Первопричина: Лагерь смерти (СИ)

— Уроды…
— Все через это прошли, — вздыхает Белка. — И я, и другие. Пока красоту не потеряли. Голод, побои и постоянные надругательства… Сейчас мы им не интересны. Страшные…
— Сколько тебе, Белка?
— Девятнадцать, — вздыхает женщина. — Марише семнадцать…
Из-за ширмы доносится душераздирающий крик Маришки быстро переходящий в мычание. Треск, ритмичные шлепки, ругань и звуки ударов.
Закрыв глаза выдыхаю, сжимаю осколок… И понимаю, что в данный момент, мне стоит утихнуть и… И что? Жить аж до самого вечера? А потом? Стать объектом издевательств? Потом, вечером, никаких шансов не будет. Ни одного. Сейчас же…
— Белка, прощай, — кивнув улыбаюсь женщине.
Белка сглатывает, пятится назад, и вдруг… Закрыв глаза вздыхает и улыбаясь кивает. Отходит и возвращается к работе. Перехватываю осколок, поворачиваюсь и крадусь к надзирателю. Встаю над ним… Резко хватаю за волосы, тяну на себя и вонзаю осколок в шею, тут же дёргаю рукой и практически отделяю голову от тела. Видя как из раны фонтаном хлещет кровь хватаю его за руку которой он уже пистолет сжимает. Выхватываю оружие, отталкиваю тело, отодвигаю ширму и стреляю в солдат. Первыми дохнут сидящие на стульях двое. Потом трое занятые Маришкой.
Сам не знаю как, но будто на автомате попадаю каждому в голову. Подбегаю, скидываю с Маришки тело, стаскиваю ошарашенную девушку с трупа, ставлю её на ноги, подхватываю винтовку, с пояса трупа снимаю магазины и гранаты, выпрямляюсь… Страшный удар в затылок. Выронив оружие падаю на колени и тут же заваливаюсь на бок. Сквозь застилающую муть в глазах вижу бледную Маришку и обожжённого с трубой в руках.
— Нахрена? — с трудом удерживая себя в сознании спрашиваю.
— Нам всё равно не уйти, — улыбается обожжённый. — Невозможно это. А я жить хочу! Меня за это наградят, а ты и так уже не жилец. Девку жалко. Так хоть её кормили, теперь же убьют. Дурак ты, Влад.
Хватаю гранату, пытаюсь выдернуть шнур, но получаю трубой в лицо. Выдыхаю… Где-то далеко слышу крики. Плач Маришки… Темнота…
  
Глава 2
 
Сознание возвращалось медленно. Первым делом слышу голоса и звуки. Глаза открыть не решаюсь, потому как явно не в камере на что указывают запахи. Не смрад помещения на две сотни доходяг, а… Не знаю как объяснить, но здесь пахнет чистотой. Спиртом, лекарствами, хлоркой…
Я же болтаюсь… То есть привязан за руки. Подвешен. Голоса… Говорят по немецки. Женщина, мужчина… Нет, не разговаривают, флиртуют. Сволочи…
— Где мы? Кто… — слышится рядом голос Маришки.
— Вальтер, наши гости наконец-то проснулись, — переходит на русский женщина.
Вздохнув открываю глаза и вижу… Если бы не немецкая форма то подумал бы что вижу ангела. Миниатюрная но при этом фигуристая, белокурая девушка. Опрятная, ухоженная, благоухающая парфюмом. Обладательница больших небесно-голубых глаз и тонких губ… Однако… Всё портит форма. Она вызывает отвращение, хочется схватить и придушить тварь. Тварь же стоит и с неподдельным интересом разглядывает нас. Меня, висящих по бокам от меня Маришку и Белку. Обожжённого и пацана.
— Вальтер? — улыбаясь спрашивает она. — Объясни мне, почему моя любимая игрушка, в таком нехорошем состоянии?
Вальтер утруждаться не собирается. Кивает двум солдатам, они подбегают ближе…
— Мне долго ждать? — приподняв бровь спрашивает она.
— Госпожа Марта!!! — хором вскрикивают солдаты, отскакивают и встав по стойке смирно начинают объяснять. — Двенадцатый бунт устроил. Эта свинья убила Йозефа, Ганца, Фридриха и ещё троих солдат! Мы хотели его на виселицу, госпожа Марта! Но господин обер-лейтенант приказал доставить его сюда, в пятую лабораторию. Чтобы вы с ним поиграли.
— Вот как! Спасибо, Вальтер. А ты знаешь, я совсем не разочарована, это же моя любимая игрушка! Только он голыми руками смог разделаться с пятью солдатами и надзирателем.
— Рад угодить, — кланяется Вальтер. — Госпожа старший надзиратель. Я…
— Оставьте нас, — жутко скалясь кивает Марта.
Вальтер и солдаты вздрагивают и быстро уходят. Марта же хмыкает, напевая судя по всему детскую песенку снимает китель и подкатывает к нам стол. Сдёргивает с него простынь, с восхищением смотрит на разложенные инструменты, прижимает руки к груди и смеясь прыгает на месте. Мгновенно меняет настрой, став серьёзной бросает простынь и закатывает рукава рубашки.
 
— Запачкаться не боишься, — созерцая как Марта щёлкает клещами спрашиваю.
— Владислав, ты сегодня какой-то поразительно разговорчивый. Наверняка и кричать будешь. Это хорошо. Нет, испачкаться я не боюсь. Это же работа, между прочим моя любимая. Пятна твоей крови и куски твоей плоти на моей рубашке… Эх, это будет нечто. Потом поставлю под стекло. Буду вспоминать. Поставлю рядом с банкой, в которой плавает недоношенный выродок Белки. Сама вырезала. Без наркоза, дабы она всё видела.
— Сука! — дёргается Белка. — Ты за это ответишь!
— Как грубо, — закуривая сокрушается Марта. — Я же поиграть хочу. Будет весело. А вы… С кого бы мне начать? Нет, Влад, не с тебя. Ты у меня на десерт. Вот! Начнём мы вот с этого обгорелого урода. Как так получилось, Василий? Совсем недавно, ты, герой, танкист. Пробыл у меня в гостях три месяца и превратился в мразь. Предал своего товарища, такого же советского солдата как и ты. Хотел награду? Нет, я предателей не люблю. Хотя…
Марта хватает скальпель, подходит к обожжённому
и вспарывает ему живот. Смеясь и слизывая попавшие на лицо капли крови, она вырывает из него внутренности и отбрасывает их в сторону.
— Предателям, достойная награда, — разводит руками Марта. — Мерзкое существо, трусливое. Теперь мальчишка. Эй! Очнись! Очнись! Не смей отключаться когда я с тобой разговариваю. Иначе знаешь что… Эй! Слушай меня.
Пацан не слушал, он видя что сотворили с обожжённым вырубился. Или…
— Умер, — приложив к его груди ладонь вздыхает Марта. — Ну и дурак. Всё веселье пропустил. Но! Теперь я спокойно займусь вами, мои дорогие коммунисты.
Знаете, являясь хирургом по образованию, за полгода службы здесь, в этом замечательном трудовом лагере, я многому научилась. Я знаю как не убить раньше времени, как усилить ощущения, как разбить надежды. К тому же, в моём нелёгком деле, мне помогает Германская наука. Вот совсем недавно, буквально месяцев пять назад, наши светила науки открыли потрясающее вещество. Кристаллы. С кодовым названием Альфа-Вещество. Или просто Альфа. Те, которые вы сортировали. Вещество это потрясающее. Если размолоть и добавить катализаторы, то можно использовать как взрывчатку. С другими катализаторами получается топливо. С третьими лекарства. Но самое интересное, когда все три вида Альфа, смешиваются вместе и разбавляются обычным спиртом. Вещество выходит крайне токсичное, возбуждающее нервные окончания и устраивающее невероятно сильный выброс в кровь определённых гормонов. Гормонов повышающих болевые ощущения. Вам нравится?
— В экстазе.
— Владислав! — подпрыгивает Марта. — Нет, ну это чудо какое-то. Второе словосочетание за несколько минут. Ты определённо хочешь меня порадовать. И у меня как раз на такой случай целый комплекс развлекательных мероприятий. Сыворотка правды, чтобы узнать вдруг вы кого-то ещё в свою банду втянули. Электрошок! Новый. Нет, Влад, не та надзирательская дубинка, а специальный. С особыми присосками, которые я прикреплю к вам. Тебе Влад, к голове, недожаренные мозги, это знаешь ли упущение. А вам, красотки, к сосками и одному особому, самому чувствительному у девушек месту. Вам это больше не понадобится. Ну и конечно я усилю всё это новым средством. Ну как, вы тоже сгораете от нетерпения? Ух, я так… Стыдно признаться — возбуждена. Давайте начнём, у меня нет сил сдерживаться.
Первой жертвой становится Маришка. Марта аккуратно срезает с неё одежду. Долго рассматривает, ощупывает. Прикатывает ещё один стол с электрооборудованием. Срезает одежду с меня и Белки и начинает.
Первым делом все мы получаем уколы в вену. От которых мгновенно случается сильное опьянение. Далее, напевая весёлую песенку, Марта лепит к моим вискам электроды. Отходит, смотрит и заявив что могут отвалится, туго забинтовывает голову. Подёргав провода как-то по детски хихикает и берётся за девушек.