Кровь черного мага 5 (СИ)

Еще через минут двадцать внедорожник забрался на вершину одной из прибрежных дюн. Чуть в стороне светился то ли ресторан, то ли отель. Но мы остались в машине. Фары били вперед, высвечивая только черноту, в которой мелькали крупные хлопья снега.
— Такое чувство, что впереди бескрайняя бездна.
— Не смотри на нее долго, Гретке, — я усмехнулся.
— Иначе она начнет смотреть на меня? — Маргарете поежилась. — Мне кажется, я уже побывала в бездне. И окажусь завтра в ней снова, если маги не решат отдавать трон тебе.
— Ты излишне драматизируешь. И забываешь еще кое-что, о чем говорил Фридрих. «Кто сражается с чудовищами, должен следить, чтобы самому при этом не стать чудовищем.»
  
Глава 18
 
Рядом зашевелилась Маргарете, разбудив меня.
— Харди, зачем мы остались тут? Можно же было нормально выспаться в том отеле. У меня ноги затекли, — с недовольством произнесла она. — И ужасно хочется в душ.
— Ну, потому что… — я открыл глаза и замолчал.
— Да-да, встретить рассвет на берегу моря, — захихикала Маргарете, показав рукой.
Все стекла «Бронко» были облеплены снегом, создавая в машине полумрак.
— Черт, — я открыл дверь.
В салон ударил яркий солнечный свет и дохнуло морозным воздухом. Рассвет мы однозначно давно пропустили.
— Харди! — возмутилась Маргарете.
Я выбрался из машины, а потом на миг нырнув обратно, подхватил Маргарете и бросил ее визжащую в сугроб. Сам я тоже стоял по колено в снегу. Маргарете с трудом выбралась из снега, сердитая и дрожащая, а я рассмеялся.
— Это не смешно, Харди! А если я простужусь и умру⁈
— Только об этом и мечтаю.
Я начал выводить символы в воздухе, а Маргарете посмотрела на меня с испугом. Ярко вспыхнуло золотом активированное заклинание, девушку чуть пошатнуло от напора обдавшего нас горячего воздуха. Сугробы вокруг нас мгновенно растаяли, обнажив мелкий белый песок. Я взял Маргарете за руку и потащил вниз с дюны к морю.
— Харди, — запротестовала она. — Или ты море тоже подогрел?
— Подогрел. Сойдет вместо ванной.
Мы плюхнулись у самого берега в мелководье. Примерно в пяти метрах над нашими головами начал клубиться туман. В воздух выпрыгнула стайка рыб, видимо заплывшая из холодной воды в нашу прогретую область и, ошалев, умчавшаяся обратно на глубину. Маргарете, зажав уши и нос, окунулась с головой, а затем, вынырнув, расслабленно вытянулась в легких волнах прибоя, довольно жмуря глаза на солнце. Ее распустившиеся длинные волосы колыхались словно золотисто-рыжие водоросли. Я перевел взгляд с девушки на далекий, чуть скрытый дымкой горизонт, и задумался.
— Ты вчера говорил о чудовищах, Харди, — нарушила молчание Маргарете. — Ты подразумевал себя и светлых?
— Нет. В первую очередь, это касается драконоборцев и их мастера. Тебе Маделиф про них рассказала?
— Да. После того как убили ее коллег, она всех собрала и сказала, что это могло быть делом рук либо того черного мага, что был на твоем посвящении в герцоги, либо драконоборцев.
— Мастер так увлекся охотой на драконов, что, как мне кажется, давно превратился в некроманта, готового убивать без разбора, лишь бы добраться до цели, — задумчиво произнес я. — Грифоны, что вчера растерзали светлых, наверняка улетели к нему или его последователям.
— Тебе не надо было слушать Прегиля и остальных, а сжечь всех этих тварей, — Маргарете нахмурилась. — И эту чертову графиню.
— Думаю, маги уже поняли, что были неправы, подсчитав трупы.
— Когда туда вернемся? — спросила Маргарете. — Уже есть хочется.
— Могу позвать «мое сокровище» и попросить завтрак, — произнес я.
— Что желаете, Ваша Светлость? — спросил появившейся кобольд, миг пялился на нас, а потом смущенно вперил взгляд в песок.
— Ноткер, ты уже на «сокровище» отзываешься? Дурной признак.
— Больше не буду, Ваша Светлость, — пробормотал совсем смутившись кобольд.
— Что за «сокровище»? — поинтересовалась Маргарете.
— Была одна забавная история с пряниками, если Его Светлость разрешит, я вам расскажу.
  
— Не сейчас. Приведи лучше нашу одежду в порядок. Она в машине.
Ноткер кивнул. А потом наколдовал пару махровых халатов, положил на берегу и стал подниматься на дюну. Наверху он к нам обернулся.
— Ого, это вы снег растопили? А уже решил, что вы куда-то в Африку переместились, жара жуткая… Простите.
— Тебе не кажется, что он слишком много болтает, Харди? — Маргарете придвинулась ко мне и обняла.
— Не кажется. «Да, Ваша Светлость», «Нет, Ваша Светлость» — слышать только это от слуг слишком скучно, — заметил я, притянув ее к себе.
— Пожалуй, соглашусь, — Маргарете поцеловала меня меня и ее губы оказались солеными из-за морской воды.
Через некоторое время мы выбрались на берег и, надев халаты, стали подниматься на дюну.
— Как ты думаешь, они уже что-то решили насчет наследования? — спросила Маргарете.
— Не думаю.
— Кто будет против?
— Каждый из них против, хотя у каждого найдутся аргументы «за». Думаю, все главы Гильдий, прежде всего, ведут внутренний спор с самими собой.
Маргарете вновь встревожилась.
— Ты вчера сказал, что они должны сами решить, без твоего участия. Но если они всё же найдут другого кандидата на трон?
— Поверь, я не расстроюсь из-за этого, — я рассмеялся.
— Но… — Маргарете смотрела на меня с непониманием.
— Власть гораздо более сложная штука, Гретке, чем тебе это представляется, и ты с твоим образование должна это понимать. Сейчас же у тебя одни эмоции. Думай головой.
— Все равно не понимаю.
— Пруссия находится на дне экономического кризиса и практически на гране революции. Все эти рыцарские турниры, которые устраивал король, с представлениями, где сражались с драконом, это все в головах людей. Если трон передадут мне — считай, что я получу пороховую бочку с подожженным фитилем. А у меня есть куда более серьезные дела, чем приводить Пруссию в себя. Да и вслед за Пруссией еще Мекленбург с Померанией с их проблемами подтянутся.
— Однако даже при таком проблемном раскладе весь север будет принадлежать нам, — заметила Маргарете.
— Сомнительное удовольствие. По крайней мере, в настоящий момент.
Мы пошли к внедорожнику около которого на вешалке висела освеженная Ноткером одежда. Когда мы оделись, кобольд указал в сторону заснеженных дюн.
— К нам кто-то идет, Ваша Светлость.
К нам приближался мужчина за сорок странного вида. В довольно поношенной одежде, соломенной шляпе, внутри которой был подшит мех, с ремешками поверх куртки, к которым за лапки были привязаны трупики ворон. Куртка была перепачкана кровью, текущей из разорванных птичьих глоток. Да и на губах незнакомца были следы крови. Еще я ощутил у него очень слабые магические способности темного колдуна — у таких как он даже на бытовую магию колдовства порой не хватало.
— Доброго денечка, — произнес он, остановившись перед нами и приподняв шляпу в приветствии. — Вы туристы?
— Добрый день. Что-то вроде того.
— В ресторан еще не заходили? — спросил он, указав в сторону отеля.
— Нет.
— Очень рекомендую. Это местная достопримечательность. Мы последняя семья краненбайзеров, кто еще сохранили традиции, — сказал он и пояснил, увидев на наших лицах недоумение. — Мы последние ловцы ворон. Моя жена готовит их так, что пальчики оближете. Местный деликатес. Раньше, кстати, нас очень любили посещать темные. Вы ведь ведьма, я не ошибся?
Он поглядел на одетую в черный костюм Маргарете. Потом изучил на меня в некотором сомнении.
— А вы тоже темный? Или я все-таки заблуждаюсь?
— Даже не представляете, насколько темный, — я достал из кармана солнечные очки и надел их.
Ловец открыв рот от удивления, попятился, а потом, споткнувшись, сел прямо в сугроб.
— Не признал вас без очков и в таком костюме, Ваша Светлость… — он запнулся. — Простите, можно к вам так обращаться?
— Он же герцог, дубина, как его еще называть? — прошипела Маргарете.