90-е: Шоу должно продолжаться 5 (СИ)
— Пойдемте вон туда! — Наташа ухватила меня за руку и, без объяснений, потащила в правую сторону обширного вестибюля, к пышным зарослям фикусов, гибискусов и прочих зеленых насаждений, названий которых я не знал, но такие всегда мелькали в разного рода «казенных домах» — поликлиниках, там, библиотеках. У зеленой стены Наташа не остановилась, а поднырнула под пышные кроны. Я повторить ее маневр полностью не успел, так что получил мясистым листом какого-то наглого фикуса в лицо.
За первым рядом культурных кустов оказался второй, в квадратных таких ящиках. На край одного из них Наташа и уселась.
— Фух, отлично, место не занято! — сказала она, разматывая шарф. — Хорошо, что до большой перемены успели, а то бы тут обязательно уже заседал «бабий клуб»!
— Я не вполне понимаю… — недовольным тоном заговорил Эдик, неловко пробираясь следом за нами.
— О, это очень просто! — заявила Наташа, скинув с плеча сумку, а на нее — всю верхнюю одежду. — Это наблюдательный пункт «бабьего клуба»! Отсюда видно весь холл и лестницу, и когда надо почесать языками — лучше места не найти. Вечером тут даже кое-кто курить ухитряется, особенно когда на улице холодно. Тут даже есть заначка я пачкой сигарет и пепельница. Сейчас…
Наташа перегнулась через ящик почти к самой стене и пошарила длинной рукой между стеной и ящиком. Потом с победным видом выхватила оттуда мятую пачку «Опала» и продемонстрировала нам.
— А нам разве надо прятаться? — буркнул Эдик, стягивая с голову «петушок».
— Конечно, надо! — уверенно всплеснула руками Наташа. — У нас же тайный кастинг, значит надо соблюдать секретность!
— Ну трындец вообще… — взвыл Эдик. — Я и так чувствую себя идиотом, можно подумать, мне больше заняться нечем…
— Фотографии принес? — бесцеремонно прервал я его нытье.
— Что⁈ — встрепенулся он и уставился не меня с самым хмурым видом.
— Ну, фотографии! — объяснил я. — Мы как, по-твоему, должны девчонок выбирать? Я лично, понятия не имею, как там выглядит эта твоя группа «Мираж». Образец нужен, мы же говорили об этом!
— А… — он тряхнул головой. — Да, принес, конечно. Сейчас…
Он неловко стянул свою куцую куртейку и вытащил из внутреннего кармана джинсового пиджака пачку цветных снимков. — Вот это Светлана Разина… Вообще-то сейчас не она солистка, вроде как, но если найдем похожую девчонку, то нормально.
На фотографии ничем не примечательное миловидное лицо, брюнетка, с начесанными вокруг лица кудрями. Нда, как-то она слишком «взросло» выглядит. Такое впечатление, что надо было не среди студенток «заменитель» искать, а где-нибудь среди продавщиц или буфетчиц…
— Это вот Катерина Болдырева, — Эдик показал следующее фото. Пожалуй, не такая уж сложная перед нами задача. Как и предыдущая девушка, эта тоже была «никакая». Ну, в смысле, не сказать, чтобы страшненькая, но если такая мимо на улице пройдет, то шеи сворачивать не из-за чего. Тоже брюнетка.
— А блондинка же еще вроде должна быть какая-то? — спросил я. — Я вроде на плакатах каких-то видел блондинку…
— Это Таня Овсиенко, наверное, — сказал Эдик и показал мне следующее фото. С тетенькой-блондинкой, которой кто-то покрасил корни в черный цвет. Хм. Кажется, я понял секрет популярности этой группы. Дело-то даже не в музыке, что они там поют, вообще неважно. Просто зрителям приятно смотреть на сцену и думать: «Так она же ничего особенного, так и я задом крутить могу, у меня еще и жопа красивее…»
— Блин, еще же парни нужны, — вдруг дошло до меня, когда я разглядывал фото со сцены, где в сиянии огней рядом с солисткой топтались два великовозрастных юноши с такими же взбитыми кудрями. Один в очках и с клавишами, второй без очков и с гитарой. — А с парнями тут что-то не очень, как я посмотрю…
Я бросил взгляд на холл, который с этого наблюдательного пункта и впрямь был как на ладони. Парней на первый взгляд вообще не заметил.
— А на кого вообще учат в институте культуры? — спросил я.
— Что значит, на кого? — округлила глаза Наташа. — На сотрудников сферы культуры и искусств, конечно!
— А куда они потом все деваются? — фыркнул я, провожая взглядом группку девушек очень «синечулочного» вида. Такие, кажется, прямо с пеленок рождаются тетеньками.
— Что значит, куда? — возмущенно выпрямилась Наташа, задев головой куст.
— Ну вот у нас в городе есть десяток библиотек, — задумчиво проговорил я. — В какую ни зайди, там сидит тетенька предпенсионного вида, явно уже давно. А отсюда каждый год выпускают штук тридцать новых библиотекарей. И куда им деваться? Места заняты, все такое…
— Десяток? — округлила свои инопланетные глаза Наташа. — Да вообще-то у нас в каждой школе есть библиотека. И в каждом вузе по несколько абонементов. В каждом училище, на каждом предприятии, и при каждом ДК! Десяток, пф… Да если хочешь знать, у нас библиотекарей вообще-то не хватает!
— Ладно, ладно! — я поднял руки вверх, признавая свое поражение. — Ступил что-то… А выпускники хореографического факультета — это вовсе не будущие танцовщики большого театра, а скромные преподаватели танцев в школах и детских садах…
— Воооот, ты врубаешься! — обрадованно оскалилась Наташа. Ох и жутковатое у нее все-таки лицо! — Мы несем культуру в массы. Но незаметно…
— Ладно, давайте уже делом займемся, пока твой «бабий клуб» не пришел выгонять нас с их законного места.
— Вон та симпатичная, — Эдик ткнул пальцем в одиноко стоящую у колонны девушку в коротком обтягивающем платье и колтуном начесанной по последней моде челкой. Она листала тетрадку и хмурила гладкий лобик.
— Позвать? — встрепенулась Наташа.
— Давай, — квинул я. — Надо же с кого-то начинать, почему бы не с этой?
Наташа выбралась из нашего зеленого убежища, подошла к девушке и заговорила с ней. Что именно она сказала, было не слышно, но она активно жестикулировала и несколько раз показала в нашу сторону. Девушка хмурилась, бросила в нашу сторону подозрительный взгляд, потом гордо вздернула подбородок и ушла в сторону лестницы. Но Наташа решила проявить инициативу и выцепила из компашки девчонок в спортивных купальниках и пышных юбках из тюля одну. Прошептала ей что-то на ухо, та согласно кивнула, и обе девушки вернулись к нам в кусты.
— Вот! — гордо сказала Наташа. — Это Катя. Она с хореографического, у них только сейчас класс закончился. Катька свойская, она справится, отвечаю!
— Так она же не похожа… — начал Эдик, но быстро осекся.
— Ничего, прошлая тоже была не похожа, — махнул рукой я. — Привет, Катерина. У меня к вам два вопроса. Первый — умеете ли вы хранить секреты. И второй — сможете ли вы танцевать три часа подряд с парой коротких перерывов.
— Ну классику, наверное не смогу, — задумчиво проговорила Катя. А хорошенькая, кстати! Волосы убраны в шишку на затылке, глазастая такая, фигура отличная, она как раз одета так, что видно все нюансы. Ростом не вышла, правда, но это дело вообще десятое…
— Классику — это в смысле батман-батман-плие? — спросил я. — Балет?
— Ну да… — серьезно кивнула Катя. — Я пока только на втором курсе…
— Не-не-не, — я помотал головой. — Нужно такое вот «ля-ля-ля» и крутить попой.
— Смогу, конечно, что сложного-то? — хихикнула она.
— А что насчет вопроса про секреты? — я заглянул ей в лицо. — Это будет интересное приключение, но хвастаться будет нельзя вообще! Осилишь?
— Это что это вы мне такое предлагаете? — Катя бросила взгляд на Наташу. Та показала ей обе руки в знаке «лайк» — большими пальцами вверх.
— Соглашайся, не пожалеешь! — сказала Наташа.
— Наташ, пока вопрос не так стоит, — серьезно сказал я. — Мы собираемся заплатить неплохие деньги, но нам принципиально умение держать язык за зубами. Если милая Катя обладает этим замечательным навыком…
— Подождите, так вы мне работу какую-то хотите предложить? — Катя нахмурилась.
— Что это еще тут за тайное сборище? — раздался строгий могучий голос и ветки зеленых насаждений разошлись в стороны. — Какую еще тут работу вы предлагаете моим девочкам? Вы кто вообще⁈ Вас кто сюда звал⁈