Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– Если не будет против Вирт, – осторожно заметил Варда.
– Я беседовал с ним, вождь не возражает. Поэтому готовьтесь. Тот, возьми шлем, в нем ты выглядишь неотразимым.
Здоровяк расплылся в улыбке.
Вечером, после ужина, Никита подсел к Иде:
– Готовится новый поход, я хочу познакомиться с гиперборейцами.
– Сначала надо их найти.
– Пойдешь со мной? Послезавтра отплываем.
– А как же Адель?
– Она останется здесь, в моем доме.
– Согласна, с тобой я пойду хоть на край земли.
– Похоже, именно на край земли мы и поплывем.
Как-то не понравился Никите ее ответ, было в нем личное.
Уже в сумерках к Никите в избу пришел Варда.
– Что случилось?
– С нами в поход просится один из рыбаков.
– Кто?
– Кван.
– Он же еще подросток, ему четырнадцать едва минуло.
– Зато с лодкой управляется не хуже взрослых мужчин.
– Иди с ним к Вирту. Если вождь даст добро, возьмем.
Похоже, новость о предстоящем походе уже узнали все в племени. С утра к дому Никиты потянулись люди. Кто-то принес тряпицу с сушеными фруктами, другие – плетеную из прутьев корзину с вяленой рыбой. Один из охотников принес шкуру непонятного зверя, вроде козлиной.
В конце дня Никита разобрал подношения. Кое-что брать с собой было нельзя: не все продукты могли перенести путешествие, какое-то время спустя ими можно было отравиться.
Утром вся команда взялась переносить груз в лодку. Им бросилось помогать все племя.
И вот уже лодка готова к отплытию.
В этот момент пожаловал сам Вирт.
– Молю всех богов, чтобы поход ваш был удачным. Не рискуйте понапрасну. Знаю, что ты осторожен, Никита, но все же напоминаю.
Все забрались в лодку, и несколько атлантов легко столкнули ее в воду.
Люди на берегу размахивали руками.
Чрезвычайно гордый оказанным доверием, подросток Кван поднял парус, и лодка заскользила по волнам. На ее носу устроился Варда, а Кван сидел на корме с рулевым веслом. Тот, Ида и Никита уселись на лавке почти в центре, под парусом.
Шли в сотне метров от берега. Так невозможно сбиться с курса, да и в случае опасности можно быстро пристать к берегу.
– Пробки для ушей взяли? – спросил Никита.
Ида покраснела.
Пробки прихватили все, кроме Квана.
– Варда, что же ты не предупредил рыбака?
– Запамятовал. Но как только сойдем на берег, сам выстругаю, – клятвенно пообещал охотник.
К вечеру они прошли вдоль берега, откуда гнались за ними две пироги с воинами. Их снова заметили, и несколько мужчин выбежали к урезу воды. Однако, приметив в лодке женщину, они тут же разбежались. О, не зря Ида старалась!
К берегу пристали уже в сумерках. Варда сразу обследовал близкий лес и вернулся с двумя деревянными палочками-пробками для ушей Квана.
Еда на вечер у них была, и потому, поужинав, улеглись спать: Ида на шкуре, мужчины – на земле. Один Кван устроился в лодке – так ему было привычнее.
На следующий день они миновали разрушенное селение сирен. Тишина и безмолвие владычествовали там, и только обожравшиеся грифы-стервятники лениво перелетали с места на место.
При виде селения Ида заплакала: слишком свежи были воспоминания, слишком сильно они бередили душу. Может быть, Ида и хотела бы пристать к берегу, походить по селению, вспомнить своих подруг, но ее явно отпугивали многочисленные грифы-стервятники. Да и Никита не горел желанием делать здесь остановку. Не стоило беспокоить духов безвременно ушедших из жизни, обитателей этого последнего пристанища.
А дальше потянулись берега незнакомые.
Через несколько километров местность оказалась безжизненной – ни птиц, ни зверей. Все деревья были сломаны, повалены, причем лежали вершинами в одну сторону. Путники приближались к эпицентру взрыва одного из крупных осколков метеорита – ведь Никита ясно видел, как раскололось на несколько частей небесное тело. Самый крупный осколок, ядро, пронесся дальше, за горизонт.
Зрелище было угнетающим, а потом и вовсе апокалипсическим: выжженная, без травы и деревьев земля, тишина и пепел. Жутковатая картина – как после ядерного взрыва. Выручало то, что под парусом шли быстро.
 
Постепенно на месте пожарища стали появляться островки целой травы, потом – сломанные, но не сгоревшие деревья, и только к вечеру путешественники увидели нетронутый лес.
По прикидкам Никиты, кусок упавшего метеорита фактически уничтожил все живое в диаметре полусотни километров. Им тогда еще повезло, что они не успели пройти дальше, к самому эпицентру, – тогда бы от их тел остались только обгорелые головешки. Никиту передернуло.
На ночевку они остановились на берегу, к воде близко подступал лес. Поужинав, улеглись спать: Кван в лодке, остальные – на берегу.
В середине ночи Ида разбудила Никиту.
– Тут кто-то есть, – прошептала она ему на ухо.
Никита прислушался – полная тишина. И глаза к темноте уже успели адаптироваться, что-то видели. Только смотреть было не на что: берег, деревья и – никакого движения.
– Я ничего не вижу и не слышу, – прошептал он в ответ.
– Я его чувствую. Чужой рядом, он изучает нас.
– Где он?
– Между нами и лесом.
Никита всмотрелся. Что-то неосязаемое, почти невидимое сдвинулось. Когда это «нечто» стояло, заметить его было совершенно невозможно, но когда оно двигалось, изображение за ним становилось нечетким, смазанным, похожим на мелкие квадратики – как при глюках цифрового изображения на мониторах.
Черт! Арбалет в лодке, а Варду будить не хотелось. Проснется, говорить начнет и вспугнет невидимку. Непонятно только, друг это или враг, и как ему удается достигать невидимости? Тело такое или он использует хитрую накидку? Во времена, когда Никита жил в XXI веке, такие накидки были изобретены. На самом деле они часть видимого спектра поглощали, а часть – отражали. На такой накидке было изображение близлежащей местности, она просто сливалась с нею, как маскировочный халат. Но халат имел один незыблемый рисунок. Если расцветка была для осеннего леса, в пустыне человек в таком маскхалате будет виден, а в накидке – нет, она приспосабливается к пейзажу.
Для путников разница большая. Если это накидка, то она – продукт высоких технологий, и существо, ее надевшее, – из развитого народа. Но если тело прозрачное, то это может быть даже животное – имеет же простейшая медуза почти прозрачное тело?
Никита потянулся рукой к Варде – надо слегка его толкнуть. Охотник спит чутко, но неожиданно для Никиты Варда прошептал:
– Я не сплю, я вижу его.
Просто здорово! Варда еще раз подтвердил, что он настоящий охотник.
– Попробуй достать его из пращи.
За луком и стрелами тянуться надо – «нечто» может исчезнуть.
Но, видимо, Варда уже сам достал пращу и ждал только сигнала Никиты или враждебных действий неизвестного существа.
Лежа Варда раскрутил пращу. Запел рассекаемый воздух, и камень полетел в цель. Раздался явно слышимый удар и вскрик неизвестного. Дрожащее изображение сдвинулось в сторону, потом переместилось к лесу. Как будто сами собой раздвинулись кусты, явно обозначилась фигура, тут же слилась с темной ночной зеленью и исчезла.
– Кто-нибудь из вас видел раньше нечто подобное?
Варда пожал плечами, Ида отрицательно качнула головой.
Никите стало интересно.
– Варда, как ты понял, что здесь чужой, почему проснулся?
– Невидимка прошел рядом. Ветра нет, а лицо ощутило движение воздуха. Я сплю чутко, проснулся.
– А ты, Ида?
– Он почти невидим – если только приглядеться. Но у него есть запах. Каждый человек имеет свой запах. От Варды пахнет кровью добытой дичи, их страхом. От Тота тупой силой – уж извини, Тот.
– Он спит и не слышит. А от невидимки?
– Я пока не разобралась, чем. Сложный запах. Просто я спала и ощутила, что рядом кто-то есть. Это нечто двигалось, причем рядом, и запах перемещался вместе с ним. Вы все пахнете не так, и если бы запах был привычным, я бы не насторожилась. И еще: не знаю, как объяснить, это просто нелепо, но мне показалось, что невидимка пытался проникнуть мне в голову, прочитать мои мысли.