Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

К селению мчались охотники, только теперь уже не так быстро – выдохлись. Они все приближались, и, когда до краснокожих осталось полсотни метров, Никита крикнул:
– Разбегайтесь в стороны! – и развел руки в стороны, дублируя сигнал – вдруг не расслышали. Сам же приник к трубке прицела.
Червь застыл на секунду, когда охотники прыснули в разные стороны, и в это мгновение Никита нажал на пуск. Щелкнула тетива из высушенных и скрученных жил, и стрела, сорвавшись, попала точно в голову червя – или что там у него?
Червь издал запредельно высокий, очень сильный визг – такой, что у людей заложило уши, и замотал из стороны в сторону передней частью туловища, одновременно ударяя хвостом о землю.
– Сдохни, сволочь! – закричал Никита, торжествующе вскинув руки.
Червь бился в агонии несколько минут, взрыв своим хитиновым телом землю вокруг себя – как стадо кабанов у дуба во время кормежки желудями. Но вот визг стих, и он упал.
И тут нахлынула страшная вонь. Червь просто невыносимо смердел. Странно, ведь Никита был с ним рядом, пока он был жив, но удушающего запаха не было. Воистину скунс пахнет лучше.
Охотники и Никита зажали пальцами носы. Они поняли, что если оставить червя здесь, он провоняет собой всю деревню.
Один из охотников набросил убитому червю веревку на хвост, затянул ее петлей, и все четверо впряглись. Куда там! Червь даже не сдвинулся с места. Нужны были еще люди.
Охотники пошли к рыбакам на берег моря – их лодки уже причалили.
Никита же вернулся к стреломету. Очень вовремя он его сделал, только не пропитал ядом наконечники огромных стрел. А надо было!
Пока рыбаки и охотники объединенными усилиями тащили к берегу червя, он зашел в свою избу, бросил в пустой горшок несколько кристалликов высушенного змеиного яда и развел его водой.
У разных змей яд разный по составу и действию. Один яд действует на кровь, другой парализует нервную систему жертвы. У него же была смесь – не без основания Никита полагал, что так будет лучше.
Куском веревки вместо кисточки он обильно смазал железные наконечники стрел. Теперь оружие будет эффективнее, и даже касательное ранение приведет к смерти.
И еще одно. В селении не было дозорного, караульного – можно назвать его, как угодно, и Никита поручил быть дозорной девочке Вее. Обе спасенные девочки прижились у него в доме, и он считал их своими приемными дочерьми. Он заботился об их пропитании, одежде, безопасности, соорудил лестницу из жердей, ведущую на крышу.
– Вея, девочка моя, отнесись к поручению серьезно. Как заметишь приближающегося к селению любого постороннего человека, зверя или наших, которые подают сигналы тревоги, сразу сообщи мне, а если меня не будет – вождю Вирту или взрослому мужчине.
– Я поняла.
Девочка была горда серьезным, взрослым поручением. Никита заметил, что женщины более исполнительны, более пунктуальны, чем мужчины. Бог обделил их силой, но не наблюдательностью.
Кроме того, этим же вечером, с согласия Вирта, Никита собрал мужчин. Женщины вертелись неподалеку.
– Вот что, друзья мои. Сегодняшний случай показал, что мы не готовы к внезапному нападению и не можем дать мгновенный отпор. Во-первых, надо выработать условные сигналы, чтобы их можно было подавать издалека. Какие будут мысли?
Сам Никита уже имел предложение, но хотел выслушать других. Ведь охотники и рыбаки тоже были не лыком шиты.
Сразу предложили два варианта. Первый был известен издавна – нужно было зажечь костер, подбросив сыроватых сучьев, и, когда пойдет дым, периодически прикрывать костер – это можно делать курткой. Число прерываний может говорить об опасности. Они уговорились: два дыма – опасность сверху, с воздуха, если угрожает что-нибудь вроде летающего ящера. Три дыма – опасность на земле. Ящер это будет или же, как сегодня, червь – не важно.
Вирт предложил четыре дыма, если появятся незнакомые люди. Они опаснее любого зверя, ведь никто не знает, с добрыми или злыми намерениями они явились.
Вариант устроил всех.
Другой способ – пустить вверх зажженную стрелу – предложили охотники. К сожалению, луков было только два, а рыбаки и вовсе их не имели.
 
Никита предложил подавать сигнал светом. Кузнец может сделать маленькие железные пластины и отполировать их, как зеркала. Стоит охотнику или рыбаку пустить солнечный зайчик, периодически прикрывая его рукой, как сигнал будет подан. В этом был плюс – не надо будет разжигать костер, но был и свой минус: охотникам нужно было взбираться на высокое дерево. И еще: сигнал возможно было подать только в солнечный день.
Они судили-рядили, но в итоге приняли все три способа, здраво рассудив, что одно другому не помешает.
Кузнец кивнул. Ему предстояло сделать несколько десятков пластин, а его подручным – отполировать их.
К слову сказать, когда через несколько дней пластины были готовы и их раздали, произошло нечто необычное.
Пластины были отполированы на совесть, как зеркала, и многие, впервые увидев в них свое отражение, удивлялись и хохотали, показывая его друг другу. Когда же веселье поутихло и мужчины разошлись по своим делам, к кузнецу заявились женщины с требованием сделать для них такую занятную и полезную вещь.
Ни Вирт, ни Никита, ни кузнец не ожидали такого ажиотажа среди женщин – ведь пластины делали как инструмент для сигнализации. Никита лишь ухмылялся: вот из какой древности идет желание женщин покрасоваться собой. Какая женщина, даже современная ему, пройдет мимо зеркала и не посмотрится в него?
Прошло несколько дней, и Никита успокоился. Видимо, происшествие с червем – единичное. Но он понимал, что это наводнение выгнало из-под земли этих подземных обитателей. Ведь всегда после обильного дождя на поверхности земли полно дождевых червей – даже в городах, на асфальте. И названы они так не потому, что любят дождь, а потому, что появляются после него.
Никита возился у нового стреломета, когда с крыши его дома донесся крик Веи. Обернувшись на крик, Никита увидел – Вея рукой указывала направление.
Километра за четыре от их селения, из-за леса вырывались клубы дыма. И это не был лесной пожар, поскольку дым укрывался.
Никита стал считать: один, второй, третий… Потом дым идет столбом – и снова: один, второй, третий. Опасность грозила им с земли, и даже направление было известно.
Никита стал крутить ворот, взводя тетиву, – заранее, скажем вчера, это сделать нельзя. Ни одну пружину невозможно удерживать в сжатом состоянии долго: обязательно сядет закалка, и она ослабеет. А железные плечи лука и являются плоскими пластинчатыми пружинами.
Никита наложил стрелу и притащил еще несколько штук из своего запаса – отравленных. По пути к избе поднял тревогу.
Женщины забрали детей и укрылись в избах. Несколько мужчин, занятых другими работами, выбежали с оружием в руках. Не важно, кузнец ты или резчик по дереву – отражать атаку, защищать селение обязаны все.
Никита распорядился дать сигнал тревоги. Один из мужчин подбежал к печи и стал прикрывать железной заслонкой выход дыму: это был сигнал для тех, кто не увидел дымы от костра охотников, и ответ самим краснокожим – видим, мол.
Через полчаса к берегу причалили рыбаки на лодках, увидевшие тревожный сигнал, потом прибежали охотники из числа атлантов – они были в противоположной от краснокожих стороне.
Пока врага не было видно, однако напряжение нарастало.
И вот сначала они услышали треск сучьев, а потом увидели, как раскачиваются верхушки деревьев. Но ветра не было, и всем стало ясно, что по лесу продирается крупный зверь. Ящеры любят пространства открытые или редколесье – ведь они преследуют врага, поскольку большинство из них хорошие бегуны. Так могли ходить динозавры травоядные, скажем – диплодоки, стегозавры или анкилозавры, и Никита ожидал увидеть их, поскольку они живут стадами. Но к великому изумлению его и других мужчин, из леса вышли три мамонта – животные крупнее слонов, с бивнями, обросшие косматой шерстью.