Первопричина: Лагерь смерти (СИ)

На столе звонит телефон. Марта жестом останавливает Вальтера, подходит и снимает трубку. Слушая доклад краснеет от злости, обзывает собеседника идиотом, требует всё немедленно исправить и бросает трубку. Сдувает упавшую на лицо прядь волос и смотрит на девушек.
— Планы меняются. Вальтер, одевайся, в шахте авария. Крысы перегрызли проводку и сожрали Клауса и двух электриков. Вентиляция отключилась. Шахтёры и половина сборщиков сдохли. Оставшиеся обезумели и накинулись на охрану. Вальтер! Мы должны быть там.
— Что с ними? Потом продолжим?
— Настроение пропало.
С этими словами, Марта подходит к шкафу, достаёт большую бутылку и просит Вальтера опустить девушек. Как только он спускает их на пол и расстёгивает цепи, Бригг кастетом разбивает обеим лица, обливает жидкостью и отойдя достаёт из пачки сигарету.
— Очень жаль, девочки. Но развлечения придётся отменить. То есть изменить, наслаждайтесь одни, у нас дела.
Прикурив Марта присаживается, и зажигалкой поджигает жидкость. Девушки вспыхивают и крича бьются на полу. Почти мгновенно обугливаются… Но даже в таком состоянии, одна из них пытается сбить с сестры пламя. Что не получается. Вскоре она падает на сестру, обнимает и затихает.
— Распорядись чтобы это убрали отсюда, — задыхаясь произносит Марта. — Ух. Как хорошо. А теперь за мной, Вальтер, я хочу кого-нибудь пристрелить. Быстро.
Марта и Вальтер быстро уходят. Внизу же, вышедшие к помойке: Ломакин, Влад и Серафина начинают нервничать. Особенно нервничает Ломакин, потому как Серафина кричит о том что горит хватается за голову и замертво падает. Следом за ней, прошептав что видит тень с белыми глазами, снова умирает Влад.
Оставлять своих профессор не собирается. Подхватывает Серафину на руки и уносит подальше от снующих повсюду крыс. Возвращается за Владом, пытается поднять, однако к своему удивлению с первого раза не может. Прилагая все силы, профессор всё-таки взваливает Влада на себя и замечая что он разогревается, еле как переставляя ноги уходит.
Укладывает рядом с Преображенской, достав из кармана свёрток с кристаллами, разворачивает…
— Кажется у нас пополнение, — глядя на светящиеся осколки улыбается профессор. — Интересно кто на этот раз? Хм, кто же вы такие, молодые люди.
Осип? Осип, друг мой, ты здесь? Странно.
Кристаллы светятся ярче. Профессор разворачивается и смотрит на падающий на кучу мусора столб света. Ожидает…
Свет тускнеет, вниз падает что-то бесформенное и дымящееся. Ломакин хмыкает, берёт самый большой осколок кристалла и глядя на него идёт к куче мусора. На ходу поворачивается, смотрит на осколок и когда тот добавляет яркости идёт. Ориентируясь как по компасу, забирается на кучу и видя на что именно реагирует кристалл, тяжело вздыхает.
На этот раз сверху упали сразу две девушки. Обугленные, сцепившиеся, видимо, в предсмертных объятиях, они лежат среди трупов и мусора.
— Совсем озверела, тварь, — присаживаясь рядом вздыхает Ломакин. — Бедные девочки. Как…
Осколок ярко вспыхивает, девушки синхронно и судорожно вздыхают. Ломакин отпрыгивает от них, собираясь унести их наклоняется как вдруг…
— Я сам, — появляется перед ним Влад. — Кристаллы мне…
Съев горсть осколков, Влад пытается расцепить девушек. Однако… Та что сверху, хрипло дыша сильнее стискивает вторую. Обугленная кожа на её руках и спине трескается. Из трещин сочится кровь. Влад морщась как от боли поднимает обеих и пошатываясь несёт.
Ничего не спрашивая профессор обгоняет Влада, подхватывает стонущую Серафину и как только идёт к убежищу, понимает что она снова умерла. Поворачивается и с облегчением замечает, что Влад с трудом но выстоял. Кое-как, видимо, приложив все свои силы, он выдержал.
 
— Очень интересно, — ворчит профессор. — Очень…
  
Глава 17
 
Стараясь не упасть, потому как сердце пропуская удары пытается остановиться, притаскиваю двух в буквальном смысле пригоревших друг к другу девушек в лабораторию. Сгружаю на пол и глядя на них морщусь от неприятной картины.
Две обугленные головёшки. Кожа, волосы, всё сгорело. Но при этом, они живы. То есть уже нет. Парочка, уже не люди, они почти Тёмные Духи. Почти… Они тянут из нас силы, но почему-то полностью не превращаются. Почему?
В лабораторию вваливаются Ломакин и Серафина. Профессор тут же достаёт из ящика стола жестяную банку, открывает и присев на пол начинает раскладывать на полу осколки. Плюёт на это, высыпает содержимое на пол, разгребает и встав задумчиво хмыкает. Смотрит на светящиеся и мигающие осколки, явно до чего-то доходит, но озвучивать не спешит, вместо этого…
— Владислав, присядьте на пол…
Договорить профессор не успевает. Девушки начинают хрипеть, стонут и затихают. Снова выдерживаю, Серафина хоть и покачивается, но тоже не умирает. А вот судя по звуку, в коридоре падают Маришка и Белка. На всякий случай, подгребаю к себе пару осколков покрупнее и съедаю.
— Ничего не понимаю, — бормочет Ломакин. — Энергия идёт, процесс регенерации не запускается.
— Эм…
— Ну вот же, — указывая на светящиеся и мигающие осколки кристаллов говорит Ломакин. — Тут всё как на ладони. К тому же вас стало больше, соответственно больше и энергии. Однако… Или чего-то не хватает, или что-то мешает. Но что? Владислав, вы в этом деле опытнее, что вы на это скажете?
— Трудный вопрос, — взяв сигарету мотаю головой. — Тёмные Духи… Они, как я знаю рождаются спонтанно и всегда случайно. Я никогда не видел как они появляются. То есть видел, но. Арата Арамиати, погибла в бою. А на похоронах, когда её тело собирались предать огню, она разлетелась чёрным дымом. Воплотилась она уже потом. Но, там в неё верили две тысячи наделённых особой магией воинов. Я всегда думал что ключевой фактор именно вера. Вера, магия и… Тёмные Силы. А здесь…
Ничего не понимая зажигаю спичку и выкатив глаза смотрю на огонёк. Мало того что спичка горит ярче чем обычно, так огонь… Огонь тянется к девушкам.
— Профессор, кажется я понял…
Профессор понимает раньше и уже ставит рядом с девушками спиртовки. Поджигает их и задумчиво хмыкая смотрит на то, как пламя на каждой наклоняется и как будто тянется к девушкам.
— Ничего не понимаю, — почесав затылок говорю. — Это получается. Нам помогает то, что нас убило? Мне металл с «Первопричиной.» Маришке — вода. Белке — электричество. Преображенской… Профессор, что помогло Серафине?
— Она испытала очень мощное эмоциональное потрясение, — куря в затяг выдаёт Ломакин. — Марта… Эта тварь с неё кожу сняла. И репродуктивную систему… Извините что напоминаю.
— Она вырезала из меня матку, — вздыхает Серафина. — А потом трясла ей перед моим лицом. Сука…
— Да-да, — бормочет Ломакин. — Это вызвало у вас глубокое потрясение. Помогло же вам… Нестабильное психическое состояние Владислава, Маришки и Катюши. Когда они вас увидели… Нужно больше огня.
Больше огня, получаем путём поджигания спирта в металлической посуде. Профессор наливает жидкость в подносы, чашки и другое медицинское оборудование. От чего начинается нечто совсем странное. Странное даже для меня. Огонь разгорается сильнее, поднимается вверх и в виде пылающего облака зависает над девушками. Недолго висит, втягивается в их тела и… И регенерация запускается. Сожжённая в уголь кожа восстанавливается. Девушки глубоко и часто дыша расцепляются и медленно обрастают кожей. Правда сил из нас тянут так, что в глазах темнеет. Приходится жрать кристаллы, дабы не вырубиться.