"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Нет, так не получится, — произносит раздраженно и делает какой-то пас рукой.
Ветки и корни укладывают меня на спину прямо на снег.
— Вот теперь то, что нужно, — осматривает меня удовлетворенно.
Начинает выводить у меня на груди артефактом разные узоры. По-моему, именно такие рисовал в ту памятную ночь, когда я оказался в этом теле, Родрик. Вот только я не мой предшественник и так запросто уступать эту оболочку никому не собираюсь. Да и руки у меня, наконец, свободны. Слишком увлекся своим творчеством Огюст, не заметил, что я таки пережег ветки. А ритуал, судя по всему, уже почти подготовлен — вижу довольную улыбку на лице…
  
Все-таки это лицо Элены. И в глазах, где-то за красными зрачками ловлю ее взгляд. Все понимающий. Она по-прежнему в своем теле. Все видит, все слышит, все осознает. Она в ужасе от происходящего, но сделать ничего не может.
Резко хватаю Огюста-Элену за горло, валю на снег, сам наваливаюсь сверху. Он-она хрипит, пытается вырваться. А вот тут предок не угадал. Не то тело выбрал. Физически я все-таки значительно превосхожу девушку. Поэтому все сильнее сдавливаю ее шею. Авось, совсем не задушу. А если и задушу, то сразу оживлю эльфийским артефактом. Он-она теряет концентрацию. Так еще лучше. С моих ног спадают корни дерева. Темная магия мне тоже становится доступна, но она пока не нужна. Еще чуть-чуть поднажать… Обмякла. Или обмяк? Да какая разница. Главное — без сознания сейчас. И делать теперь что?
Вовремя вспоминаю, как лечил Изабеллу — фиолетовым потоком из нее смертельное заклятье выжигал, а золотым из артефакта в это время поддерживал жизнь.
Разрываю одежду на Элене. Артефакт на грудь. Энергию тления — в тело. Как и тогда Изабеллу, девушку выгибает в судорогах. Но я еще сильнее наваливаюсь на нее, вдавливая своим весом глубже в снег. Держу. Наконец, из ее раскрытого рта появляется черная дымка, которая постепенно превращается в силуэт Огюста, а потом начинает постепенно таять…
— Ричард! — вдруг вопит эта дымка, уже превратившаяся в небольшой сгусток. — Не убивай! Направь меня в кристалл! Поверь мне в последний раз! Я тебе еще пригожусь!
Ага. Так вот зачем этот кристалл был нужен. Подозреваю, что в нем должен был оказаться я со всеми моими знаниями другого мира. Предусмотрителен Огюст был. Надо же, как придумал! Все в дело, все в хозяйство. Ну, и я так поступлю. В конец концов, расколоть кристалл я всегда успею. Направляю то, что осталось от моего подлого предка в гранат. Тот сначала темнеет на глазах, а потом становится прозрачнее, и я вижу в нем крохотного Огюста. Может, мне теперь этот кристалл в качестве пресс-папье использовать? А что? Стильно будет — в пресс-папье темного мага сидит заключенный в нем его личный враг. Можно будет показывать для устрашения тем, кто со мной спорить осмелится.
Впрочем, сейчас не до этого. Элена в себя пришла. Смотрит на меня, пытаясь понять, я ли это. Или все-таки уже Огюст.
— Я это, я, — успокаиваю девушку. — А Огюст вон в том кристалле. Можешь посмотреть, если сомневаешься.
Иногда мороз не помеха. Если с красивой девушкой на одну медвежью шкуру лечь, а другой прикрыться.
Вернулись мы с Эленой, или она уже опять Элениэль, магия ведь к ней вернулась, домой, когда уже смеркаться начало. И сразу же попали на ковер к Изабелле, которая не знала, куда ее муж с утра пораньше в компании одной только эльфийки и без охраны пропал, и из-за этого нервничала.
В боксе это называется «двоечка» — левой, правой. Изабелла, видимо, предпочитала правостороннюю стойку, хотя левшой и не была. У нее получилось — правой, левой. Правой — мне, левой — Элене. Две хлесткие пощечины. Я устоял, конечно, на ногах, а Элена села на диван. Удостоились мы этой ласки, когда я рассказал, где мы были и что произошло.
— Тебе, — и жена начала меня колотить своими кулачками в грудь. — За то, что бездумно рисковал собой. Не мог с собой Элифаса взять? Охрану? А если бы у этого твоего Огюста все бы получилось? Я что? Сегодня ночью под ним оказалась бы? А о нашем сыне, о Руфусе, ты подумал? Ричард, скажи мне, ты идиот⁈
Кстати, а действительно, почему я никого с собой не взял? Огюст говорил, что дело это тайное и лишние свидетели не нужны. Еще не хотел я, чтобы кто-то узнал, что Великий герцог с каким-то призраком якшается. Да. Но в такой ситуации мог бы на это и наплевать. Разместил бы вокруг незаметно своих разведчиков. И все, никаких проблем.
— А тебе, — Изабелла в гневе повернулась к эльфийке. — За то, что посмела мне обо всем не доложить и меня не предупредить! Магия у тебя эльфийская восстановилась? Чтобы через три дня духу твоего в нашем замке не было! Едешь к своему отцу и просишь, чтобы он тебе титул принцессы вернул. Тогда приму тебя назад. И не как служанку, а как жену моего мужа — принцессу Элениэль. А служанкой или рабыней видеть тебя не желаю. Проблем от тебя слишком много получается. И чтобы к Ричарду до отъезда ближе, чем на пять метров, даже приближаться не думала! А теперь пошла вон отсюда!
И не поспоришь. Изабелла в своем праве. Семейная жизнь — это то, чем полагается руководить жене. Это знаю уже даже я. А уж для Элены другая ситуация и немыслима.
— Все сделаю, как вы сказали, ваша светлость, — вставая с дивана и низко кланяясь, ответила Изабелле девушка. — Благодарю вас за готовность принять меня в свою семью. Обещаю, что или вернусь принцессой, или не вернусь совсем.
Пока еще не вернулась. И известий от нее из Эльфары никаких нет. Но будем надеяться, что этот их Высший Совет возвратит Элениэль титул. А то, что задерживается, так, может быть, у членов этого Совета сейчас каникулы, может, разъехались сейчас по своим избирательным округам (впрочем, сомневаюсь, что в Эльфаре есть какие-нибудь привычные мне по прежней жизни демократические процедуры), а следующая сессия только на весну запланирована?
  
Глава 10
 
Великий темный маг Руфус. И мыльня
 
Впервые попал в женскую баню. В бане с женщинами бывал. И не раз. А вот в женскую баню как-то никогда не доводилось. Конечно, в этом мире это не совсем баня, даже совсем не баня. Мыльни мне, как я уже говорил, больше турецкий хамам напоминают. Но это мужские, скажем так, отделения. Кстати, в замке две раздельные мыльни — «М» и «Ж». Так вот это «Ж» поразила меня в самое мое велико-герцогское сердце. Интересно, как так получилось, что я моюсь в условиях, настолько уступающих тем, которые созданы даже для последней служанки? Это же настоящие римские термы, где разные сенаторы и прочие патриции могли целыми днями сидеть и наслаждаться отдыхом. Три помещения с разной температурой легкого пара, один бассейн с холодной водой и два с подогревом, при этом один из них — настоящее огромное джакузи.
Затащила, а вернее — пригласила меня в это райское место Изабелла.
— Знаешь, дорогой, — ластясь ко мне после ухода Элены, сказала она. — Я слышала, что ты любишь уединяться со своей рабыней (я поморщился, но не стал поправлять жену, которая еще не отошла от раздражения на эльфийку) в мыльне. Я тоже хочу попробовать. Так сегодня после ужина давай сходим в мыльню вместе?
Естественно я не стал отказываться. И чтобы Изабеллу не огорчать — все-таки я ее сегодня изрядно понервничать заставил. Да и вообще… Пожалуй, даже «вообще» было для меня главным аргументом «за». Так что после совместной трапезы, которая нам была подана в покоях великой герцогини, мы направились к нашей цели. Я по привычке свернул было в сторону мужского отделения, но Изабелла мягко перенаправила меня в соседний коридор.
  
И вот я тут. В отделении «Ж». Мама миа! Это же не только целый помывочно-отдыхательный комплекс, это еще и настоящий парфюмерный магазин, в котором все товары бесплатны, кстати. Для посетительниц. Для моей казны очень даже платны. Вся стена в одной из комнат представляет из себя гигантский стеллаж, уставленный разными баночками, бутылочками и прочими емкостями с притираниями, отдушками, увлажняющими и очищающими мазями и бальзамами и еще кучей всего, предназначение чего всегда будет для меня тайной. Вот куда бюджет сливается! В полном смысле этого слова.