Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– Завтра…
Никита не дал ему договорить:
– Завтра уходим.
– Но почему? Мне здесь понравилось.
– Не думаю, что твое появление очень понравилось вождю Эрику. Как ты думаешь, ему нужен конкурент?
– Я не претендую на трон, если он у него есть.
– Бог должен снизойти до народа и уйти. Тогда ты будешь хорош и твоего повторного явления будут ждать.
Тот что-то пробурчал и улегся спать.
Утром, когда в селении началось движение, троица вышла на площадь. Они перекусили оставшимися фруктами и откланялись.
Пару километров их сопровождала свита из воинов, но на границе своих земель они остановились и попрощались.
Едва они немного отошли, Никита скомандовал:
– Привал!
– Так мы же не устали, – удивился Варда.
– У каждого есть нож. Срезайте ветки, делайте небольшие пробки. Только обстругайте их гладенько.
– Зачем?
– В уши воткнуть! – рявкнул Никита.
– Мы же услышать ничего не сможем, – возразил Тот.
– Для того и делаем. Выполняйте!
У Тота пробки получились больше размером, чем для бутылки шампанского.
Никита усомнился:
– А войдут?
– Должны.
– Вставь, только осторожно.
Тот попробовал и захихикал.
Никита громко крикнул и жестом показал – вытащи пробки.
– Ну как? Слышно?
– Едва-едва.
– Держите их при себе, рядом.
– Объясни толком, для чего?
– Ну хорошо, слушайте. Мы вступили на землю, где живут сирены.
– Поподробнее, я не понял, – попросил Варда.
– Сирены – это женщины такие. Поют сладко, с собой путников уводят – в рабство. А вот оттуда никто не возвращался.
– Убивают, что ли? Да я их! – Тот схватился за рукоять меча.
– Ты не понял. Когда они начинают петь, ты становишься послушным, теряешь волю и не можешь сопротивляться. Фактически – попадаешь в сладкий плен, причем навсегда.
– Точно! Я видел, как змеи гипнотизируют своих жертв, и те сами в пасть змеи лезут.
– Вот же подлые твари! – возмутился Тот.
– Ты про змей?
– Нет, конечно – про сирен этих.
– В случае чего, если я скажу закрыть уши – выполнять без промедления. И руками покажу на всякий случай.
– Я их побаиваться начинаю, – как-то неуверенно сказал Тот. – Ящеров не боюсь, врагов разных – с ними сражаться можно. А этих… – Воин махнул рукой.
– Земли их не так велики, думаю – за день пройдем.
– Может, к себе повернем, назад? Что-то я по своему племени соскучился.
– Пройдем эти земли, сделаем круг – и к себе. Если все хорошо будет, через неделю будем дома.
– Ладно, уговорил. А как эти сирены выглядят? Я их узнаю?
– Сам никогда не видел, но, говорят, похожи на обычных женщин.
– Я думал, что они с клыками, страшные, на руках когти и людей едят.
– Кто их знает, может, и едят. Ты вон какой здоровый, тебя им надолго хватит, а мы за это время убежим, – пошутил Никита.
Однако Тот шуток не понимал и насупился. С юмором у атланта вообще были проблемы. Вот если кто-то упадет или в грязи измажется, тогда смешно. А что смешного в том, что тебя съедят?
После инструктажа они пошли дальше. Со слов слепца, сирены находили своих жертв днем, ночью они никому не показываются. Силу голоса теряют, что ли?
Никита хотел посмотреть на побережье и забраться в земли трехглазых. Кто они такие? Могут ли быть союзниками? Есть ли у них что-либо полезное? При везении, если у них есть лодки, можно по морю вернуться домой – чего ноги попусту бить?
Через час они вышли к перекрестку дорог. Рядом, на пеньке сидела дева – молодая, красивая, в одной набедренной повязке. Увидев троицу, она улыбнулась лучезарной улыбкой, и глаза ее засияли радостью, как будто она встретила близких людей.
– Не хотите ли присесть, путники? Отдохните, а я вам спою.
Черт, никак сирена? Никита их представлял как-то по-другому. Он тут же крикнул спутникам:
– Пробки! – И сделал руками жест. Сам тут же воткнул в уши деревянные пробки.
А дева вытащила из-за спины маленькую лютню в локоть размером и, начав перебирать струны, запела. Может быть, и хорошо запела, но Никита ее не слышал.
Бросить ее и уйти? Может привязаться, преследовать. Убить? На чужой земле кровопролитие без причины кончится плохо. Никита не забывал, что в подчинении сирен есть рабы, в том числе – наверняка воины. Мысль пришла – взять ее в заложницы.
 
Он шагнул к деве. Та удивленно вскинула брови, а Никита ударил ее хуком справа, отправив в нокаут.
Тот и Варда только таращили глаза.
Никита разрезал ножом набедренную повязку на деве, скомкал ее и затолкал ей в рот – теперь-то она точно петь не сможет. Спутникам показал жестом – удалите пробки. Спросил у Тота:
– У тебя мешок есть?
– Есть.
– Свяжи ей руки и ноги – и в мешок.
– Связывать зачем?
– Чтобы кляп изо рта не вытащила.
Варда быстро связал сирене руки и ноги веревкой, и вдвоем они затолкали девушку в мешок.
– Тот, на плечо ее возьмешь или в рюкзак?
У Тота и рюкзак из кожи был соответствующих размеров, по вместимости он мог поспорить с экскаваторным ковшом.
– В рюкзаке нести удобнее.
Вдвоем они с Вардой уложили деву в рюкзак, и Тот вскинул его на спину.
– А что ты с ней хочешь сделать? Сиренам отдать вместо себя?
– Ты что, тупой? Это и есть сирена! Молодая только.
– Красивая, – вздохнул Варда, – я бы такую в жены хотел.
– А теперь идем шустро. Всем смотреть за мной, пробки держать в руках.
Они двинулись по дороге. Никита по солнцу определил направление. Только идти пришлось недолго, полчаса.
Навстречу им показалась женщина лет тридцати в хитоне, в волосах ее алел цветок.
Никита подал команду:
– Пробки! – И сам тут же воткнул в уши деревяшки.
Женщина приближалась и вблизи оказалась просто красавицей. Она начала что-то говорить, но все трое ее просто не слышали.
Никита подал Варде знак. Охотник сделал шаг вперед и коротко, без замаха ударил ее рукой в солнечное сплетение.
Женщина согнулась и упала. Сейчас ей было явно не до пения. Конечно, женщин бить нехорошо, даже подло. Но сейчас они самые настоящие враги, вынашивающие одну цель – сделать их, мужчин, рабами. Не бывать такому!
Варда связал женщину, Никита отрезал ножом у нее часть хитона и затолкал импровизированный кляп ей в рот. Главное – заставить ее замолчать. Для сирены ее голос – что оружие для воина.
Никита вытащил из ушей пробки. Как он благодарен слепцу, что тот предупредил его о грозящей опасности!
Сирены выходили на дорогу во всей красе и без оружия. Ничего не подозревающий путник попадал в сладкие сети, как муха в паутину, – и все, самостоятельная и свободная жизнь на том и заканчивалась.
Попутчики Никиты тоже вытащили пробки.
– Никита, ты не преувеличиваешь опасность? Что они могут нам сделать? Они так красивы, – засомневался Варда.
– Хочешь попробовать на себе действие их голоса?
– Нет, я послушаюсь тебя, – сразу пошел на попятную Варда.
– Тот, сможешь нести двоих?
– Конечно, они вдвоем весят меньше, чем ты один. А помнишь, я даже бежал, неся тебя на плечах?
– Тогда и ее в мешок.
Тот не выказал удивления. Никита в походе старший, а воин привык исполнять приказы.
Однако дальше идти не пришлось.
На дороге показалась группа мужчин – явно с агрессивными намерениями, поскольку с добрыми не ходят с дубинами на плече. Да и выражение их лиц не сулило ничего хорошего.
Мешок с женщинами лежал у ног Тота, и воин, завидя группу врагов, схватился за рукоять меча.
– Будем драться?
– Подожди. Оба – пробки в уши.
Варда и Тот исполнили приказ.
Никита развязал горловину мешка и вытащил из него последнюю из женщин.
– Я не знаю, понимаешь ли ты мой язык. Если нет – тебе же хуже. Это ваши идут?
Женщина посмотрела, кивнула. Уже хорошо, можно общаться.
– Сейчас я закрою уши и вытащу у тебя изо рта кляп. Хочешь – пой, хочешь – говори сладкие речи, мне все равно. Но они должны уйти. Не исполнишь – отрежу тебе язык или голову. А дикарей ваших с дубинами мой бог войны перебьет без всяких усилий. Я пришел не воевать, мне с моими друзьями нужно просто пересечь ваши земли. На рубеже, где они заканчиваются, я вас отпущу. Ты поняла?