Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
– Есть охота.
– Что же вы, мужики, все время о брюхе думаете?
– Так на голодное брюхо далеко не уйдешь. Вроде бы я слышал чьи-то обещания насчет кормежки в дороге? – напомнил Саша.
– Да я не отказываюсь, потерпи еще, – вздохнула Таня.
После неудавшегося покушения на изнасилование ей явно не хотелось идти в деревню.
– Ты лесом по опушке иди, – посоветовал Саша. – Так хоть и дальше, зато безопаснее. – Будь на этом месте, чемодан береги, я вернусь, – отозвалась Таня.
– Жду.
Девушка пошла по опушке, Саша проводил ее взглядом, пока она не скрылась между деревьями. Пора оружием заняться. Саша отщелкнул магазин автомата, пересчитал патроны. Всего шесть штук. Негусто! Он достал из кармана трофейный пистолет, вытащил обойму. Патроны такие же, как и у автомата, калибра 9 мм, люгеровские.
Саша опустошил магазин пистолета, дозарядил автоматный. Пистолет – оружие уж совсем ближнего боя, автомат ему сейчас нужнее. Отшвырнул ненужный пистолет на землю. Опять же – все идти легче будет. Начал осматривать чемодан, все равно делать пока нечего. Ага, вот и входное отверстие от винтовочной пули – маленькое, аккуратное. А выходного нет. Попал в чемодан окруженец. Вот только маленькая странность была. Когда пуля в чемодан ударила, вроде как металлический щелчок Саше послышался. Если там архив, то почему звякнуло? И еще странность. На чемоданах с секретными документами, пусть и архивными, должны какие-то пломбы стоять, печати сургучные, на худой конец наклеены бумажки с подписями и оттисками печати. На этом же чемодане не было ничего подобного.
Саша сначала боролся с желанием открыть чемодан и посмотреть содержимое. Ради чего он надрывается? Перед войной, да и после, партийная бюрократия любила засекречивать все, доходя до маразма. Может, и здесь подобные документы?
Не тащит ли он пустышку? Саша решительно положил чемодан, снял с плеча автомат, положил рядом. Присел на колени, поколебался немного, потом махнул рукой, отщелкнул замки на чемодане и поднял крышку. Вот это да! Да в чемодане и не архив вовсе, бумаг нет никаких. Лежат мешочки из плотной брезентовой ткани. Чего же чемодан тяжелый такой?
Саша взял один из мешочков в руку. Горловина завязана шнурком, сургучная печать, рядом бирка. Так, почитаем:
«Ценности, изъятые при обыске 27 января 1938 года у врага народа…»
Саша сразу вспотел. Ни хрена себе архив!
Взял второй мешочек. Тоже тяжелый и на бирке подобная же надпись, только даны другая дата и фамилия. В голове сразу мысль мелькнула. Татьяна – вовсе не сотрудница архива, а наверняка НКВД или какого-то спецхранилища. Не исключено, что банка, куда чекисты могли сдать ценности. Нет, тут он не прав, в банк ценности с такими бирками не сдадут.
Саша еще раз посмотрел на вторую бирку:
«Опись ценностей – дело № 846515, лист 18–19».
Точно, энкавэдэшница, ценности спасает!
Любопытно Саше стало: что внутри? Сломал на одном мешочке сургучную печать с оттиском герба СССР, развязал тесемку, высыпал осторожно на ладонь часть содержимого. Ого! Брошь золотая с рубином, работа явно старинная, царских еще времен. Серьги изумительной работы – резные, в виде двух переплетенных сердечек. Остальное он разглядеть не успел. В спину ему ткнулся ствол.
– Не шевелись, падла!
Саша замер. Досада взяла. Как это он, подготовленный диверсант, увлекся настолько, что не услышал, как сзади человек подкрался? Правду говорят: золото глаза застит.
Пинок чужого сапога отбросил в сторону автомат. Да он бы сейчас и не помог. Пока схватишь его, чужак выстрелить между лопаток успеет. Чужак наклонился вперед, обдав Сашу запахом давно не мытого тела и чеснока.
– Ну-ка, поглядим, что за чемоданчик? О!
Чужак явно увидел ценности в левой руке Саши.
– Рыжья награбил полный чемодан, баба исправная. Гуляй – не хочу! Делиться надо, был бы жив! Это ведь ты, падла, Сергуню замочил на поляне! Думал – от меня уйдешь? Я охотник, от меня ни один зверь не уходил.
Так вот почему он стреляет метко! Но как же Саша не заметил хвоста за собой? Саша едва не застонал. Попасть так глупо! В голове заметались мысли – как спастись? До автомата не добраться. Есть нож на поясе, так в одной руке мешочек, в другой – ценности.
– Где взял-то? – ствол винтовки вдавился в спину.
Окруженец явно был образован, ослеплен золотом. Такого трофея он не ожидал увидеть в лесу.
– Чего молчишь? Чемодан один или еще есть?
Окруженец сам подсказал выход.
– Есть! – процедил Саша. – Еще один чемодан есть.
– Вот и хорошо, вот и славненько! Бабу используем и шлепнем, а где второй чемодан, покажешь, я тебя убивать не стану, так отпущу. Советам конец, немцы скоро Москву возьмут. Кричали ведь – мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути. И где этот бронепоезд? Сгнил на путях! Ты золотишко-то в чемоданчик положи, золотишко, оно к рукам прилипает.
Саша ссыпал ценности с ладони в чемодан, бросил туда же пустой мешочек.
– А теперь подымись и в сторону отойди шагов на пять. И смотри, я стреляю метко!
– Я жить хочу, – глухо сказал Саша, демонстрируя покорность.
Бандит в форме явно мерил Сашу на свой манер – выжить хочет любой человек. Саша оперся левой рукой на чемодан и стал подниматься, покачнулся неловко, неуловимым движением выхватив нож из ножен.
– В сторону!
Саша резко присел, оборачиваясь, и с силой метнул нож в окруженца. В спецназе их учили бросать разные острые предметы, вроде ножа, топора, саперной лопатки.
Окруженец успел среагировать, повел винтовку в его сторону, нажал на спуск. Только нож уже вошел ему в глазницу и точного выстрела не получилось. Пуля ударила в злополучный чемодан, а окруженец упал на спину. Саша осмотрелся по сторонам. Больше никого не видно, только воронье, испуганное выстрелом, поднялось над лесом.
«Из-за чемодана чуть жизни не лишился!» – ругал себя Саша. Он подошел к убитому, пнул его ногой в сердцах. Вытянув из раны нож, обтер его о гимнастерку убитого, вложил в ножны. Добрел до автомата, повесил ремень на шею. Пальцы рук от пережитого мелко подрагивали. Он собрал ценности, ссыпал в мешочек, завязал тесемки. Чемодану досталось две пули. Саша переложил мешочки и вдруг увидел одну странную вещь. Даже очень странную, никак не вяжущуюся с чемоданчиком, войной, 41-м годом. Это была пластмассовая коробочка с экраном.
Коробочка была разбита пулей и теперь явно находилась в нерабочем состоянии. Вещица была знакома Саше, у него в Москве была похожая. И называлась она GPS-навигатор. Фирма-производитель была та же самая, только модель более совершенная. Даже обнаружение золота и схватка с окруженцем не шокировали так сильно, как необычная находка. Саша уложил коробочку в чемодан, прикрыл мешочками. Хлопнул крышкой, защелкнул оба замочка.
Вот это находка! Уселся на чемодан. Сроду не курил, но сейчас бы с удовольствием затянулся. Голова шла кругом. Кто такая эта Таня? Он же о ней ничего не знает, только то, что она сообщила сама, так и наврать недолго. Откуда у нее ценности, откуда взялся навигатор? Он же должен появиться только через шестьдесят лет!
Она не та, за кого себя выдает. Но это не главное. Основной вопрос – она тоже из будущего, как и он? Как она попала в Смоленск? Нет, не то думаю! Куда она тащила чемодан? Как туда попал навигатор? Нет, опять не то. Вот! Вот главный вопрос – может ли она вернуться назад? Знает ли она, как это сделать? А второй вопрос – говорить ли ей сейчас о находке? Про то, что он чемодан открывал, она догадается, увидев труп окруженца рядом. Но ведь она считает его обычным красноармейцем, окруженцем, явно неспособным понять, что такое GPS-навигатор.
Открыться перед ней или пока молчать, смотреть, что она предпримет? От нахлынувших вопросов и мыслей гудела голова. Так интенсивно размышлять ему еще не приходилось. В спецназе подчиняешься приказам командира, на работе – указаниям начальства. Может, спрятать чемодан и заставить Таню объясниться?