"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Я рванул вперед, но тут же встретился с невидимой преградой, чем ближе я становился к Алагаю, тем тяжелее мне становилось двигаться дальше. А позади донёсся женский голос и я замер на месте, занеся над землей ногу. Я не мог пошевелиться и радовало лишь то, что я мог дышать. Я даже закричать не мог.
— Ну хватит представлений, принц, оно того не стоит. Сейчас будет весело, — с усмешкой проговорила Кирсана и я полностью замер на месте против своей воли. Воздух словно сгустил вокруг, а передо мной медленно и величественно шла в черном платье Кирсана. — А вас, Алагау, я предупреждала, не стоит вредить темным, не стоит мучить будущих учеников, но вы меня снова не послушали…
  
— Послушай меня, Идалия, — скрипя голосом, проговорил старик. — Не лезь в мои дела, для меня не имеет значения что здесь ты по личному приглашению императора, я не пощажу никого…
— Ой, да заткнись ты, — отмахнулась от старика Идалия−Керсана, — Эй, ты там вмоей тени долго сидеть еще будешь?
Тень Идалии Кирсаны вздрогнула.
— Мне интересно, я наблюдал. — прошелестел с ленью молодой мужской голос. — Все же это сильнейший из символистов, руково, руквока… Фуу, язык не поворачивается, главный баран стада баранов.
Из тени светлой ведьмы вырастал мужчина, лет двадцати и в черном потертом кимоно, как у нищих, а в это время Агалау побледнел. Я, как и он, почувствовал силу от молодого, коротко стриженного, бледного и худосочного юноши.
— Как ты выбрался? — прошептал Агалай. — Все пещеры запечатаны, каждое десятилетие я усиливал печати, а сотни монахов нанесли свои имена…
— Давай лучше выясним кое-что более важное, я твой пра-пра или пра-пра-пра-пра? — закрывая солнце ладонью проговорил юноша и начал вытягивать руку к небу, отчего солнце вдруг начало тускнеть. Я взглянул на кучку мастеров и увидел, как они замерли на месте подобно мне, и только их глаза бешено вращались, но вот мастер Иньху медленно, шаг за шагом приближался к нам. Он был единственным, кто не застыл в беспомощности, он боролся, хотя каждый шаг для него и был невероятно тяжелым, но мастер спешил ко мне на помощь.
— Ты, вы… — начал сбиваться Агалай. — Мой пра-пра-пра-пра-пра-прадед.
Парень молчаливо регулировал яркость солнца, которое словно начало тонуть в прозрачной дымке, и только когда сила света его устроила, он игриво погрозил солнцу.
— Яркое какое, смотри, не мешай мне, а то затушу, — слабо улыбнулся парень солнцу и опустил свою руку, затем посмотрел на меня, слегка вздернул бровь и обратился Агалау. — Ну вот что ты, внучок, меня позоришь? Я тут вышел проветриться из пещер, которые создал мой дед, чтобы запереть в них моего отца, с помощью символов которые изобрела моя пра-прабабушка на основе древних символов, так что запирать меня моей же вариацией её символов не стоило. В следующий раз найди в свитках записи моего правнука, у него вышло лучше…
— Я очень рада, что родственники встретились, — усмехнувшись, перебила парня Кирсана. — Но, может, перейдем к делу? Я уже начинаю жалеть, что рассказала все императору…
— Внучок, а мне нравится новый император! Он лучше царствующего в мое время, нашего родственника, — ухмыльнулся темный. — Этот император умней, прошлый был ну очень глупый, хоть и родственник.
— Которого ты убил! — прорычал Алагай и засиял светом. — Зачем ты здесь⁈ Я требую ответа как глава рода!
— Решил провести обучение ордена символистов, — задумчиво проговорил парень, но, кажется, на вопрос главы рода он ответил правдиво. — А то вы совсем измельчали.
— Кто будет учиться у тебя? Ты убийца императора! Зло воплоти! — громко прокричал Агалай.
— Ну, например, он будет обучаться, — ткнул в меня пальцем парень. — А потом весь орден. Грядут тяжелые времена, поверь мне, внучек, грядут перемены. Идущие по проклятому пути просто так не появляются…
— Вы уверены? — дрожащим голосом спросил Алагау.
— Нет сомнений, и эта двуединая с императором со мной согласны, — зевая проговорил юноша. — Да и проверить свой род настала пора. Тебя я видел при рождении, а остальных нет, да и, пусть и временно, я глава рода, и действую в интересах не только императора, но и своего рода.
— Я весь в вашей власти и готов понести наказание, — склонил голову Агалау, почему я не понимал, но чувствовал, что интересы рода для него важнее его собственных.
— А за что наказывать? — удивился парень, — Я пришел помочь, и к слову, испытание над темными должен проводить темный символист, и руна для темного отличается, вот, смотри.
Молодой парень направил на меня руку и в воздухе появилась черная печать, практически копия светлой от Алагау.
— Разница символов в том, что твоя включает символ жизни и света, который проверит слабую тьму, это не только про стихию, но вот против проклятого или даже просто сильного темного твой символ бесполезен, — преподавательским тоном проговорил молодой парень. — Смотри как надо…
Темные символы знаний полетели на замершего на месте меня, не было боли при контакте, не было эмоций, я просто увидел испуганные лица Кирсаны и только подошедшего Иньху, которые начали удаляться от меня с немыслимой скоростью. Я увидел, как проносится мимо меня испуганное лицо прошедшего испытания огневика, что недавно пожелала мне удачи.
— Но удача не моя подруга, — пронеслась в голове мысль, и я вновь ощутил удар спиной. Мир потух, и тьма начала меня окружать, я почувствовал, как под моей спиной ломается мрамор и потерял сознание.
Сон без сновидений окутал меня, а когда я открыл глаза, то увидел звездное небо, солнца не было, а вокруг царила тишина.
— Уф-ф-ф-ф-ф, — выдохнул я, не понимая где я, кто я, и что со мной произошло.
— Рык, как ты? — я услышал чей-то мужской голос. — Рык, скажи хоть что-нибудь.
— Где я? — тихо спросил я.
— Все там же, в школе объединённых искусств, — спокойно проговорил Иньху, а я все также смотрел на звезды в черном небе.
— Что произошло?
— Великая тень проверила тебя, — восхищенно проговорил Иньху. — И ты прошел испытание, но Тень не рассчитала силу, тебе помочь встать?
— Дай я еще полежу, что произошло со мной, Иньху? Я не чувствую ни рук, ни ног.
— Ну, Тень символом отправил тебя в полет, — приблизился ко мне мастер и посмотрев на меня сверху лучезарно улыбался. — И ты пробил трибуны насквозь. Все в восхищении, ты прекрасный стихийник земли.
— Почему это я прекрасный стихийник именно земли?
— Да потому что от такого удара ты сдохнуть должен был. Такие крепкие на удар либо медноголовые, либо одаренные каменноголовые, — ошарашил меня Иньху. — Тень тебя подлечила и сказала ждать ночи, он даже извинился передо мной.
— А передо мной кто будет извиняться⁈ — закричал я и оторвал от земли свою спину, а затем удивленно уставился в стену амфитеатра, сидя на земле.
— Тень тебя вылечила, символы какие-то чертила и все бормотала, что не простит себя, если ты помрешь, где он еще такого ученика искать будет.
Иньху еще что-то говорил, но я его почти не слушал, я смотрел на огромную сквозную дыру в трехметровой толщине, мрамора, и не понимал. Как? Иньху, конечно, мне все рассказал, и про то, как я пробил амфитеатр, и как ругалась Идалия-Кирсана и светилась светом, чуть не напав на того молодого только внешне парня, которого уважительно называют Тенью, и не потому, что он темный, а потому, что он одна из теней императоров. Когда совсем плохо у императора есть последняя возможность, вызвать тень, сильного мага или могущественного стихийника-символиста. Если коротко, то могущественную сущность, что практически отринула человеческую сущность. Но есть проблема, маленькая, практически незаметная, нет никаких гарантий, что тень поможет, ведь она может решить, что император виновен во всем, что случилось и казнить его, если есть наследники.
  
— Иньху, как я выжил? — прервал я счастливого мастера, который то ли радовался, что я выжил, то ли гордился, что могущественное существо извинилось перед ним, как перед моим отцом. Мое кимоно было все в крови.