"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

  
Глава 12
 
Интерлюдия. Элениэль
 
Если бы Ричард знал, что с ней произошло, он обязательно пришел бы на помощь. В этом Элениэль была абсолютно уверена. Проблема была в том, что Великий герцог Юма этого не знал и не имел ни малейших шансов узнать в ближайшее время.
Она опять находилась, нет, не в тюрьме, в Эльфаре их не было, но она была надежно заперта в своих бывших покоях во дворце своего отца, короля Фаэрона. И она будет здесь, пока не согласится на его требование. А заключалось оно в том, что Элениэль должна дать согласие выйти замуж за своего двоюродного брата Арвандила и добровольно отдать ему свой брачный перстень, тем самым передав власть над собой и возможность наказать в случае невыполнения прописанных в законах Эльфары обязанностей супругов. То, что у нее будут такие же права по отношению к мужу, нисколько не радовало эльфийку. Ее коробило от одной только мысли, что она станет чьей-то женой, кроме Ричарда. Обязательная близость с двоюродным братом и вовсе приводила ее в ужас.
  
— Ты отдашь Арвандилу свой перстень, — сказал тогда ее отец, крутя магическое украшение в пальцах и подводя итог их первому разговору. — Вы проведете первую же брачную ночь под нашим священным деревом, благословляющим появление потомства, ты родишь мне внука, и он со временем станет моим преемником в качестве властителя Эльфары. А о своем темном маге и думать забудь. И имя его даже не упоминай. Особенно завтра, когда предстанешь перед Высшим Советом. А пока пойди отдохни, ты устала с дороги. О сопровождавших тебя гвардейцах не беспокойся. Их накормят и разместят. Отсылать их в Юм я пока не буду. Чем дольше твой «хозяин». — при произнесении этого слова губы короля искривила горькая улыбка. — Не узнает о том, что больше тебя не увидит, тем лучше.
Да, ее отцу нужен был наследник. Старший брат Элениэль, обладая сильной эльфийской магией и будучи отменным воином, демонстрировал полное нежелание заниматься государственными делами. Настолько, что король Фаэрон уже давно махнул на него рукой. Брат проводил все свое время или в выращивании какого-нибудь удивительного, невиданного дерева или цветка, или в стычках с дроу, или в походах за измененными растениями в проклятые земли. Любому из этих дел он отдавался каждый раз всей душой и всегда добивался успеха. Но вот воссесть на трон властителя, выслушивать скучные доклады, участвовать в бесконечных советах, примирять периодически начинавших враждовать между собой аристократов — эти занятия его не только не увлекали, но и вызывали отвращение, которое он даже не пытался скрывать.
И король нашел выход. Женить свою дочь на ее двоюродном брате. Получить внука. Воспитать его, не допуская тех ошибок, которые он совершил с сыном. Передать ему со временем трон.
Близкородственные браки не были нормой для эльфов, но и чем-то предосудительным не считались.
— Этак и до вырождения можно доиграться, — сказал Элениэль Великий герцог Юма, когда она посвятила его в эту особенность эльфийских обычаев. — Было и у нас такое. Целые королевские династии в больных уродов превращались.
— Отец, — попыталась возразить Элениэль. — Но ты же знаешь, что у эльфийки может родиться только эльф. Вне зависимости от того, кто его отец. Так почему тебя не устроит мой будущий сын от герцога Юма?
— Мой внук будет сыном темного мага? Ты с ума сошла, дочка? — вскинулся Фаэрон. — Я его никогда не признаю, а если я даже настолько лишусь рассудка, что это сделаю, его никогда не признает Высший совет. Ты еще даже не избавилась от статуса изгоя, а уже предлагаешь мне такую глупость. Хватит это обсуждать. Я уже все решил.
И она сделала вид, что согласилась. В противном случае ни о каком возвращении ей титула принцессы не могло быть и речи. А без этого звания великая герцогиня Изабелла запретила ей возвращаться в Юм. Сейчас главное добиться, чтобы меня снова назвали принцессой, думала Элениэль, покидая покои отца, а потом я что-нибудь придумаю.
Увы, но времени на то, чтобы составить хоть какой-то план, ей не дали. Уже на следующий день она предстала на поляне перед членами Высшего Совета и продемонстрировала, что эльфийская магия к ней полностью вернулась.
— Как это возможно⁉ — воскликнул в изумлении ее двоюродный дядя Локтус, бывший свидетелем того, как девушка по воле перстня была лишена своей силы. — Если это сделал герцог Ричард, то он поистине великий маг. Брат, — обратился он к королю Фаэрону. — С властителем Юма нужно наладить самые дружественные отношения, и нам очень повезло, что твоя дочь Элениэль сможет войти в его семью!
На мгновение у девушки появилась надежда, что Локтуса поддержат и другие члены Высшего Совета, но она тут же пропала. Остальные не только не поддержали Локтуса, но и выразили свое несогласие с ним гневными выкриками. Отдать принцессу Эльфары темному магу? Никогда.
— С согласия членов Высшего Совета и в соответствии со своей волей, — провозгласил король Фаэрон, довольно улыбаясь. — Я объявляю о возвращении моей дочери Элениэль титула принцессы нашего королевства. Она больше не изгой. Также хочу сообщить всем присутствующим, что прямо сейчас состоится церемония бракосочетания принцессы Элениэль и достойнейшего из моих племянников — Арвандила. Выйдете оба вперед и обменяйтесь перстнями!
Арвандил тут же поспешно вышел на середину поляны и начал стягивать со своего пальца брачный перстень. Элениэль ошарашено посмотрела на отца. К тому, что тот так все быстро сделает, она была совсем не готова. Между тем, король подошел к ней и протянул ей ее перстень. Перстень, который доставил ей столько неприятностей в прошлом и на который она теперь возлагала столько надежд на свое грядущее счастье. И вот он опять ее подвел. Девушка взяла артефакт из рук отца и… Вместо того, чтобы передать его Арвандилу, решительно надела на свой палец.
— Нет! — произнесла она громко. — Я отказываюсь выходить замуж за моего двоюродного брата. Этого не будет.
Теперь ей запрещено покидать свои покои. У дверей дежурит охрана. На окна установили невиданные до этого в королевском дворце решетки. Комфортабельная, но все-таки тюрьма. Надо как-то бежать, думала Элениэль, перебирая в уме разные возможности выскользнуть из дворца и отметая их одну за другой как неосуществимые.
— Сестренка! — вдруг услышала она голос старшего брата, вернувшегося накануне из похода в проклятые земли и сейчас входящего в ее комнату. — Я приготовил тебе подарок. Пойдем покажу. Со мной тебе можно выйти отсюда.
Вместе они зашли в крепкий сарай, в котором Элениэль увидела клетку. Очень похожую на ту, в которой она сама сидела, когда попала к оборотням. За ее прутьями металась — черная пантера.
— Оборотница, — усмехнулся брат. — Похоже, что совсем еще юная. Представления не имею, что ее занесло одну в проклятые земли. Сейчас мы посмотрим, как она выглядит на самом деле.
С этими словами он ловко надел на шею пантере закрепленную на длинной палке петлю и, подтянув ее к прутьям решетки, застегнул на шее ридитовый ошейник.
— Должно подействовать, — сказал он, отпуская пантеру. — Оборотничество тоже в какой-то мере магия, так что сейчас должна вернуться в свою человеческую ипостась.
И он оказался прав. Тело пантеры выгнулось, ее сотрясли судороги, потом она пошло рябью. Перед Элениэль стояла Амельда. Девушка видела ее буквально пару раз — в тот день, когда Ричард освободил ее в поединке с Хольмагом, и потом — когда юная оборотница при прощании заявила, что станет со временем его женой. Но дочь Сигрид она узнала и поняла, что это ее шанс обрести свободу.
  
— Брат, ты привез ее сюда, чтобы подарить мне? — спросила она.
— Ну, положим себе, когда я ее захватил, то даже надеяться не мог, что по возвращении увижу тебя здесь, — ответил тот. — Но да. Это тебе. Можешь забирать. В ошейнике она не опасна.
За ней придут, не сомневалась Элениэль. Обязательно придут. Для оборотней проследить путь пантеры через проклятые земли проблем не составит, а потом они пойдут по следу отряда ее брата и неминуемо явятся сюда. И это будет ее шанс.