"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Разумеется, нет, — он нахмурился. — Всё в строжайшей секретности. Да и Александр Петрович в шифрованном виде посылал, вероятность, что кто-то знает ключ — нулевая…
— Ты там говорил о каком-то графе-шоумене, — сказал Штирц. — Друге Черепанова.
— А вот это — куда более вероятно, — кивнул Кристобаль. — Он наверняка телеграфировал Черепанову о том, что продал мне яхту, и какую именно продал.
  
Я резюмировал:
— Даже если самому Черепанову не сильно интересно заниматься охотой за дорогими яхтами, запросто кто-то из его друзей мог об этом узнать. Либо — всё его величество случай. Он занимался там своими делами, мы просто случайно пересеклись с Франтишеком в этом морском квадрате, он погнался и даже не знал, что за яхту атаковал. В любом случае — это в корне меняет дело. Во-первых, мы вскрыты. Во-вторых — они запросто могу теперь начать мстить нам или требовать компенсации. Или попытаться с нами разобраться, чтобы мы молчали. Или попросить освободить точки. Или объявить войну.
— И всё это в твоё отсутствие… И ещё… — у Рустама дёрнулось веко. — поговаривают, что Рудольф Замойский то ли при смерти, то ли вышел из ума. И что сейчас объявился какой-то наследник. Хоть прерывай экспедицию.
— Нет. Ни в коем случае. У меня очень серьёзные дела в Варше, надо плыть. Рустам — организуй оборону точек. В случае, если граф выживет, и в случае, если возникнут вопросы — я сейчас включу дипломатическую железу и напишу письмо. Дескать, имело место досадная ошибка, и что мы приняли мирный рыболовецкий траулер за пиратский корабль, применив несимметричные средства обороны. Тётушка Марго — у меня будет просьба — сообщить обо всём графу Номоконову, а также графине Алмазной-Ким. Подтвердить алиби и выразить конструктивные намерения. Они тебя выслушают и выступят как защита от необоснованных обвинений.
— Может, лучше сразу к князю? — предложила тётушка Марго. — Я чего, я смогу к нему, если потребуется.
— Нет, — покачал я головой. — Чем меньше князь знает о моём путешествии — тем лучше. И Марьяне не говорите ничего. Как она, кстати?
— Князь собрался её куда-то увозить. Сказал собирать вещи. Ещё она скучает по тебе, — вздохнула Марго. — Гуляет, Ангелина с ней сдружилась, развлекает, как может. Но не волнуйся, скоро остынет. Ты же знаешь, даже если там у неё была любовь — на расстоянии она живёт весьма кратковременный период.
Любовь… я уже чуть ли не забыл, что плыву в Нововаршавск решать в том числе амурные дела. И о том, что мою постель уже давно никто не грел. Чёрт, я даже уже грешным делом подумывал в телеграмме написать о том, чтобы мне привезли сюда, в порт, Ангелину… Но нет, эту черту в наших деловых отношениях я всё ещё не собирался переступать. Да и должен же кто-то следить за големами и поместьем.
К тому же, как только мы отплыли, нас ждал небольшой сюрприз.
Всё началось ближе к ночи, когда все благополучно вернулись, и «Вакханка-II» отошла от Белого Берега уже на десяток морских миль. А я улёгся на кровать, надеясь почитать что-то из современной художественной литературы — пока ещё ни разу таковым здесь не занимался.
Нанотолий, до того мирно дремавший на подушках в моей каюте, вдруг проснулся, недовольно заворчал и настойчиво стал царапать дверь, проситься наружу. Что ж, я включил интуицию, выпустил его и пошёл следом, внимательно оберегая от попыток заглянуть через бортик.
Он проследовал в трюм и остановился у двери склада между комнаткой, в которую я посадил Эрни, и машинным отделением. Помещение почти не использовали, и в которую скинули часть барахла с подвоза Рустама — и так хватало помещений.
В общем, Нанотолий уселся и многозначительно поскрёб дверь, посмотрев на меня, а затем проворчал.
— Нашёл чего? Хм…
Дверь оказалась закрытой. Хотя я точно помнил, что мы оставляли её открытой. Сходил за ключами, заодно взял багор на всякий случай. Открыл, оглядел — пустое помещение два метра на два, с низким потолком — сверху был ангар для «Антилопы Гну».
Нанотолий не спешил забегать. Уселся на пороге и ворчал. Нехарактерное поведение, но — мало ли. Может, в вещах было что-то пахнущее? Я уже почти поверил в то, что тревога была ложной, как вдруг я почувствовал запах.
Не какой-нибудь мерзкий запах, а тонкий, ни с чем не сравнимый аромат, та самая магия парфюмерии, которую я знал и с прошлого мира. Иной аромат способен ударить по мозгам спустя десятилетия. И этот запах я тоже ни с чем не спутал бы.
А затем за дверью, которая открылась внутрь, чихнули.
Секундой спустя багор упёрся в шею чихнувшему. Вернее, чихнувшей. А Нанотолий прямо-таки заверещал, заголосил, жалобно и обиженно, но так и остался на месте.
И я могу его понять — потому как за дверью оказалась его бывшая хозяйка, корабельная фокусница Омелия фон Огюст. Державшая его в клетке с младенчества, а под конец — бросившая его.
— Здравствуй, Саша, — сказала она, глядя на меня одновременно испуганно и возбуждённо.
По правде сказать, я не ожидал. На секунду в воздухе повисла немая пауза, затем я резко закрыл дверь, повернул ключ и багор под ручку подвернул.
— Послушай, Саша, я по делу, я пришла вернуть долг, у меня есть важная информация… — послышалось из-за двери.
Но я уже не слушал, и ни слова ей не ответил. Я подхватил Нанотолия. Включил сирену. Приказал обыскать корабль на предмет ещё каких-нибудь на борту зайцев.
Лишь после того, как зайцев не обнаружилось, я отправил вахтенных и собрал экстренное совещание, прямо в рулевой.
— Итак, вопрос о том, кто виноват, что она проникла на борт — оставим на потом. Важнее вопрос — что делать?
— Она точно очень опасна? — спросил Кристобаль. — Я уже слышал о ней от Марго и Ангелины, но каким образом она тебя обокрала?
— Это… очень сложная история. Она была девушкой в беде.
Светлана — похоже, единственная из присутствующих, кто был в курсе моего романа на борту, усмехнулась и отвела взгляд.
— Может, лучше за борт её? — предложил Вака. — От греха подальше. Искандер давно не возлежал с девицею. Снова околдует.
Светлана активно закивала, но затем сказала жестами: «Пусть сидит в трюме до конца плавания».
— В трюме я в любом случае её оставлю, — кивнул я. — Но она же припёрлась зачем-то. Выследила. Припечатала к стенке, нечего сказать.
— Вероятно, это отчаянный шаг, — сказал Кристобаль. — Вероятно, у неё действительно есть какая-то информация. И, вероятно, она пришла с вполне конкретным предложением.
— Послушайте, ну мы же все тут почти алхимики… — предложил Фрол. — Всех вместе она не околдует, ведь так?
В общем, мы решили рискнуть. Выслушать. Организовали целую операцию, прямо там, в коморке, окружили её, с целью обезопасить друг друга от любых попыток гипноза, применения алхимии или ядов.
И, оказалось, что послушать действительно стоило.
— Меня нанял некто граф Черепанов, — сообщила она. — Два месяца назад. Заплатил значительную сумму, чтобы я стала его шпионом в Нововаршавске. И я с дуру согласилась. Но от этого стало только хуже.
— И ты реально была ему чем-то полезна? — усмехнулся я. — Ни за что не поверю. За кем ты могла там следить? За портовыми трюкачами?
— Смейся, сколько хочешь, Саша, — вздохнула она. — Но мы с тобой в одной лодке. По одну сторону баррикад. Помнишь, я попросила в письме, чтобы ты спас меня? Вот, я пришла просить спасения. Он уже всё прознал. Он ищет меня… он хочет меня убить.
— Кто — он?
— Таллефумьер… Анри… Эта тварь, которая разрушила мою жизнь…
И я вспомнил. Да, это тот самый неприметный француз, который и обокрал нас, пока Омелия меня усыпила. Она снова едва не принялась рыдать, но я вовремя это пресёк.
  
— Второй раз я на это не куплюсь, даже не думай. Либо ты выложишь все карты на стол, либо — пустим по рее. Как в старые добрые времена. Говори, почему это может быть мне интересно?
— Ох, карты на стол, говоришь… — снова вздохнула она. — Да, у меня есть пара козырей в рукаве. Парочка слабых мест этого чудовища.