Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
В правый карман брюк он сунул «ТТ», в левый – запасную обойму. В наружный карман ватника – для полного антуража – чекушку.
Контролер у входа в метро еле пропустил его:
– Чего пристала, тетка? – возмутился Андрей. – Вот мой билет, да и тверезый я. Вишь, со смены еду. Что же мне, пешком идти?
Придраться контролеру было не к чему. Не пьян, к пассажирам не пристает, матом не ругается.
– Иди уж, обормот.
Андрей про себя довольно улыбнулся: стало быть, маскарад удался.
По прибытии на улицу Воронцово Поле, остановившись у самого дома, он облил воротник ватника и драный свитер водкой, потом запрокинул голову и сделал из бутылки добрый глоток. Достав из кармана луковицу, пожевал ее. Лук попался злой, ядреный – аж слезы потекли.
Вот теперь образ закончен. Все, что он сейчас сделал, было как последний штрих, как мазок в завершение картины.
Шедшая мимо прохожая, учуяв запах спиртного, обошла Андрея брезгливо:
– Фу!
Андрей дохнул в ее сторону:
– Какая фифочка! За станок бы тебе или в коровник! Нос она воротит! Тьфу!
– Хам неумытый! – взвизгнула дама и постаралась побыстрее уйти – от такого всего можно ожидать.
Андрей еще раз убедился, что выбрал правильный путь.
Он зашел в подъезд и поднялся на площадку между третьим и четвертым этажами. Коллекционер жил на четвертом этаже, и его дверь была отлично видна.
Андрей уселся на пол и закурил папиросу, хотя курить он бросил еще на фронте. Баловался в школе куревом, по молодости лет и глупости полагая, что папироса мужественности придает, взрослости добавляет.
Однако поскольку папиросой Андрей не затягивался, она погасла. Примяв мундштук, он зажал папиросу в зубах.
Все! Подготовка закончилась.
Громыхнула дверь, и по лестнице стал спускаться сосед коллекционера – чисто одетый, хорошо выбритый, благоухающий «Шипром». Увидев Андрея, он остановился, возмущенный:
– Ты кто такой?
Андрей приоткрыл глаза:
– Живу я здесь! – и икнул.
– Я всех жильцов в подъезде знаю. Нет у нас таких выпивох!
– Ты что, шляпа, в ментовке служишь, чтобы знать? Мой подъезд и мой дом!
Андрей демонстративно выдохнул запахом водки и лука в сторону мужчины. Тот поморщился – запашок был еще тот!
– Дворника сейчас вызову!
– Степаныча? Да мы с ним вместе… – Андрей демонстративно достал из кармана ополовиненную чекушку водки.
Дворника и в самом деле звали Виктором Степановичем, и во время визита к коллекционеру Андрей с ним виделся.
Слова ли о Степаныче мужчину успокоили или времени у него не было, но он повернулся и направился к выходу, покачивая головой. Воскликнув: «О времена, о нравы!» – Он открыл входную дверь и вышел на улицу. Потом долго никого не было.
На пятый этаж поднялась женщина с авоськами, подозрительно поглядела на Андрея, но ничего не сказала, слова худого не проронила.
Еще через час из квартиры коллекционера вышла женщина с собачонкой на поводке.
– Шли бы вы домой, – как-то жалостливо сказала она Андрею. – Жена, наверное, уже заждалась.
Она видела его три дня назад, мельком, – в костюме, чистого, и сейчас не узнала.
– Шла бы ты сама мимо, мышь серая! – И протянул руку к собачонке.
Женщина возмущенно фыркнула и ушла. Испуганная собачка, прижимаясь к ноге хозяйки, семенила рядом.
Очень хорошо, его и в самом деле воспринимают как изрядно подвыпившего работягу.
Видимо, за квартирой, вернее – за ее обитателями – следили. Буквально через десять минут после ухода хозяйки, убедившись предварительно, что она действительно ушла, в подъезд вошли. Судя по звукам шагов – двое.
Поднявшись на площадку третьего этажа, неизвестные на мгновение остановились.
Андрей полулежал на левом боку – так ему было удобнее, в случае опасности, выхватить из правого кармана брюк пистолет.
Неизвестные коротко пошептались, потом поднялись еще на этаж и остановились напротив Андрея.
– Эй, чего разлегся? – Один слегка пнул его ногой.
– Чего тебе? Отдыхаю после смены, имею право! – Андрей выдохнул в сторону незнакомцев. Запах водки, лука и табака убедил их лучше всяких слов.
– Пусть себе лежит. Этот «синяк» и алкаш ничего не вспомнит, когда проспится.
– Это кто «синяк»? Ты сам… – Не договорив, Андрей уронил голову на пол и всхрапнул.
– Тьфу, дерьмо! Живут же такие!
– Брось ты его! Чего время попусту тратить!
– Верно! А еще можно подбросить ему какую-нибудь цацку из квартиры.
– Хитер ты, Ленька! По ложному следу милицию пустим!
Воры – а в том, что это они и есть, Андрей уже не сомневался – поднялись на пролет. Оба натянули тонкие нитяные перчатки. Потом один вытащил из кармана отмычки и стал осторожно ковырять ими в дверном замке. Тот сопротивлялся недолго, щелкнул, и дверь отперлась.
«Пора брать», – решил Андрей. Он выхватил из кармана пистолет и вскочил:
– Руки подняли! Милиция!
Воры опешили: только что на площадке лежал в полубессознательном состоянии алкаш – и вдруг он трезвый и с пистолетом в руке! Перемена была слишком разительна, и воры замерли в изумлении.
Однако растерянность их быстро прошла – оба были калачи тертые. Один сунул руку в карман.
Андрей помедлил. Если у противника нет оружия, стрелять не положено. Но вор оружие не вытащил – он выстрелил прямо через короткое полупальто. Пуля ударила прямо в стенку, обдав известковой пылью.
Андрей дважды выстрелил в ответ. Первый раз – в правое плечо, второй – в коленный сустав.
Пули его достигли цели, бандит заорал и упал. Второй дернулся.
– Стоять, а то рядом ляжешь! – жестко сказал Андрей.
Выстрелы в подъезде грохотали сильно, аж в ушах звенело. Даже если кто-то спал в квартирах беспробудным сном, должны были проснуться.
Вор застыл. Раненый же продолжал кричать от боли и стонать.
– Заткнись, а то я тебя сейчас успокою. Ты, – Андрей стволом указал на стоящего вора, – раздевайся.
– Как – раздевайся, ты чего?
– Считаю до двух. Раз…
Вор скинул куртку и бросил ее на пол. Что-то звякнуло – отмычка или оружие? Судя по ориентировке, раньше эта группа оружие не применяла.
– Рубашку, брюки! – скомандовал Андрей: он хотел убедиться, что у него нет оружия.
– Теперь отойди к противоположной стене.
Вор исполнил приказание.
Андрей поднялся на площадку, обыскал одежду и швырнул ее вору:
– Одевайся.
Затем он перевернул на спину раненого – тот мучительно кривил лицо.
– А нечего было стрелять. С моей стороны – самооборона.
Андрей вытащил из кармана полупальто раненого небольшой дамский пистолет «маузер» и сунул себе в карман. Обшарил его одежду, потом позвонил в дверь рядом.
– Кто? – Голос был женский, испуганный.
– Телефонируйте в милицию, пусть приедут.
– Я уже…
– Вот и молодец.
Теперь оставалось ждать. Наверняка воров ждала машина. Но водитель не глухой, и, услышав выстрелы, он, скорее всего, уехал.
Только через полчаса хлопнула входная дверь подъезда, и, громыхая железными набойками, по лестнице стали подниматься два милиционера, к сожалению – постовые.
Увидев неприглядного вида мужчину, державшего под прицелом пистолета двоих, милиционеры сразу схватились за кобуры.
– Спокойно, – остановил их Андрей, – оперуполномоченный уголовного розыска младший лейтенант Фролов. Мое удостоверение.
Андрей опустил пистолет и левой рукой выудил из кармана удостоверение. Постовые же поднялись, ознакомились с документами.
– Извините, но видок у вас, товарищ оперуполномоченный, еще тот. – Один из постовых потянул носом. – И запах соответствующий.
– Маскировка, сержант. Ведь ты тоже на обманку купился – как и они. Звони на Петровку, пусть высылают машину, экспертов. Скажи – банда задержана, которая картины воровала. Обязательно про картины скажи, не забудь!
– Не забуду.
Щелкнул замок двери, и на площадке показалась женщина.
– Товарищ, – обратилась она к сержанту, – у меня телефон есть.