"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
Наблюдал, как машина моих верных товарищей медленно, окутавшись синим сиянием, поднимается на крышу не то коровника, не то курятника. Как грузно падают с капота в кучи навоза навалившиеся големы. Вака, не будь дураком, продолжал с верхотуры поливать огнём уже не из автомата, а из пистолета-пулемёта. (Между делом я подумал: «Это чего, Кристобаль „Кинетик-6“ применил? Или это… Нанотолий. Вот же хвостатый негодник, не подвёл!»)
А с неба, сквозь тучи, на нас смотрело сполдюжины небесных исполинов. Это они трудились, выпуская град в виде сосулек. Хотя трудились — неверно сказано.
Забавлялись. Играли.
И я достал фиал, взглянул на него. Что ж, хороша Светлана, умница, нечего сказать.
Големы — магические сущности стихий земли, реже — земли и воды. Первая мысль, которая приходит на ум — бороться с ними противоположными стихиями, то есть огнём и воздухом. Но когда силы очевидно неравны — разумно действовать наоборот. Подыграть им, втереться в доверие их элементалям, используя те же самые стихии.
Что ж, и я подыграл — аж два раза, потому что меня хватило на целых два здоровых, мощных глотка. Я вложил всю свою волю в призыв элементаля, раскрыл бездну потустороннего измерения настолько широко, насколько позволял этот простой эликсир.
Пожалуй, явившиеся на мой призыв два «средне-гигантских» элементаля Земли, похожие на десятиметровые полупрозрачные бурые амёбы, несколько прифигели от такой наглости. Обычно-то их призывают магистры, не меньше. А тут, чтобы они, и исполнять задачу абитурьентской «Земли-2»? Не заделать брешь в плотине, не вызвать оползень, не засыпать курган над великим степным подководцем… А просто сделать… грязь?
Что ж, надо, ребята, сказал я им. И они мне повиновались — один упал мне под ноги, в нашей улице, второй — перелетел через ряд домов и свалился в самой гуще големов.
Ледяные иглы, повалившие и пригвоздившие големов к земле, в совокупности с моей «Землёй-2», вскипятившей и вспенившей почву под ногами у големов, превратили их в фарш из глины, веток и бурой жижи.
Когда я проконтролировал, что элементали выполнили своё дело, и победа близка, спрятал опустевший фиал обратно в алхимический пояс, а затем благополучно отключился.
* * *Очнулся я спустя несколько часов посреди толпы в тусклом помещении, склонившейся надо мной.
— Живой! Наш спаситель — живой! — раздался хор голосов.
Здание порта, понял я. Меня обнимал сзади кто-то, в ком я, обернувшись, с трудом опознал сопящую Варвару. В одежде, на тесных скамьях зала ожидания. Грела, значит. Ну-ну. Все жители деревушки здесь. Вскочил, борясь с «вертолётами» после столь мощного призыва, отбился от попыток поднять меня на руках и понести над толпой. Размялся и принялся искать своих.
Светлана лежала без сознания на скамье, её тоже окружили, рядом крутился лекарь. — Как она, док? — спросил я.
— С ней всё в порядке… ребёнок спит…
Ребёнок… то, что самой главной героине сегодняшней ночи девятнадцать, и что она как минимум гроссмейстер — я умолчал. Напугала меня, конечно, изрядно. Без понятия, чего она там призвала через «Акву-2». Не иначе, как небесного исполина.
Впрочем, своих заслуг я тоже не стал принижать. Вскоре рядом со мной объявился городской голова — средиземноморских или кавказских кровей дедок, настоящий аксакал, с выражением почтения на лице, но без потери гордости.
— Я… я телеграфировал в Астрономск… те сказали — ждите, только завтра к обеду будет вам алхимик… я ж не знал, что он ночью приедет!
— Ага. Ночью. Я вообще-то из Югопольского княжества к вам. Дионисов, моя фамилия.
— Дионисов… Дионисов! Фамилия-то какая. Это ж. я слышал про Дионисова… да, тот самый, — зашептали в толпе.
— Покажите лучше, чего там у вас творится снаружи. Они не ожили? А то некоторые умеют восстанавливаться.
— Так ведь. ожило несколько, ага, — ответил голова. — Я бы вам показал, но боимся мы выходить.
— Сколько ожило? Это главари, видимо… их элементали живучие, и обладают навыком восстановления.
— Да не больше десятка, да… они шарашатся там, в огороде Поспеловых, у курятника. Куда машину вашу закинуло.
Я нахмурился.
— И вы боитесь десятка големов? У вас есть оружие хоть?
— Ага, ага… есть. Но мы не их боимся.
— К чёрту, — сказал я, и в компании с проснувшейся Варварой и байкерами отправился открывать ворота.
А снаружи… Снаружи дождь закончился, уже забрезжил рассвет, а с гор пришло новое веселье.
Отряд из десятка смуглых полуголых всадников, все в татухах, и с перьями в волосах.
— Порубежники, пришли, родные! — отправился я к ним навстречу, протискиваясь через баррикады из машин.
И не сразу понял, что ружья их смотрят ровнёхонько на меня.
Троица из них спешилась, не переставая держать меня на мушке. Встали шеренгой, вытаращили глаза, высунули языки, заорали неистово.
— Это, стало быть, хака в мою честь.
— Это наше, — сказал кто-то, в ком легко опознавался главарь. — Мы всё это заберём!
И кивнул в сторону барахтающихся обломков големов в навозе, а также за стройный ряд из пары дюжин, которых колченогий старик окуривал каким-то светящимся и дымящим посохом — явно чужеродным артефактом данайского происхождения.
Приручили, значит. В оборот взяли. Ну, я не против, подумалось мне, не в Астрономск же мне их тащить. Как тут…
— Чёрта с два, Фаса! — раздался голос Ваки с крыши свинарника, он же курятник. — Плюгавый выкидыш непокорных горных демонов иви Канава!
А под строением, напротив всадников, стоял голем с копьём — нацеленным ровно на главаря.
Вот тебе раз. Наш Вака оказался из враждующего иви, то есть племени. Я слыхал, насколько сложные отношения между племенами порубежников. Не успел уладить конфликт алхимический, как уже готов разразиться дипломатический.
Вака был настроен серьёзно, несмотря на здоровенный фингал под глазом — видимо, приложил голем, когда глиняные твари атаковали кузов «Антилопы Гну».
— Что-о⁈ Мы преследовали это стадо две недели! — взревел главарь. — Это наша добыча! И вы её испортили, уж не знаю, как!
— Иди возлежи с тапирихой, мерзкий горный выползок! — продолжал вести дипломатическую беседу мой оруженосец. — Твой дед был должен моему деду сто одиннадцать големов!
Главарь вытаращил глаза, затопал ногами, чавкая, облизываясь и выкрикивая, очевидно, что-то неприличное на родном языке. Я знал, это они так показывают, что хотят съесть неприятеля. Затем перешёл обратно на родной «общеимперский».
— То, что осталось — мы продадим на рынке Усть-Нокса! А тебя, Вака Два Пера, съедим в назидание! Спустись и прими смерть достойно! И убери отсюда своего мерзкого слугу!
Глиняный «слуга» тем временем сделал выпад в сторону всадников. Но молодец — не ранил, видимо, Вака хорошо понимает, где кончается дипломатия, и начинается мордобитие.
Ну, тут уже был вынужден вмешаться. К тому же, надоело, что весь диалог проходит без моего участия.
— Так-так. Стоп. Ты кто будешь, Фаса, сын вождя племени Канава, так? Мне наплевать, что у вас там с Арава. Вака — мой оруженосец, выданный мне во служение. Это я остановил големов и превратил их в грязь. Я дворянин Российской Империи. Я…
Я не договорил, один, стоящий поодаль паренёк подскочил к главарю и сказал на ухо, я расслышал только:
— Бестибойца… Слагают легенды.
Фаса опустил ствол и переменился в лице. Сразу как-то погрустнел. насупился. Главарь раздосадованно покачал головой, пробормотав. Боится. Уважает.
— Значит, легенды не лгут. Ты великий жрец и призыватель. Мало кто смог бы обуздать и испортить столь огромное стадо без артефактов. Но это… наши големы. Мы преследовали их две недели! Это мой поход за право делить ложе с луноокой Кири, дочерью вождя иви Та-Пороу…
— Ха! Выкуси, мерзкий ублюдок! — продолжал радоваться моей победе Вака.
— А ну-ка — цыц! — оборвал его я. — Мы очень спешим. Наш дипломатический казус требуется разрешить максимально-быстро. Твой дед правда был должен деду Ваки?