Первопричина: Лагерь смерти (СИ)

— А-а-а-а-а! — пронзительно крричит девушка.
Закрыв уши руками добавляет громкости, как вдруг вместе с криком из её рта вылетает поток огня и попадает в Маришку.
Слышится шипение, комнату заволакивает паром. В котором слышится удар, падение и…
— Психованная, — втягивая в себя пар и оттаскивая вырубленную девушку ворчит Маришка.
— Не трогайте её, — пищит вжавшаяся в угол вторая. — Пожалуйста.
— Как зовут? — подхожу к ней.
— Раиса, — закрыв глаза и вздрагивая шепчет она. — А сестру Фаина. Мы… Мы не…
Осторожно вытягиваю руку, глажу девушку по волосам, как вдруг… Всхлипнув, она встаёт и вцепляется в меня. Утыкается носом в грудь и плачет. Рассказывает что-то…
— Ну-ну, не надо. Всё позади. Теперь вас никто не тронет. Не плачь…
— Мы вообще-то сгорели, — потирая подбитый глаз стонет Фаина. — Ух…
— А меня утопили, — приняв человеческий облик вздыхает Маришка. — Белку током забили. Влада иглами затыкали. С Преображенской вообще кожу содрали. Говорю же вам, мы такие же.
— Извиняйте, — садясь бормочет Фаина. — А хорошо бьёшь. Училась?
— На войне, — доставая из шкафа комбинезоны и комплекты нижнего белья улыбается Маришка. — Влад, любимый, выйди, пожалуйста. Девочкам приодеться надо. Сейчас нарядим вас и пойдём чай пить.
Выхожу, встаю у двери и думаю. Думаю о том, что не только моё попадание сюда, но и встреча с ними совсем не случайны. Потому что… Нет, это не совпадение. Точно не совпадение. Но! Если все они светятся, то как Марта их находит. Почему их? Почему обожжённого она просто выпотрошила, а над той же Белкой так издевалась? Почему одних она хоть и изощрённо, но убивает, а других мучает? В чём тут дело? Может… Может они способны к магии? Осколки из нашего мира эти способности пробудили, а Марта видящая? Спрошу при личной встрече, для которой мне понадобятся: паяльник, тиски, пассатижи, газовая горелка и десять метров сварочного кабеля. Пока голову ломать не стоит.
Через какое-то время, на кухне собираются все. Сёстры, а они на самом деле сёстры-близнецы, представляются и за чаем с пирожками рассказывают свою историю.
Как оказалось, их не захватили. Они не воевали. Они… Их привёл отец. Привёл сам. Потому что немцы, используют пропаганду. А именно закидывают листовками прифронтовые сёла и города. Так вот в этих листовках, Третий Рейх обещает благоразумно сдавшимся сытую жизнь, хорошую работу и приличную зарплату. Медицинское обслуживание, обучение и отдых на курортах. Вот, отец сестёр Спичкиных и повёлся. Взял дочерей, похватал кое-какие пожитки и ломанулся к нацикам. Ломанулся удачно, патрули совков их не засекли. Но на этом удача закончилась.
Выйдя к светлоликим арийцам и рассказав им что случилось, господин Спичкин вместо хорошей жизни получает штыком в печень. Сестёр вяжут и уводят в полевой лагерь откуда на машинах везут на жд станцию. Там, сестёр и аж пять сотен таких же перебежчиков осматривают и проводят фильтрацию. То есть, молодых, здоровых и красивых загоняют в вагоны. Стариков, больных и тех кто не понравился, казнят на месте.
На станции в промёрзшем вагоне сёстры торчат три дня. Потом солдаты говорят что партия готова и поезд отходит. Дальше выгрузка на другой станции, поездка на грузовике и сестры с тысячей таких же, попадают в Идельштайн. Где их определяют в барак, а дальше… Дальше за ними приходят солдаты. Выбирая красивых девушек, чтобы те развлекали их на празднике, прямо в бараке их и пробуют. Когда очередь доходит до сестёр, вмешивается обер-лейтенат, он же герр Нойманн и ругая солдат отводит к Марте. Которая, охая и причитая рассказывает что они ошиблись, забирает сестёр и уводит в настоящие королевские покои. Где кормит их сладостями, мило общается. Рассказывает что виновных уже наказали. Что у сестёр теперь всё будет хорошо. Их увезут в Германию и устроят учиться в институт. Что война и все сопутствующие ей ужасы для них закончились. Но как только сёстры Спичкины начинают верить и успокаиваются, Марта резко меняется. Вся доброта слетает, она превращается в зверя.
 
Дальше рассказ становится очень сбивчивым и крайне эмоциональным. В итоге сёстры обнимаются и ревут.
— Вот твари, — выдыхает Ломакин. — Владислав?
— Знаю, кончать с ними надо. Особенно с Мартой. Но пока рано. Не знаю почему, но мне кажется что действовать надо не спеша. И сегодня, мы начнём. Профессор. Где тут офицерская кухня?
Профессор приволакивает целый план. Нарисованный от руки, но подробный. И тут уже я ехидно улыбаюсь и потираю руки. Потому что кухня и столовая в одном помещении. Пока офицерьё будет жрать и напиваться, повара будут готовить добавку. И наедятся они у меня так, что на каждый шорох оглядываться начнут.
— План. — указывая на схему киваю. — Рассредотачиваемся по комплексу. Белка и Маришка, вы к бойлеру. Белка, нарушаешь регуляторы и пускаешь эту хреновину в разнос. Маришка, повышаешь давление. Серафина, на тебе связь, подсказки и твои крысы засветятся в бойлерной. Погрызут проводку. Я… Я ломаю клапаны, там просто должны быть предохранительные сбросники, ухожу к столовой и ломаю трубы. Как итог: у нас будет несколько десятков приготовленных на пару немецких офицеров.
— План хорош, — кивает Ломакин. — Но после этого, фашисты точно всех крыс потравят.
— Крупных заставлю спрятаться, — улыбается Серафина. — Мелкие сами разбегутся.
— Крысиная королева, — хихикает Фаина. — Что? Я же пошутила.
Хм… Близнецы, но такие разные. Фаина, дерзкая и смелая и Раиса, скромная и тихая. Даже не знаю от кого ожидать больших проблем? Потому что в тихом омуте, как говорится, черти труп водолаза нашли. Хм-м-м… Зато у нас теперь есть огонь. То есть Фаина умеет выдыхать его. Надеюсь и Раиса тоже. Ладно, позже. Сейчас подготовка, будет вам, бон аппетит. Твари…
Три часа спустя. Убежище. Сестры Спичкины.
Сидя за столом, Фаина смотрит на уплетающую кашу сестру и от этого невольно улыбается. Они выжили, о том что их сожгли ничего не напоминает. Однако дело принимает совсем странный оборот. Потому что теперь они… С ними девушка из воды, железный человек который время от времени есть гаечные ключи, свёрла и прочие металлические изделия. Электро Белка, Серафина женщина читающая мысли и внушающая их крысам. И слишком здоровый, слишком безумный дед с раздвоением личности.
— Рай, — глядя на сестру вздыхает Фаина. — Ну хватит уже жрать. Плохо станет.
— Профессор Ломакин говорит что не станет, — улыбается сестра, облизывает ложку и отодвигает тарелку. — А вообще… Как они тебе?
— Странные. Но…
— Они светятся, — улыбается Рая. — Приятно. А ещё они заботливые. И я им почему-то верю. Особенно Владу, он симпатичный.
— Он страшный…
— Нет, — возражает Раиса. — Он милый. Ему бы глаза голубые, руки покороче и волосы светлые. Тогда точно на эльфа походил бы.
— Ну да. А кто такие эльфы?
— Я не знаю. Но мне кажется, что он похож. А ещё, он смотрит на нас по-другому. С теплотой, сочувствием. По глазам видно, он будет нас защищать.