"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Но говорить всего этого я Элениэль сейчас не стал, предпочтя возможному спору куда более интересное и захватывающее занятие.
Которое было прервано самым неприятным образом.
Никогда не видели, вылетающего из мыльни императора, на ходу натягивающего сначала штаны, что делать крайне неудобно, если подмышками сапоги приходится держать, а потом еще и эти самые сапоги, прыгая поочередно на одной ноге? А за ним первую красавицу этого мира, великую герцогиню, эльфийскую принцессу и почти королеву Эльфары в одной только рубашке? Не самой длинной, кстати. А мои гвардейцы и слуги свидетелями такого зрелища стали.
  
Впрочем, в тот момент их это не занимало. Потому что с возвышавшейся над замком горы, от нашего «горного курорта» в сторону замка неслись один за другим огненные шары, которые пока благодаря защитным артефактам особых разрушений не причиняли, но взрывались с таким грохотом, что из бассейна, в котором мы с Элениэль занимались вполне определенным делом, мы выскочили за долю секунды.
  
Глава 8
 
Интерлюдия
 
Изабелла
 
Никогда еще Изабелла не чувствовала себя такой разочарованной и одновременно… спокойной. В свое время она ощутила что-то подобное, когда убедилась, что ее мечта стать полновластной императрицей неосуществима. И не потому, что Ричард, к счастью, не сгинул в проклятых землях, а потому, что она оказалась не способна править по-настоящему большим государством. И, вообще, самостоятельно у нее это не получится никогда. Тогда она сначала испытала настолько сильное разочарование, что даже готова была умереть, но потом успокоилась и смирилась с реальностью. И это поселило в ее душе такое умиротворение, что она теперь была даже рада, что ее попытка захватить власть в Юме так позорно провалилась.
Сейчас у девушки было схожее состояние. К счастью, у нее не получилось осуществить задуманное. И теперь она его больше и не хочет. Наваждение прошло. Изабелла чуть пришпорила свою белоснежную лошадь, и следовавшая за ней небольшая свита была вынуждена последовать ее примеру. К обеду они будут уже в турвальдском дворце, где ее ждет дочка Изольда и множество дел по управлению доверенным ей мужем королевством Турвальд, к которому теперь еще и Солбери присоединили.
Причиной всех действий Изабеллы за последний месяц была Габриэль. Когда она увидела принцессу Солбери и, несомненно, любовницу ее мужа, в этом Изабелла была уверена, изгибающейся в объятиях другого мужчины, она сначала испытала шок. Как это возможно? Изменить неподражаемому Ричарду? Сильнейшему магу, что давало ему дополнительные возможности, в том числе, и в любовных утехах, и императору?
А потом задумалась. У того же Ричарда было множество женщин. И после нее, и до нее (В этом Изабелла не сомневалась — откуда он мог уже в их первую ночь столько знать и уметь?), и одновременно с ней. И еще будет не меньше. И ему это можно. И не только можно, она сама когда-то настаивала, чтобы у ее мужа появилось еще несколько жен, сама пыталась подобрать для него красивых служанок, как это полагалось в аристократических домах. Но тогда она это делала в расчете на то, что с помощью выгодных браков им вместе удастся добиться поставленной ею целью, ее мечты — сначала стать королевой, а потом и императрицей. Что же касается служанок, то обычай есть обычай, и ему надо следовать. Так она считала тогда.
Ей же самой все тем же обычаем предписывалось хранить нерушимую верность своему мужу. Изабелла прекрасно помнила, что она сказала Габриэль, когда объясняла той, почему ей не быть ее представительницей в Солбери. Наличие любовника, что для благородной дамы предосудительно. Да еще и недостаточно знатного любовника, который из-за этого никогда не сможет стать ее законным супругом.
Стоявшая перед глазами картина с изогнувшейся от наслаждения Габриэль не отпускала. Чтобы от нее избавиться, Изабелла упросила Элениэль уступить ей все ближайшие ночи с мужем. Помогало, но ненадолго. И причина была не в позе принцессы, а в том, что она позволила себе быть с другим мужчиной.
Почему так, задумывалась все чаще и чаще Изабелла, — мужчинам можно, а нам, женщинам, нельзя? Хорошо какой-нибудь Элениэль — она еще до встречи с Ричардом, как это у эльфов принято, имела, наверное, не одного партнера. А она? Никого и никогда, кроме Ричарда? А ведь гвардейские офицеры и молодые дворяне смотрели на Изабеллу отнюдь не только с почтением, но и с плохо скрытым вожделением, когда она единолично заняла трон Юма. Это девушка помнила отлично. Но тогда ей даже в голову не пришло кого-то к себе излишне приблизить. Сейчас, вспоминая об этом, Изабелла каждый раз испытывала какое-то волнительное томление.
Если она только один раз попробует с кем-нибудь другим? Один раз. Просто, чтобы понять, как это будет? Попыталась остановить себя, вызвав в памяти поведение Вержины, которую от всего сердца за ее похождения всегда презирала. Но та не знала меры. А если только один раз?
И Изабелла решилась. Действовала, будто была под каким-нибудь заклятьем. Не задумываясь больше ни о возможных последствиях, ни о том, хочет ли она этого в действительности, или это просто какой-то временный морок, который сам пройдет.
С небольшой свитой она отправилась в загородный дворец. Якобы, чтобы проверить, насколько его привели в порядок после того, как там проводила время Вержина. В качестве счастливой жертвы, как про себя Изабелла называла своего избранника, наметила Генриха. Молодого, высокого, мускулистого и красивого дворянина из незнатных и небогатых. Последние два условия были обязательными. Пожалую ему потом какое-нибудь баронство на отшибе и прикажу сидеть там безвылазно, забыв все, что сегодня ночью произойдет, как страшный сон, думала девушка.
Загородный дворец оказался в полном порядке и готов к приему императрицы и королевы. Даже небольшой пир для нее и ее свиты подготовить успели. Посидев со всеми за столом и оказав этим им честь, Изабелла приказала Генриху сопроводить ее в ее покои, а потом занять пост у ее дверей. Это был знак высокого доверия, так что молодой дворянин под завистливые взгляды остальных гордо последовал за ней.
— Зайди, Генрих! — позвала Изабелла, зайдя в свои покои и скрывшись за ширмой. — Мне надо дать тебе еще несколько указаний на завтра.
Когда мужчина вошел и закрутил головой в поисках своей госпожи, Изабелла вышла из своего укрытия. В одной коротенькой шелковой сорочке из тех, носить которые ее приучил Ричард. Генрих, вместо того, чтобы сразу броситься ней, чего Изабелла ожидала и о чем мечтала, застыл, как соляной столб. Старательно опуская глаза и стараясь не смотреть на нее. Изабелла подошла ближе. Нежно провела ладонью своему избраннику по щеке.
Ну же, сообрази, наконец, чего я от тебя жду, мысленно едва не закричала она. Что ты стоишь? Перед тобой красивая, полураздетая девушка!
И тут у ее «любовника» подогнулись колени, и он рухнул на пол.
— Все, что прикажете, ваше императорское величество, — еле слышно произнес он и еще раз и еще тише, жалобно, будто моля о пощаде, стоя на ступенях эшафота, повторил. — Все, что прикажете…
Изабелле только оставалось развернуться и быстрым шагом направиться к дверям спальни.
— Свободен, Генрих, — произнесла она, уже скрываясь за ними. — За указаниями зайдешь завтра утром.
Лежа в постели и заливаясь беззвучным смехом, Изабелла представляла, как она сначала «приказывает» Генриху раздеться, потом лечь с ней в постель, а потом так же руководит каждым его действием. А баронство все-таки он заработал, еще больше развеселилась девушка. Придется завтра же несостоявшегося любовника им наградить, когда он утром «за указаниями придет», да и отправить туда хотя бы на годик — другой под предлогом необходимости разобраться с полученными владениями. За это время он и сам забудет про ту сцену, свидетелем которой стал вчера.