"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Товарищи, мне бы хотелось обозначить дату, когда мы сможем запустить реформу? — задал я вопрос Звереву и Голеву.
— Товарищ Сталин, я бы не рекомендовал начинать в этом году. К весне 1947-го года, будет готова нужная масса новых банкнот, вот тогда и объявим обмен, — высказался Яков Ильич Голев.
— Полностью поддерживаю товарища Голева. Есть время ещё раз поработать над защитой новых банкнот, чтобы исключить возможность подделки, — добавил министр Зверев.
  
— Не возражаю. Напомню о секретности данного мероприятия. Нам не нужен ажиотаж среди населения. Я дам указание Маленкову, чтобы он взял под контроль весь список людей причастных к разработке реформы, — согласился я со специалистами финансовой сферы.
Поговорили мы с финансистами о том, что начинаются открываться малые предприятия, которым возможно потребуются займы.
— В феврале назначен на должность руководителя системы Гострудсберкасс Максим Захарович Сабуров, работал в Госплане. Знающий экономист, весной на выборах стал депутатом Верховного Совета СССР, с работой своей справляется. Ему даны все указания и распоряжения. Систему займов мы уже отработали, на крупные суммы будут запрашивать залог имущества, ну и поручительства, — пояснил мне министр Зверев.
— Товарищ Сталин, появилось предложение рассмотреть вопрос безналичных платежей частным предприятиям, — высказался Яков Ильич Голев.
— Ни в коем случае, Яков Ильич. Малые и частные предприятия будут работать только за наличный расчёт, а безналичные платежи пусть остаются между государственными учреждениями, — возразил я.
— Иосиф Виссарионович, безналичные платежи смогут упростить контроль налоговых служб за выплатой налогов, — высказался Зверев.
Я посмотрел на ответственных товарищей и подумал, что в этом времени совсем ничего не знают о такой криминальной схеме, как «отмывка» [177] денег. Нет, возможно легализацию средств, полученных преступным путём, уже освоили, а вот хищение из бюджета точно нет. Такие схемы появятся во времена перестройки при власти Горбачёва, но здесь и сейчас об этом ничего не известно. Как и о самом Горбачёве.
— Есть мнение, что контроль за налогами частников можно вести другим путём. Например, разбить территории и районы мест торговли или деятельности предприятия на зоны. По этим зонам посчитать эффективный вменённый налог. В местах с большой покупательской способностью налог выше, там, где спрос ниже, там и налог ниже. Тогда не придётся налоговой службе заниматься проверками. Есть вменённый утверждённый государством налог. Человек платит, а сколько он на самом деле заработает, пусть будет забота предпринимателя. Что касается безналичных расчётов. Я считаю, что допуск частников к таким расчётам породит новый вид преступления, как отмывание денег, — пояснил я своим собеседникам.
— Простите, товарищ Сталин, отмывание денег? — переспросил Голев.
Министр Зверев тоже смотрел на меня удивлённо.
— Именно отмывание. Если мы допустим такой механизм, то обязательно найдутся умники, которые будут перечислять безналичные средства государства на частника под каким-либо предлогом, завышать стоимость работ. Начнутся хищение народных средств, такого допускать категорически нельзя, — пояснил я своё понимание вопроса финансистам.
По лицам собеседников было понятно, что о таком казнокрадстве они даже не думали. Далее поговорили о защите новых банкнот. Размер новых банкнот мне не нравился, выглядит как портянка, такую не сразу в портмоне сложишь. Потому я предложил взять размер денег несколько меньше, защиту банкнот оставить ту, что уже разработали. Сейчас следовало за несколько лет добиться золотого обеспечения рубля, а позже, лет через десять-пятнадцать провести ещё одну реформу в форме деноминации [178], заодно поработать за это время над защитой банкнот. Ещё один важный вопрос мне удалось понять из доклада Зверева и его пояснений. Сталин, до моего попадания в его тело, планировал подвести рубль к золотому обеспечению и независимости от курса доллара. Кроме этого, повысить уровень экспорта, освободившись от привязки к долларовым ценам. Активно велась работа советских финансистов в направлении создания межгосударственной валюты с золотым содержанием для международных расчётов. Советская валюта вполне могла быть к этому подготовлена. Уже сейчас дипломаты СССР вели разговоры с другими странами, не желающими подчиняться влиянию США. В моей прошлой истории, где я Павел Обухов, проекту дойти до финиша не удалось из-за смерти вождя. Слушая Зверева, я отчётливо понимал, насколько серьёзный шаг собирался сделать Сталин. Мне сейчас остаётся двигаться в этом направлении, так как я сам также считаю, что привязка международной валюты к доллару со временем даст возможность США увеличить своё влияние на весь мир. Нужен противовес в этом вопросе. Почему бы этим противовесом не стать рублю? Хорошо мыслил Сталин, вот и я не буду от него отставать.
К осени 1946-го года стали появляться результаты по вопросу копирования оборудования для НПЗ. Я поражался энтузиазму людей в этом времени. Комсомольцы и коммунисты на заводах оборонной и тяжёлой промышленности провели собрания активов, в результате приняли решение работать две недели в месяц с увеличенным рабочим днём на четыре часа. Как результат были скопированы комплектующие и оборудование по комплектам американских заводов нефтепереработки. В конце сентября 1946-го года министр Байбаков докладывал, что идёт окончание строительства второй очереди на заводах в Куйбышеве и Красноводске. Начато строительство крупного завода НПЗ в Омске. Начата модернизация заводов в Ухте, в Грозном, в Уфе и в Хабаровске. На очереди НПЗ в Батуми и в Херсоне. Готовятся проекты строительства НПЗ ещё в двадцати пяти городах. Копирование комплектующих давало положительные результаты. В своей первой жизни, будучи Павлом Обуховым, я наблюдал как китайцы, копируя различное оборудование для производств очень эффективно толкали свою экономику вперёд. А мы что, хуже китайцев? Ничуть не хуже. И позорного я в этом ничего не видел. Перед нашей разведкой поставлена цель добывать любые данные по развитию технологий в США. Но и своим КБ я не давал прохлаждаться, постоянно требуя от них научные изыскания в разных промышленных секторах.
  
Интерлюдия
 
Москва. Судоплатов и Кузнецов.
Два руководителя достаточно грозных спецслужб, Кузнецов и Судоплатов, договорились о встрече на конспиративной квартире на окраине Москвы, которая снималась ведомством Судоплатова. После мартовского заявления Уинстона Черчилля о начале Холодной Войны против СССР, обоих генерал-полковников вызвал к себе Сталин. Он сначала расспросил о служебных делах, потом заговорил об отношении Западных стран к Советскому Союзу, и под конец беседы разговор пошёл о главном, что и было причиной вызова генералов к Вождю.
— Вы оба в курсе того, какую речь произнёс Черчилль. Здесь нечего добавить, я не сомневаюсь, что ни Великобритания, ни США никогда не были нашими друзьями. Они стали для нас только временными попутчиками в борьбе против фашизма. Раз капиталисты этих стран желают Холодной Войны — значит они её получат. Ваша задача разработать тайные операции на территориях США и Англии. В большей степени это касается вас, Фёдор Федотович, как руководителя ГРУ. Павел Анатольевич принимает участие в полной мере в разработке операций, ну и в меньшей мере в реализации планов, — обратился Сталин к Кузнецову.
  
Далее Сталин начал излагать, что он хочет от генерал-полковника Кузнецова, в том числе от генерал-полковника Судоплатова. В Великобритании по замыслу операции следовало направить террористическую организацию, которая должна вносить беспокойство, переходящее в страх. Такая организация существовала с 1919-го года, носила название ИРА — Ирландская республиканская армия. Но следовало внести некоторые более радикальные коррективы в действия ирландцев. Вторая цель — создание в США радикальной организации чернокожих, которые будут бороться за свои права, но это только официальная часть. Реальные цели куда как более походят на террор. При этом не должно быть никаких следов русских. Нетривиальная [179] задачка. Судоплатов подстраховывался, не хотел, чтобы в ведомстве ГРУ знали о его участии те, кому об этом знать нежелательно. Павел Анатольевич читал доклад от своих следователей по вопросу законности арестов репрессированных, ещё одно задание от Вождя. Но его оторвали от чтения докладной, оперативник сообщил, что в дом, где находилась квартира вошёл Кузнецов. Судоплатов собрал документы и убрал в шкаф. С Кузнецовым предстоял долгий разговор.