"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Услышав имя Юнгера, Борис поморщился. Он не особо жаловал этого вампира. Несколько раз им приходилось сталкиваться в личных интересах, и симпатией друг к другу они не заручились. Напротив. Оба затаились. Борис не сомневался, что при первой же возможности Юнгер открыто выступит против него.
Что ж….Он не против.
Его порадовало, что Майя оказалась не замужем, и у неё не было влиятельного покровителя. Наличие мужа или любовника не послужило бы для Бориса преградой, вызвав лишь небольшие хлопоты, и только. Но его неожиданно согрела мысль, что в данный момент никто не прикасается к телу рыженькой.
  
Она будет его.
Это не обсуждалось.
Он отдал распоряжение, чтобы Егор организовал слежку за замком Юнгера, и при первых передвижениях девушки тотчас сообщили ему. Если она находилась в Вене в гостях, то вероятность её передвижения по городу была высока. Так и оказалось.
Они напали на лимузин, благо замок Юнгера находился за городом, и им никто не мог помешать. Светиться днем, при людях, не особо хотелось, хотя Борис не постеснялся бы и посторонних зрителей. Он и его люди действовали быстро. Перекрыли дорогу двумя автомобилями, прострелили колеса на лимузине и обездвижили водителя. Это заняло не больше минуты. В своей команде Борис держал профессионалов.
Ему не хотелось пугать рыженькую, но по другому не выходило.
Он распахнул дверь и нырнул в салон автомобиля.
И снова его поразило ощущение чего-то родного…до боли знакомого….Стоило оказаться рядом с этой девчонкой, и у него голова переставала соображать.
Чувство смущения, давно забытое им, неприятно поразило его, и он поспешил его скрыть за сарказмом.
Майя от шока потеряла дар речи.
В первое мгновение девушка решила, что на их лимузин напали стригои, и вспомнила пророчество сестры. Она даже не успела испугаться. Лишь промелькнула шальная мысль о том, чтобы её смерть была легкой. Она слышала, что стригои не всегда убивают вампиров и людей, они могут обратить их в таких же бездушных существ, как и они, тем самым увеличив свою численность.
И тут Майя узнала мужчину, который устроил нападение.
Князь Сандровский.
Его сложно было с кем-то спутать.
И снова в её голове промелькнула мысль, что князь Сандровский не лучше стригоев. Добра от него ждать не приходилось.
— Что….что происходит? — охрипшим от страха голосом спросила Майя и постаралась отодвинуться от мужчины, как можно дальше.
— Небольшое похищение, рыженькая. Тебя это устроит? — он улыбнулся, и от его улыбки Майе стало плохо.
— Нет! — вскрикнула она, стараясь взять себя в руки и преодолеть страх, охвативший её. С улицы слышались разговоры, Сандровский был не один, и это напрочь лишало её малейшего шанса на спасение.
— А зря. Мне бы хотелось услышать положительный ответ, — он придвинулся ближе и чуть заметно повёл носом, вдыхая её запах. Его глаза изменились, потемнели и в них появились кровавые точки.
Он желал её.
Сейчас.
Здесь.
— Вы сошли с ума! Вы безумны! — Майя не могла поверить в происходящее. Она старалась взять себя в руки, заставить мыслить логически, но пока у неё ничего не получалось.
В ход её жизни вмешались самым наглым образом, и пока она ещё не знала, как реагировать.
— Ты права, детка, я обезумел от желания обладать тобой. Хоть на этот вопрос ты мне ответишь положительно? — продолжал паясничать Борис и властным движением привлек девушку к себе.
Та зашипела разъяренной кошкой, и у неё показались кончики клыков. Майя разозлилась. У неё сработала защитная реакция. Её слишком часто принижали в детстве и заставляли делать то, что она не желала. Во взрослой жизни она не потерпит подобного обращения с собой!
— Князь Сандровский, немедленно прекратите оказывать на меня давление! Я вам вчера ещё сказала, что не являюсь вашей поклонницей, меня не впечатляет ваша агрессивная сексуальность и репутация злодея!
Брови Бориса наигранно медленно взметнулись к верху.
— Ты уверена, лапочка?
Влечение к этой девушке становилось нестерпимым. Он весь пылал и не собирался анализировать и размышлять, почему это происходит! Он собирался получить, что желал. Время разговоров прошло.
— Более чем!
Майя хотела продолжить возмущаться далее, но ей не позволили.
Безжалостные крепкие пальцы вцепились в её плечи, властно притянули к себе, и жесткие губы впились в её требовательным поцелуем.
Тут не было ничего ласкового или нежного.
Одно подчинение.
И Майя стала сопротивляться. Она понимала, что противостоять силе Бориса Сандровского, всё равно, что попытаться сдвинуть каменную глыбу, но поддаваться отчаянию было ещё хуже.
Он пытался проникнуть языком внутрь.
Она крепко сжала губы.
Он приглушенно зарычал, требуя впустить его.
Она в ответ нащупала свободной рукой трость.
Он сильнее сжал плечи девушки.
Она, больше не медля, щелкнула потайную кнопку на трости, и на наконечнике появился острый клинок.
Он приблизил клыки к нежным губам девушки, давая понять, что при необходимости пустит их в ход.
Она приподняла трость, нацелившись в ногу Борису.
Его напор усилился, и Майя не стала терпеть.
Она отвела руку с целью ударить по Сандровскому, но он перехватил её.
— Я убивал и за меньшее, — прорычал он, откидывая трость прочь.
Его глаза сказали Майе больше, чем слова. В них образовалась пугающая чернота, черты лица заострились, приобрели жесткость, ожог на лице усиливал ощущение неизбежности наказания.
— Не сомневаюсь, — прошептала Майя, чувствуя, как страх снова овладевает её телом. Она зажмурилась, сжалась, приготовившись к боли.
То, что Сандровский сейчас ударит её — она не сомневалась.
У Бориса возникло такое желание. Подчинить, смять, сломать….
Девушка, чьи хрупкие плечи, он держал сейчас в своих огромных руках, была напугана. И сильно. Об этом говорили и её поникшие плечики, и то, как она втянула шею, и поджала ноги. Сделала она это самопроизвольно. Она предприняла слабую попытку противостоять ему, и проиграла.
С ним тягаться было невозможно.
Но Борис медлил.
Медлил, и не понимал, почему это делает.
А потом пришло понимание происходящего.
Запах рыженькой изменился.
В нем появился страх, липкий и вязкий. И помимо страха в нем отчетливо проступила боль. Вернее, ожидание боли. У Бориса было очень чуткое обоняние даже для сверхъестественного существа, он мог учуять запахи, которые для обычного человека были и вовсе не доступны. Он различал оттенки запахов, и, смеясь над собой, поговаривал, что уйдет работать в парфюмеры.
Вот и сейчас, ему не понравилось, что произошло с запахом Майи. Откровенно говоря, ему всегда было глубоко наплевать, что испытывают другие, как они реагируют на его действия и поступки. Существовал он и его эгоистические желания. Он был истинным представителем своего рода. Даже братья, Велест и Игорь упрекали его в излишней жесткости по отношению к другим. Он прислушивался к их мнению, потому что для него семья была единственным весомым фактором в этой жизни.
Но поступал он по-своему.
В голове возникла мысль, что рыженькая отлично знает, что такое боль. Люди, которые просто знали, что существует такое понятие, или испытывали нечто отдаленно напоминающее настоящую боль — не могли источать такой запах.
Майя продолжала сидеть, придавленная его руками. Она даже перестала дышать. И глаза открыть так и не решилась.
Борис грязно выругался.
— А, ну, пошли! — рявкнул он и потянул её за собой.
— Ай! — девушка поморщилась от неприятных ощущений в плече. Но он не оставил выбора, ей пришлось выбраться из машины вслед за ним.
  
На улице, лениво прислонившись к своим авто, стояли ещё трое вампиров. Они не отличались примечательной внешностью — больше походили на военных — с хорошо развитыми фигурами и короткими стрижками. Как только появился Борис, все трое подобрались.