Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– Эй! Я из разведки, не стреляйте.
– Иди на нас.
Из темноты показались двое, от них разило спиртным. Разглядели Игоря.
– О! Фриц заблудился! Ты, немчура, пистолет брось и лапки вверх!
Спорить с боевым охранением не стоит. Игорь пистолет бросил. К нему подошел боец и с размаху дал в ухо. Вот это он зря! Игорь подсечку сделал, свалил бойца, заломил руку. Тот взвыл от боли.
– Ах, ты, сволочь немецкая! Да я тебя! Леха, ты что стоишь? Стреляй гада!
А ведь пальнет сдуру. Кто же их на пост пьяненькими выпустил? Или уже здесь успели выпить. Размышлять было некогда. Игорь из положения лежа ударил ногой второго под колено. Тот не удержался, упал, дернул за спусковой крючок. Автоматная очередь вверх пошла. Игорь на бойца кинулся, автомат из рук вырвал, а уже первый поворачивается на бок, автомат из-под себя тянет. Игорь отобранный автомат приставил ко лбу.
– Шевельнись только, дурные мозги вышибу! Ты что же, скотина пьяная, делаешь? Я предупредил, что из разведки. Из чужого тыла выхожу, а ты, тварь, водку жрешь на посту?
И врезал прикладом по загривку. Не сильно, только для острастки. Автомат у лежащего забрал, поднял с земли пистолет. А на выстрелы уже взводный бежит, за ним два бойца.
– Кто стрелял?
– Я, старшина Катков, армейская разведка.
– А почему бойцы без оружия?
– Отобрал, пьяные. Их под трибунал надо, едва не застрелили.
– И правильно бы сделали. Ты в немецкой форме.
– Я предупредил, что из разведки. А этот драться стал.
Игорь показал пальцем. Пьяный в боевом охранении, это ЧП. За такое под трибунал и срок или штрафная рота. Причем по полной достанется взводному – отсутствие дисциплины в подразделении, моральное разложение. Взводный сразу сообразил, чем пахнет.
– Ты и ты – на пост, – ткнул пальцем в бойцов, что прибежали с ним. – А вы оба ко мне в землянку.
Отвел Игоря в сторону.
– Старшина, давай замнем. Ты возвращаешь оружие и забудешь досадное недоразумение.
– Забыть могу, если не повторится больше. Представь, я из-под Берлина иду. И не гулять ходил. А твои пьяницы по дури застрелить могли. Тогда им расстрел, а тебе, взводный, штрафбат.
– Все, все. Не уследил. Стырили где-то трофейную выпивку. Ты прости, старшина. Войди в положение. Взрослые мужчины, как накажешь, если они на передовой, шкурами рискуют ежедневно. В мирной жизни дал бы наряды вне очереди, сортиры чистить. А здесь?
– Своди на экскурсию в штрафбат, в тылах армии стоит. Пусть поговорят со штрафниками, глядишь – пить бросят.
– Да что я им? Пионервожатый?
– А теперь представь, вместо меня немецкая разведка шла. Их бы прирезали, тебя языком взяли?
Лейтенант вытер рукавом пот со лба.
Игорь посчитал свою миссию по воспитанию законченной, вернул автоматы лейтенанту.
– Свяжись со штабом полка или дивизии, мне в разведотдел армии надо.
– Сей момент, в лучшем виде. Идем.
А дальше по накатанной. Землянка, звонок, машина. Вышел Игорь не там, где думал. Отклонился на пяток километров южнее. Вот что значит без карты и компаса идти.
Майор Гуков был в кабинете, несмотря на ночное время. Игорь и раньше поражался – когда майор спит? И днем и ночью на служебном посту. Игорь доложил о выполнении задания.
– Поподробнее.
Игорь рассказал о маршруте, показал на карте, об увиденных воинских частях немцев, о штурмовке наших «Илов». В конце добавил, что мотоцикл пришлось бросить.
– Не жалей! Скоро вся Германия будет нашей, а ты о мотоцикле. Хотя нет, западную часть придется под американцами и англичанами оставить.
– Обманут союзники, не верю я им.
То, что обманут, Игорь знал точно. Майор не согласился.
– Как империалисты могут обмануть товарища Сталина? Чушь! Ладно, задание выполнил, можешь отдыхать.
Не успел майор договорить, рядом с домом разведотдела послышалась частая беспорядочная стрельба. Причем били и немецкие автоматы и наши «ППШ». Игорь, а вслед за ним майор бросились к выходу. У порога убитый часовой, по двери бьют пули, щепки летят. Игоря и майора спас поворот коридора, за стеной укрылись. Игорь к окну бросился, створки распахнул, выпрыгнул. Находиться в коридоре опасно. Если нападающие забросят гранату, обоих посечет осколками.
 
Происходило что-то непонятное, стрельба со всех сторон. Со стороны дома, где располагался разведвзвод, ожесточенная стрельба из «ППШ» в десяток стволов. Из окна, вслед за Игорем, выбрался Гуков. Оба пистолеты достали. Гуков сказал:
– Или недобитые немцы из нашего тыла к своим пробиваются, или вервольф.
Вервольф – специально оставленные в нашем тылу местные жители, зачастую подростки, оборотни. Их снабжали оружием, во главе – опытный инструктор, зачастую из СС или разведки, для диверсионных действий. Днем живут как все, не вызывая подозрений, а по ночам режут телефонные линии, взрывают мосты, минируют дороги, расстреливают одиночные автомашины. Немцы явно брали пример с советских партизан.
Из-за угла дома выбежал немец, причем в форме. Оба разведчика выстрелили из пистолетов. Немец рухнул. Стало быть – не вервольф. Те в гражданской одежде.
Игорь сразу к убитому пополз, оружие забрать. Пистолет хорош только для ближнего боя, на дистанции пять-семь метров, а лучше почти в упор, скажем, в траншее вражеской или при штурме боя. Подполз. Опа! Не МР-38/40 у немца, а «Штурмгевер-43», новейшая штурмовая винтовка, как ее назвали немцы. Очень похожа на автомат Калашникова, который появился в наших войсках позже, но конструкции абсолютно разные. Игорь с убитого ремень снял, на себя надел, а еще подсумок с магазинами, почувствовал себя увереннее. Сзади шорох, это Гуков подобрался.
– Не верфольф, стало быть, прорываться будут.
Вервольфовцы в затяжные бои не ввязывались. Выучки нет, да и группы малочисленны. А этих, что на прорыв идут, много, не меньше роты. Справа две гранаты хлопнули, по звуку – немецкие «колотушки», затем стрельба очередями. Ночь, темно, видимость – на несколько шагов. Гуков распорядился:
– Будь здесь, я на другой угол. Стреляй по вспышкам и звуку!
– Есть!
У немецких автоматов звук другой, «Папаша» частит, темп высокий, а кроме того, стоит компенсатор, вспышка выстрела характерная – вверх и в обе стороны. А с винтовочными выстрелами особенностей нет, не различить. Игорь знал, что у разведвзвода винтовок нет. Поэтому, как громыхнул выстрел винтовки, стрелка засек, сразу дал очередь. Несколько секунд тишины, потом из темноты возникли две тени. Игорь очередь дал, почти в упор. Люди упали. Сзади шорох, Игорь подумал – Гуков. Обернулся – а в трех шагах немец. На Игоре немецкая форма, снять еще не успел, в руках «Штурмгевер», оружие редкое даже для немцев, в первую очередь поступало в войска ваффен-СС. Немец принял его за своего, иначе лежать бы Игорю в чужой земле. И подобрался незаметно, видимо, звуки выстрелов заглушили шаги.
– Камрад, ты из группы Шоймана? – спросил немец.
– Нет, из моей части нет никого.
– А где гауптман?
– Не видел.
– Я перебегу, ты прикрой, – попросил немец.
У немца в руке автомат, готовый к стрельбе, а Игорю, чтобы немца застрелить, еще развернуться надо. Игорь кивнул.
– Не стреляют, беги!
Немец побежал, а Игорь очередь в спину ему всадил. Вот повезло! От другого угла, где майор был, два выстрела, потом крик. Игорь туда побежал. Рядом с майором убитый немец, а другой сидит на лежащем Гукове и кулаками разведчика молотит. Немец здоровенный, телом крупный. Игорь очередь в немца дал, тот на майора рухнул. Гуков хрипит:
– Сбрось его!
Игорь немца за руку схватил, стащил с майора. Тяжеленный фриц, за сто килограмм точно. Гуков поднялся, отдышался, по лицу рукой провел, ладонь липкая от крови стала.
– Не пойму, моя кровь или немца?
Игорь магазин на винтовке поменял. Слева вспыхнула ожесточенная стрельба, мелькали тени. Игорь майору приказал:
– Ложись!
Сам упал и по вспышкам, по теням стрелять начал. И почти сразу тишина. Со стороны дома разведчиков крик: