Тайны затерянных звезд. Том 2 (СИ)

— Не, брат, извини! Никто кроме тебя с компьютером не справится. Ты у нас незаменимая личность! — я покачал головой. — Но я придумал другой способ. Вернее, Пиявка придумала. Она дала мне то, что тебе поможет справиться со страхом космоса. Сказала, что надо вколоть перед выходом наружу, и тогда ты не будешь бояться.
— Точно? — вздрагивая, переспросил Кайто.
— Ну, раньше она никогда не подводила нас, не так ли? — улыбнулся я.
— Н-нет, н-не п-подводила, — пробормотал Кайто, не переставая вздрагивать. — Л-ладно…
Каким бы ужасным ни было его состояние, но был в нём и один плюс. Не для Кайто, конечно, для меня. В этом состоянии его мозг был слишком занят задачей «бояться», чтобы отвлекаться ещё и на задачу «связно мыслить», иначе он бы обязательно начал задавать вопросы с целью выяснить, что за препарат заряжен в инъектор.
А, судя по глазам капитана и Маркуса, они и сами уже догадались. Ну, или были близки к тому, чтобы догадаться.
— Договорились! — я снова хлопнул Кайто по плечу. — Тогда продолжаем движение.
Стены между кубриками были не в пример тоньше остальных, и резались намного легче, поэтому уже через пять минут мы стояли у внешней стены станции, и до аварийного люка тут было рукой подать.
Я выглянул с помощью найденного в кубриках зеркальца за угол в узенький коридор, зажатый между жилым и санитарным блоками, и убедился, что никакой умник не додумался вкорячить турель и сюда тоже. Турели не обнаружилось, поэтому мы быстро перебежали к двери, ведущей в крошечный, буквально на двух человек, шлюз.
— А скафандры? — вспомнил по пути капитан.
— Там есть, — ответил я. — По крайней мере, должны быть!
Но «должны быть» и «есть» это не одно и то же, как оказалось. Когда я открыл гермодверь (она тут была на ручном приводе, с запорным колесом), выяснилось, что никаких скафандров внутри нет. Зато в крошечном иллюминаторе во внешней двери виднелось что-то белое, и, когда я подошёл поближе, то разглядел, что это такое.
Это была рука в перчатке скафандра, а не признал я её сразу потому, что, вместо того чтобы быть надутой, как положено любому уважающему себя скафандру мягкого типа, она была сдута и её складки обтягивали пальцы не пойми как.
А почему она была сдутой, я узнал, когда умудрился разглядеть, что творится чуть в стороне от иллюминатора. Разглядеть болтающегося в вакууме прямо рядом с дверью человека в скафандре, распоротом от горла до паха. Длинный кухонный нож все ещё был зажат в другой руке окоченевшего трупа, а рядом с ним парил ещё один скафандр, только уже пустой.
У этого затейника воображение явно работало получше, чем у всех остальных. Он не просто покончил с собой одним из самых изощренных способов, он ещё и второй скафандр с собой забрал, чтобы подложить свинью кому-то ещё, кроме себя. Будь его воля, он бы, наверное, и всю станцию с удовольствием разгерметизировал.
— Так, — я вернулся обратно в коридор. — Дело дрянь.
И я кратко пересказал ситуацию.
— А что с нашими скафандрами? — спросил я, закончив рассказ. — Они не пострадали при взрыве?
— Ещё как пострадали, — ответил капитан. — Но починить их сейчас нам нечем.
— Что, вообще нет целых? — изумился я, потому что перспектива переться до другого аварийного шлюза меня совершенно не прельщала. К тому же, нет никакой гарантии, что скафандры найдутся там.
— Есть целые, — капитан кивнул. — Мой целый и два маленьких тоже уцелели.
— Значит, наружу идём Кайто и я! — безапелляционно произнёс я, глядя в глаза капитана.
Тот не стал спорить и только кивнул. Мы оба понимали, что Магнус без своего гигантского скафандра просто не попадёт наружу, а капитану там делать нечего — он не знает ни где находится второй люк, к которому надо попасть, ни как от него пройти к реакторному блоку.
— Ладно, — я вздохнул. — Тогда, Кайто, идём за скафандрами.
Кайто даже обрадовался, что мы возвращаемся на корабль, и, кажется, решил, что раз так, то вылазка в космос сегодня отменяется. По крайней мере, он резко вернулся в нормальное состояние и даже заикаться перестал.
  
Когда мы снова появились в поле зрения Жи, робот, убедившись, что мы всё ещё без лекарства, выдал даже что-то вроде шутки:
— Насколько я понимаю людей, в подобной ситуации принято говорить что-то юмористическое. Однако я обделён юмором, поэтому просто предположу, что ваше возвращение в третий раз — это часть плана.
— Одна из самых важных, будь уверен, — заверил я его, и мы пошли одеваться.
Кайто одевался весело и даже что-то там напевал себе под нос, застёгивая липучки и молнии. Он закончил раньше меня, потому что мне пришлось сначала скинуть с себя врекерское снаряжение, а потом надеть его снова, но уже поверх скафандра, и всё это время с его губ не сходила довольная улыбка, словно он и правда поверил в то, что ему уже не надо ни в какой космос.
Или, может, он поверил в то, что средство Пиявки действительно поможет ему не бояться?
Если да, то он был абсолютно прав.
— Шлем пока не надевай, — велел я.
И мы отправились в обратный путь через прорезанные в стенах станции дыры.
Вернулись к капитану и Магнусу, которые не сдвинулись со своих мест ни на сантиметр, и я сказал:
— Мы готовы.
— Г… готовы, — уже не так уверенно произнёс Кайто, опасливо косясь на открытую дверь переходного шлюза. — Ох, что-то я уже не уверен, что я готов…
— Кайто, — капитан положил руки ему на плечи. — Это ради Кори. Ты же хочешь помочь Кори? Кроме тебя никто этого сейчас не сделает.
— Да! — азиат решительно кивнул и шмыгнул носом. — Но я всё равно боюсь…
— Это поправимо, — заявил я, поймал взгляд капитана, протянул руку, нацелил инъектор в шею Кайто и нажал на спуск.
Тихой пшик сжатого воздуха, от которого азиат вздрогнул, словно от выстрела — и уже через четыре секунды его ноги подломились, и он практически упал капитану в руки.
— Тихо-тихо… — пробормотал тот, поддерживая техника. — Всё нормально, я держу.
Я подошёл с шлемом Кайто в руках, мы втроём приладили его на скафандр, убедились, что всё герметично, и никакой опасности нет.
Потом я зашёл в шлюз, ещё раз проверил второй инъектор, с эпинефрином, и пристегнул безвольного Кайто к себе сразу двумя разными карабинами — чтобы наверняка.
— Ждите подтверждения по комлинку, — произнёс я, и капитан кивнул:
— Будьте там поосторожнее… Мне совсем не хочется оставить на этой станции сразу половину своего экипажа.
— Всё будет хорошо, — ответил я, застёгивая шлем. — Закрывайте.
Капитан закрыл дверь, провернул запорное колесо, и контрольная лампа в шлюзе поменяла цвет с красного на жёлтый. Я нажал на кнопку декомпрессии, подождал, пока лампа сменит цвет на зелёный, повернул колесо со своей стороны, открыл дверь, отталкивая парящий за ней труп, и вышел в открытый космос, таща за собой Кайто как на буксире.
  
Глава 19
 
До этого момента я выходил в космос, не соврать, раз семьсот. Каждый выход похож на предыдущий, но только если не обращать внимания на мелочи. На то, какой на тебе скафандр — тяжёлый бронескаф, лёгкая гражданская надувашка или оранжево-черный полу-экзоскелет от «Линкс», дополнительно опутанный сбруей врекера. А то и вообще без скафандра… На то, что из чего ты только вышел — из маленького кораблика, из огромного линкора или вообще из космической станции. На то, куда тебе надо попасть и каким способом это надо сделать. Будет ли это приключением на двадцать минут, или продлится столько, что впору будет беспокоиться о количестве оставшейся дыхательной смеси в баллоне.
Если откинуть все эти мелочи, каждый выход в космос похож на предыдущий.
Кроме этого.
Потому что никогда ещё мне не доводилось выходить в космос, таща за собой на привязи ещё одного человека, который, к тому же, ещё и в отключке.
Прежде чем выбираться наружу, я открыл аварийный шкафчик на стене шлюза и достал оттуда небольшой огнетушитель. Проверил давление — в норме, — и повесил его на пояс, использовав для этого один из карабинов. После этого я аккуратно, чтобы не закрутило в невесомости, отодвинул от двери парящее тело суицидника и выбрался на обшивку станции, держась за поручни у двери. Ещё раз проверил карабины, которые держали Кайто, убедился, что они застёгнуты и замуфтованы, и только после этого взял третий карабин и пристегнул его к страховочному тросу, тянущемуся по обшивке станции.