Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
– У меня впечатление, что юрист опытный ее наставляет.
– Догадлив! Есть у нее адвокат, прожженный, но все законы и уловки досконально знает.
– А через девок на нее компромат собрать?
– Пустой номер. Года три назад задержал я одну, как раз из ее окружения. Делу ход не дал, спустил на тормозах. Дело-то выеденного яйца не стоит. А девочка в благодарность информацию начала сливать. Кто был, о чем разговоры шли. Блатные, как выпьют, начинают друг перед другом хвастать, де какой он фартовый, удача воровская сама в руки идет. А через месяц нашли ее в овраге. Два ранения в сердце заточкой. Блатной почерк. Либо выследили, как я с ней встречаюсь, либо сама подругам сболтнула.
– Сурово у вас.
– А ты думал! По сводкам судя, в Балашихе не лучше. Инкассаторов убили, хапнули много.
– Как раз этим делом занимаюсь. Оглоблин-то под чужой фамилией и по ворованным документам инкассатором после отсидки устроился. Убил двоих, свидетели указывают – второй был. Называют Башира.
– Вот за кем ты явился! Залегли они где-то!
– Я думал – у Нинки.
– Она у себя не оставит, слишком много глаз, всплывет. Блатные всех моих оперов в лицо знают. Топтуна бы нам опытного, глядишь – выгорело бы дело.
– В управление не обращался?
– Несколько раз. Говорят – растите свои кадры. А пока новичка вырастишь, его физиономию весь город знать будет. По крайней мере – блатные.
– И все же адресок мне дай.
– Со всем удовольствием, не жалко. Пойдешь все-таки?
– У меня время до вечерней электрички есть, почему не посетить? У тебя фото этой Нинки есть?
– Даже несколько. Сейчас покажу.
Начальник угро в сейф полез, достал несколько картонных папок, отобрал одну, положил на стол.
– Любуйся.
Андрей папку открыл. На первой странице установочные данные и несколько фотографий. Фото разных лет, судя по возрасту. Андрей взял в руки фото.
– Последняя?
– Прошлого года, свежее нет.
Андрей смотрел, отмечая характерные детали. Лицо ничем не примечательное, только глаза нагловатые. Фото в дело вернул.
– Телефон свой дай, – обратился к начальнику угро. – Так, на всякий случай.
– Можешь в дежурную часть звонить, на меня переключат. Или прямой запомни.
Начальник угро продиктовал номер. Андрей мысленно цифры повторил.
– Не прощаюсь, думаю – свидимся сегодня, – поднялся Андрей.
– Только без трупов, – бросил в спину хозяин кабинета.
– Это уж как получится, – пробормотал Андрей уже в коридоре.
Он направился к месту жительства Кудрявцевой. Зачем, почему – сам объяснить не мог. Интуиция? Любопытство оперативника? С помощью прохожих нашел нужную улицу, дом. Решил понаблюдать, устроился в подъезде дома напротив. Все дома на улице одинаковые, двухэтажные, с оштукатуренными фасадами. День рабочий, почти все жильцы на работе, в подъезде его никто не побеспокоил.
Маялся час, пока из дома напротив вышла женщина. Андрей сразу ее узнал. Одета добротно, но не броско. Черная шляпка, черное приталенное пальто по моде, в руке дамская сумочка.
Пару минут постояв, как будто в раздумье, направилась направо. Перед перекрестком обернулась. Проверяется, опытная. И вроде не специально. Со стороны глядя, никто не подумает. Андрей отпустил Нину метров на пятьдесят, шел то по одной стороне улицы, то по другой. В спину Кудрявцевой не смотрел. Некоторые взгляд в спину чувствуют, не насторожить бы.
Через два квартала она повернула, прошла еще немного и зашла в единственный подъезд трехэтажного дома. Андрей прочитал название улицы на табличке углового дома. Потом номер дома. Недалеко телефонная будка была. Набрал номер милиции, благо для этого монеты не нужны. Не потому, что крохобор, а просто не было нужной денежки.
– Дежурный отделения милиции старшина Ревякин.
– Можно соединить меня с начальником уголовного розыска?
– Минутку.
В трубке щелчки, шорохи, потом голос:
– Угро, Воинцев у аппарата.
– Это…
– Я понял, говори.
– Пробей дом номер тридцать один по Калинина. Нет ли там малины?
– А чего пробивать? Все гадюшники в городе я знаю. Чист твой адрес. А почему интересуешься?
– Одна профура, тебе известная, туда вошла.
– Мало ли – знакомую навестить.
– Не исключено, спасибо.
Едва Андрей закончил разговор, Нина вышла из дома. Деловой походкой направилась к центру. Андрей за ней. Кудрявцева зашла в продмаг. Андрей стоял поодаль. В магазине она может его «срисовать». Не было женщины долго. Андрей беспокоиться стал – не ускользнула ли она через задний ход, имея знакомую продавщицу? Нет, вышла, в обеих руках нагруженные авоськи. Виден хлеб, бутылка водки, бумажные пакеты. Зачем столько снеди? Как на хорошее застолье. Нина направилась к знакомому дому на Калинина. Андрей раздумывал недолго, быстрым шагом по другой стороне улицы опередил Нину, вошел в подъезд. Знать бы еще, на каком этаже квартира? Устроился на втором. С его площадки и первый этаж просматривается, и третий. Вошла Нина, Андрей к стене отпрянул. Но она подниматься не стала, постучала в дверь. Причем явно условным стуком. Три раза, промежуток, еще два стука, промежуток, и еще три раза. Дверь открылась, мужской голос произнес:
– Где тебя так долго носит?
Нина вошла в квартиру, дверь закрылась. Так, в квартире есть мужчина. Прячется от посторонних глаз или после бодуна не в силах до магазина добрести? Факт интересный. А как узнать, кто там? Может, уголовники местные, скажем – каталы, от игры оторваться не могут, фарт пошел. Пока он раздумывал, что предпринять, из квартиры вышла Нинка. Уже без авосек, и вид довольный. Пусть себе идет, сама по себе она ему не интересна. Для него сейчас важно – кто в квартире. Всякая шушера – карманники, каталы – его не интересовала. Посмотрел на часы – пятнадцать часов шесть минут. Во сколько же последняя электричка?
Решил действовать нагло и нахраписто. Вытащил револьвер, крутнул барабан, все патроны в каморах. Вернул оружие в карман. У него револьвер самовзводный, так называемого офицерского образца. Перед выстрелом можно не взводить курок. Нажал на спусковой крючок, и выстрел. В таком случае усилие на спуске большое, точности никакой, но если придется стрелять, то дистанция метр-полтора, не промахнешься. Спустился вниз, встал у двери. Глазка нет, как в Москве в богатых квартирах.
Постучал, как Нинка, условным стуком. Те, кто внутри, могут подумать, что женщина вернулась. Так и случилось. Щелкнул замок, дверь начала открываться.
– Забыла что-нибудь? – спросил мужчина и осекся, увидев Андрея.
В прихожей, как и на лестничной площадке, полумрак, но Андрей его сразу узнал. Фото из архивного дела помогло. Постарел, под глазами мешки, наверное – от пьянки. Секундная заминка. Башир, как звали уголовника, ожидал Кудрявцеву, а перед ним незнакомый мужчина. Андрей, в свою очередь, вовсе не ждал увидеть Юмашева. Уголовнику он незнаком, поэтому сказал:
– Санитарная служба! Клопы, тараканы есть?
От неожиданного вопроса Башир растерялся. Внутренне он мог ожидать Кудрявцеву, даже милицию. А тут санитарная служба. Башир повернул голову, крикнул в квартиру:
– Санитарная служба, спрашивают про клопов и тараканов.
– Гони в шею. Нет у нас.
Башир повернулся к Андрею. Но тот времени даром не терял, успел выхватить «наган» из кармана. Юмашев замер. От его лица до ствола – пядь!
– Ты… ты… ты… – Башира заклинило.
– Тс! – приложил палец к губам Андрей. – Сколько человек в квартире? Пальцами покажи.
Юмашев осторожно, косясь на оружие, поднял два пальца.
– Иди в квартиру, – прошептал Андрей.
Юмашев кивнул, отступил на шаг и вдруг заорал:
– Атас! Мусора!
В комнате сразу грохот, упал опрокинутый стул. Почти сразу звон разбивающегося стекла. Андрей выстрелил Юмашеву в грудь. Убийц ему никогда жалко не было. Башир завалился на спину. Андрей провел по его одежде левой рукой. Вот он, пистолет! Забрал его, сунул в карман, ринулся в комнату. На подоконнике, собираясь прыгнуть, стоял мужчина. Андрей, не раздумывая, выстрелил дважды. Мужчина рухнул на улицу. В комнате больше никого. Кто-то успел уже выпрыгнуть через окно. Андрей выбежал из квартиры, выскочил из дома. Успел увидеть, как кто-то без верхней одежды забежал за угол. Андрей рванулся за ним. На тротуаре застыли остолбеневшие прохожие. Такое не в каждом кино покажут. Сначала из окна, разбив его стулом, прыгает мужчина, потом стрельба, еще один падает. Какая-то дама закричала: