90-е: Шоу должно продолжаться 5 (СИ)

— А в чем проблема? — спросил я. — Я еще тогда на концерте думал, что вы друг другу нравитесь. И у вас все на мази.
— Да блин… — шумно выдохнул Бегемот. — Вроде я тоже думал. У меня даже телефон ее есть, но я ей когда звоню, то молчу, как дурак. Три раза звонил и бросал трубку. Не знаю, что говорить. Вов, у тебя с девушками как-то лучше получается, может быть… ну… ты какой-то секрет знаешь или что…
— Так, я понял твою боль! — усмехнулся я. — Давай, ноги в руки, собрался и прибежал ко мне.
— К тебе? — растерялся Бегемот. — Это в новую квартиру? На транспортную?
— Ага, — сказал я. — У нас тут рабочее совещание, Света участвует. Ну так что, придешь?
— Да, уже мчу… — прошептал Бегемот. И прокричал в сторону. — Мам, мне сейчас надо уйти срочно. Нет, по делам! Никакая не блажь, мне надо по работе…
В трубке запищали короткие гудки. Я вернул телефон на базу. Надо же, как-то не задумывался, что у Бегемота могут быть проблемы. «Химия» между ним и Светой определенно ощущалась, а когда с нами тусовались Ася и Люся, он вроде не терялся. А тут прямо как пацан малолетний. «Так он и есть малолетний пацан!» — возмутился мой внутренний голос. — «Себя-то вспомни! Ты уже взрослый мужик, но когда тебя гормонами Вовы-Велиала перекрывает, мозг-то как, нормально работает, а?»
Ну да, факт. Подростков в Советском Союзе никто особо к взрослой жизни не готовил. Накрыло Бегемота влюбленностью, вот он и растерялся.
Я вернулся в комнату как раз в тот момент, когда вся компашка взорвалась хохотом.
— Велиал, это просто отвал башки! — простонала Наташа. — Вот послушай только… Сейчас… — она поискала глазами что-то на открытой газетной странице, откашлялась и с чувством начала читать. — «Меня зовут Динка. Я похожа на Ю. Шатунова. И голос у меня шатуновский. На улицу выйти невозможно. Все девчонки липнут ко мне. Как мне отвязаться? Главпочтамт, предъявителю паспорта номер…»
— А вот еще смешнее! — Жан лежал на полу, держа раскрытую газету перед лицом. Видимо, так смеялся, что даже упал. — «Кто может, вышлите мне казачий кинжал. Я вступил в казачье общество, а кинжала у меня нет. Буду благодарен, адрес в редакции». А можно мне вот так машину выслать, а? Прикиньте, да? «Я решил стать таксистом, только машины у меня нет, просьба выслать!»
— Если у вас есть золотые украшения, которые вы не носите, я с удовольствием приму их в дар, — смеясь, сказала Света.
— Это тоже объявка? — встрепенулась Наташа. — Где? Покажи?
— Да не, это я только что придумала, — фыркнула Света. — Блин, никогда раньше разделы частных объявлений не читала. Оказывается, это так весело!
— Я так понял, что никто не возражает насчет публикации объявлений в газетах? — уточнил я.
— Нееет! — хором сказали все.
— А ты где вообще такие газеты взял? — спросила Наташа. — Я кроме «вечерки», «Молодежной правды» и «Новокиневской правды» местных газет и не знаю… А тут…
— В «союзпечати» купил, — пожал плечами я.
— Вот эти две Иван издает, — сказал Жан, указав на тоненькую «Добрый вестник» и «Письма любви». Про остальные не знаю ничего.
— О, на «Письма любви» я бы даже подписалась, — Наташа закатила глаза. — Это же там было прекрасное… «мистический котик Василий научит вас правильно открывать банку пива»?
— Не, это вот здесь… — сказала Света и показала первую полосу той газеты, которую держала в руках. — «Новокиневский городовой». Тут еще статья была про диеты для похудения…
— А, да, точно! — всплеснула руками Наташа. — И пользу клизм, да-да!
— Так что, работать-то мы будем уже? — усмехнулся я. — Или еще объявки почитаем?
— Да, давайте работать, — Жан сел на полу и отложил газету в сторону. — А то у меня уже от смеха живот болит. Тут вот написано, чтобы подать бесплатное объявление, нужно вырезать купон, написать на нем текст и просто бросить в почтовый ящик, без конверта.
— Тут тоже, — сказала Наташа.
— Через почтовый ящик — это долго, — покачала головой Света. — Когда еще наша почта их донесет. А может нам нужна объявка в рамочке? Как вот эти?
 
— Объявки в рамочке — это за деньги, — усмехнулся я. — А мы с вами пока что действуем по цыганскому принципу. В смысле «краденая кобыла дешевле купленной».
— Но такие заметнее… — начала Света, потом махнула рукой. — Хотя да, ты прав. Надо же теперь текст придумать, да?
— Ага, — кивнул я. — И составить список адресов редакций, куда нам нужно будет эти объявления занести.
— А вот сюда по телефону можно! — воскликнула Наташа, зарывшаяся в газетные страницы. — Тут вот написано «если вы хотите подать бесплатное объявление, позвоните по телефону такому-то в рабочее время, и оператор примет… бла-бла-бла». Так даже удобнее, ведь да? И ходить никуда не надо!
На некоторое время все сосредоточенно замолчали. Ирина собрала у себя все газеты с купонами, вооружилась ножницами и принялась их вырезать. Света старательно переписывала с последних страниц адреса редакций, Жан снова улегся на пол и, высунув язык, видимо, для вдохновения, сочинял стартовые тексты объявлений, а Наташа присела на корточки рядом с ним и периодически ему подсказывала. Или тыкала в ошибки.
— О, а вот и Дюша! — сказал я, услышав ожидаемое пиликанье дверного звонка.
— Дюша? — встрепенулась Света. — Какой Дюша?
— Ну, Абаддон, — объяснил я. — Андрей Харин из «Ангелов С». Захотел тоже с нами поработать над вечеринками.
— О, это же отлично! — глаза Светы влажно блеснули. — Нам как раз нужен рефери такой… авторитетный.
Я вышел из комнаты, чтобы открыть приятелю дверь. Тот был запыхавшийся, красный до самых ушей, явно бегом мчался по пустым засыпающим улицам.
— Привет… — выдохнул он.
— Значит так, слушай диспозицию, — прошептал я. — Мы занимаемся организацией всяких мероприятий в том овощехранилище, помнишь, я говорил?
— Ага… — шумно отдуваясь, выдохнул он.
— И ты сам захотел к нам присоединиться, понял? — сказал я тихо. — По своей инициативе.
— Ага, — кивнул Бегемот, стягивая с головы шапку. — А что надо делать будет?
— Все! — засмеялся я. — Да не ссы, будет интересно. Не хуже, чем в тот раз.
— Ага, — в третий раз повторил Бегемот. — Блин, так бежал, что взмок весь… Можно я умоюсь, ага?
— Валяй, — усмехнулся я. — Где ванная, ты знаешь. Потом приходи к нам.
Я проводил взглядом неуклюжую фигуру Бегемота. Сводник я, конечно, тот еще. Но тут, на самом деле, ничего особенного делать и не надо. Вон как Света оживилась, когда про него услышала. Даже имя сразу вспомнила.
На самом деле, я как-то сначала думал, что она давно и безнадежно влюблена в Женю Банкина, который ее приязнью пользовался как чем-то само собой разумеющимся. Но, возможно, с того момента, как я этот вывод сделал, что-то поменялось… Во всяком случае, хочется на это надеяться. А то попадет мой Бегемот в вечную френдзону.
— Жанчик, а простые объявки же нам тоже напечатают? — сказал я, вернувшись в комнату. — Нам бы, наверное, какие-нибудь универсальные… Ну, типа, в шапке написано «Клуб „Фазенда“ приглашает всех творческих и неравнодушных личностей на офигенное мероприятие…» Дальше несколько пустых строчек, чтобы вписать тематику. А внизу адрес и что-нибудь типа «билеты на входе».
— А сами билеты? — встрепенулась Наташа. — Билеты же тоже надо печатать?
— Да не, сделаем, как раньше, — отмахнулся я. — Печать на руку, и вперед.
— Уооо… — разочарованно простонала Наташа. — Нет, ну в смысле, я понимаю, что так удобнее, и все такое. Но билетики — это же такая память! Я все свои в альбом вклеиваю. Иногда вместе с фотографиями, когда есть, иногда что-то пишу туда, как воспоминание…
— Можно сделать абонемент! — предложил я. — Многоразовая проходка на мероприятия «Фазенды». Приходишь, получаешь прокол.
— Три прокола — закончился! — подхватил Жан. — И можешь вклеивать в свой альбом!
— А правда… — Наташа подняла глаза к потолку. — Жанчик, а можно к тебе в редакцию завтра? У меня есть пара идей насчет оформления…