мной стоял мой психотерапевт. Весь в белом и в дорогих очках от Тома Форда. Я стала ему улыбаться, как старому знакомому, которого очень рада видеть.
— Здравствуйте! Какими судьбами? — с радостным придыханием и даже с долей облегчения поинтересовалась я.
— Да вот… подвернулась подработка…
— Вы здесь работаете? — Мои очки от удивления сползли и остановились на кончике носа.
— Да, это круиз для любящих сердец, которым нужна помощь или совет психолога.
Я хотела было выругаться. Такой западни никак не ожидала. Но я и не пыталась ознакомиться с программой круиза. Я же хотела только романтики.
Мой психолог игриво протянул брошюру. На фото лодка явно была хорошо подфотошоплена под какой-то иностранный лайнер — в реале это был теплоход «Натали».
— Вам стоит ознакомиться… Так вы помирились?
— Мм… нет… и я хотела бы с вами поговорить. Я вам звонила и приезжала в офис! А вы не отвечали!
В тот момент на меня снова нашли отчаяние и злость. Хотелось вернуть хотя бы деньги, бог с этими девятнадцатью годами.
Психотерапевт, чувствуя мой настрой, важно отвернулся и крикнул:
— Позже! Позже поговорим! Я вас найду!
Я обиженно огрызнулась и пошла к своему номеру.
По всей палубе раздался голос капитана судна. Он приветствовал нас и желал приятного отдыха. Интересно, а капитан красивый, женатый? А сможет выйти и поужинать со мной? Я же, можно сказать, почти знаменитость.
Переодевшись в легкое белое платье в голубую полоску, я вышла в сторону ресторана, придерживая соломенную шляпу одной рукой. Вид завораживал меня, а попутный ветер приятно обдувал. Я замерла и даже прикрыла глаза от наслаждения. Как же хорошо…
— Вы снова выглядите как кинозвезда. Будьте проще. Если хотите замуж.
Знакомый хриплый голос вернул меня в реальность.
Мой психолог сидел на палубе за барной стойкой с бокалом белого вина.
Я молча присела рядом и заказала коктейль.
— Вы должны весь круиз бесплатно меня консультировать, — сурово сказала я.
— Почему? Да, мне стоило бы вас избегать, особенно после оставленной вами дырки в моем ковролине.
Я ошарашенно посмотрела мозгоправу между глаз. И со всей злостью резюмировала:
— За те деньги, что я вам заплатила, вы можете десять раз поменять покрытие.
— Я его оставлю. На память о вас!
— Так и знала, что вы жадный и сноб. Вечно придираетесь к моим нарядам. А сами тоже… — Я оценивающе посмотрела на одежду — Неплохо выглядите. Не то что в прошлый раз…
— Я не придираюсь. А говорю то, что думаю. И забочусь о вас из самых благих побуждений. Вам надо выйти замуж. Хотя бы попробовать. А в таких нарядах вы только станете очередной любовницей или легкой добычей на одну непрочную связь этой ночью.
— То есть, по вашему мнению…
— Да, по моему опыту и мнению, жен не ищут в таких нарядах. Жен вообще никто никогда не ищет. Я вам открою секрет — мужикам по кайфу быть одинокими. ОДИНОКИМИ!
Я нервно прикусила нижнюю губу. Его слова убили меня, как выстрел в упор. Но через секунду я собралась и атаковала:
— А как же ужины, дети, любовь… Дом, семья, уют?
— Достаточно хорошо зарабатывающий мужчина, которого вы, собственно, ищете, способен оплатить ужин в хорошем ресторане или нанять домработницу. Дети, к сожалению, чаще всего забава для женщин, как и любовь. Мужчина хочет, чтобы с ним игрались и его любили, как только вы рожаете детей, вы перестаете это делать… ВЫ, женщины, становитесь матерями. А с мамой никто не хочет секса. У нее хотят жить, вкусно кушать, быть чистым, иногда советоваться, но секс — нет. Тогда мужчина идет налево.
 
Я уставилась на него, как на извращенца. Человек, который должен был помочь мне, говорил какие-то дикие вещи, да еще никак не связанные с моим восприятием мира.
— Вы так говорите, словно мужчинам вообще не нужна семья…
— Вы повторяетесь, я повторюсь тоже. Не нужна… нам нужны секс и работа… нужны секс и война… нужны секс и новые горизонты.